Читать книгу - "Душа-cоловей - Вероника Аркадьевна Долина"

Дай мне кристаллик обозрения

Чтоб я могла без омерзения

Хотя б на год – еще смотреть.

Вот этого прошу. Пожалуйста.

Все эти сладости по старости,

Все это людям не идет.

Но только утречко метельное.

И ощущение постельное –

Что дальше – жизни целый год.

31 декабря

2020

«Не ты, не ты, мой зимний поздний сон…»

Не ты, не ты, мой зимний поздний сон…

Меня сегодня поутру разбудит

Мой друг старинный, это будет он –

Тот, что меня так любит, что не судит.

Да незачем сравнить-то и нельзя,

Но эти дни пузырчато искристы –

Тем, что звонят мистически друзья,

Будто музейные евангелисты.

Один писал, да все же не попал,

Такую ослепительную пьесу.

А оказалось – просто самопал.

Но ведь отдал же должное процессу.

Другой хотел вселенский переход

Устроить из варягов как бы в греки.

Но подоспел последний пароход –

И вся любовь уехала навеки.

Растает новогоднейшая мгла.

Отбросит город праздничную дымку.

Я позвонила б, если бы могла,

Туда, где ты покуда спишь в обнимку.

Но не звоню. Саму себя прося –

Не верить, не бояться. Раз на свете

Есть день в году, когда мои друзья

Звонят и пишут – господи, как дети.

1 января

«И наступит ночь, и придет непременный день…»

И наступит ночь, и придет непременный день.

И куда же я денусь – да я никуда не денусь.

Смотри же, не напиши же мне пошлотень.

Я очень и очень на это, мой друг, надеюсь.

Твоя женщина хочет и право имеет знать,

Какой ей положен формат или, может, отпуск.

В твоей семье никто никого не хотел пинать.

Никто никого не пинал – ни твой отец, ни твой отпрыск.

Что-то с ней непонятно, но вряд ли она простит.

Она пригубила бейлис, но как-то грустно.

Еще не плачет, но косточками хрустит,

Такие тонкие пальцы, а столько хруста.

Все это ты хочешь поведать мне, а зачем же мне?

Хотя я и ловко прячу свою убитость.

Мне кажется я на дне. Или на Луне.

Ее привычки. Капризы. Болезненность. Домовитость.

Боюсь я тебя. Ты рад сообщить вполне –

Что я твой глоток, твой воздух и передышка.

И твой терапевт говорил с тобой обо мне.

Смотри же – не напиши. А не то мне крышка.

А потом пролетает ночь, наступает день.

И куда же я денусь. Да я никуда не денусь.

Ты смотри, не пиши мне эту всю пошлотень.

Я вот очень и очень на это, мой друг, надеюсь.

1 января

«Слава богу, но снежные фабрики…»

Слава богу, но снежные фабрики

Вроде кончили бастовать.

Можно даже хрустящие яблоки

По карманам уж рассовать,

Чтоб с собакой пройтись по дворику,

Да под яблоко, под музон.

И сказать себе, брату йорику:

Ты давай-ка держи фасон.

Слава богу, что фабрики снежности

Повернули колеса вспять,

И, обнявшись в последней нежности,

Можно дальше все глубже спать.

Осыпай нас, зима, иголками.

Застывай меж ресниц, вода.

Пионерами-комсомолками

Мы не будем уж никогда.

Слава богу, со снежной фабрики

Отгрузили нам ползимы.

Шоколадок скрипучих фантики

До сих пор собираем мы.

Не подарочно упакованы,

Но хоть с яблоком и снежком…

Мы останемся бестолковыми,

Не жалеющими ни о ком.

4 января

«Он все еще думает – он ничей…»

Он все еще думает – он ничей,

Никто, ни с кем, нипочем.

Нет. Он давно уже мой. От плечей

До самой руки с мечом.

И эта лунная голова,

Вся светится, вся горит.

Не разбираю – какие слова

Какой язык говорит.

Но вдруг ты думаешь: ночь – это день.

Так и день уж ночью считай.

Ты только перышком бровь мне задень

И сразу же улетай.

Чтобы моя замолчала кровь,

Чтоб ушла головная боль.

Чтоб я не слышала низкий рев

Демонов, что там с тобой

Играют. Едят у тебя из рук

Не знаю какую халву.

И ты там тоже, мой ангельский друг,

Готов прилечь на траву.

И ты думал, что там и воздух, и снег

А там даже нет зимы.

А ты думал – ничей. О нет и нет.

Говорю тебе. Мы есть мы.

5 января

«Господи ты мой боже…»

Господи ты мой боже.

Что тебе стоит, что же

Сделать такую малость,

Не трогать тут ничего.

Так прямо все оставить

И не пытаться править

То, что непоправимо,

Скорее всего.

Господи боже, кто ты.

Нет у тебя работы,

Нет у тебя заботы –

Подставить плечо,

Дать человеку руку.

Что же он боль да муку

Мыкает да разлуку

Знает еще.

Господи боже, слушай,

Тут не особый случай.

Если ты самый лучший

Или большой –

Дай человеку душу.

Дай человеку душу.

Дай человеку душу.

Будь человек – с душой.

А все же, такое дело.

Что я сказать хотела.

Пела или свистела