Читать книгу - "Фармбизнес. Правдивая история о российских предпринимателях - Вера Перминова"

Уже тогда, в 1990-е годы, наш рынок, или так называемое «фармацевтическое сообщество», делал какие-то попытки сорганизоваться, наладить некий мониторинг происходящих у нас процессов, более или менее регулярно обмениваться мнениями. Насколько я помню, одной из первых таких попыток следует считать появление общероссийской газеты «Фармвестник». Его владелец Юрий Крестинский – очень интересный человек. Судьба у него тоже интересная, он даже был одним из немногих бизнесменов, кто успел поработать в нашем любимом Минздраве. Но это было существенно позже.

Официально «Фармвестник» издается с 1994 года. Сначала это была совсем маленькая газетка на не очень хорошей бумаге. Но владельцы и редакционный коллектив смогли так ее структурировать и печатать такие материалы, что тираж непрерывно рос, газета становилась все толще и красочнее, начала понемногу зарабатывать деньги и превратилась в достаточно влиятельный инструмент на рынке.

Одна из прекрасных идей, например, заключалась в том, чтобы регулярно публиковать в газете рейтинги разных фармкомпаний. Например, рейтинг работавших тогда в стране дистрибьюторов, рейтинг производителей, импортеров лекарств, самих лекарственных продуктов, позже пошли рейтинги аптечных сетей и т. д.

Хорошо известно, что рейтинговые агентства пользуются в мире очень большим влиянием (по мнению многих, незаслуженно большим и даже вредоносным). Они «опускают» и «поднимают» крупные компании и даже целые страны, и место в рейтинге незамедлительно начинает сказываться на ставках, которые приходится платить по привлеченным кредитам, и других ощутимо бьющих по карману показателях.

Так и у нас на рынке – все мгновенно сообразили, что рейтинг, например, дистрибьюторов – штука очень важная, и, пожалуй, многие заводы-производители, прежде чем установить, скажем, планку товарного кредита, станут заглядывать в такой рейтинг. Кроме того, многие, глядя в него, вообще впервые осмотрелись на рынке, сопоставили себя с конкурентами и постарались, как могли, «раздуть щеки» и предстать перед миром в выигрышном свете.

Вдобавок все осложнялось тем, что и тогда, и до сих пор большинство компаний предпочитает скрывать истинные цифры своих экономических показателей: объем продаж, прибыльность и т. д. Европейская «прозрачность» у нас как-то все не прививается. А тогда и вовсе не стоило светиться. Обстановка в стране была довольно-таки криминальной, и владелец бизнеса, излишне откровенно опубликовавший данные о своих оборотах, мог легко столкнуться с предложениями «поделиться доходами» от какой-нибудь милейшей группы лиц. Поэтому все всё скрывали и на простейший вопрос «Какие у вас в этом году продажи?» притворялись глухими и заводили глаза к потолку. Как в такой ситуации корректно составить рейтинг компаний – вообще говоря, не очень ясно.

Тем не менее ребята справились, заключив со всеми желающими соглашение о конфиденциальности и получая от них те цифры, которые они сами желали представить (то есть не требовалось, например, представлять копию баланса и т. п.). Очень помогло то, что «в рейтинг» хотели попасть решительно все и это сделало их достаточно сговорчивыми. Многие на первых порах врали, во что были горазды, и приходилось их хоть как-то проверять. Например, какое-нибудь ЗАО «Ромашка» заявляло, что ему принадлежат также ЗАО «Одуванчик» и «Медуница» и что для получения «правильного рейтинга» следует суммировать все их показатели. А на поверку выходило, что это все вранье и отношения «Ромашки» и остальных напоминают скорее отношения «Фармапомощи» с незабвенным Александром Николаевичем в малиновом пиджаке. А поскольку тогда на рынке практически никто никого не знал, то и выяснить это иногда было не очень-то просто.

В результате российской мании секретности эти рейтинги публиковались обычно без каких-либо точных абсолютных цифр. Обороты наиболее крупной компании принимались за единицу, а остальные компании выстраивались в рейтинге по убыванию, например как обладатели 0,9 от максимального оборота, 0,7 от максимума и т. д. Но даже в таком виде это было очень важно для всех участников рынка.

Как только в газете появилась жизненно важная для компаний (и более или менее достоверная) информация, на основе которой можно было как-то планировать свою коммерческую политику, товарные кредиты, закупки и продажи, газета мгновенно приобрела популярность и уважение своих читателей.

Скажу сразу, что в дальнейшем это направление деятельности было сильно развито. В рамках одного холдинга с газетой было создано специальное агентство «Фармэксперт», которое прочно удерживает позиции ведущего аналитического агентства рынка, изучает и предоставляет (за плату, разумеется) массу различной информации обо всех мыслимых аспектах деятельности фармбизнеса, а также о действиях государства в этой сфере. Вообще этот холдинг значительно развился за то время, что я его наблюдаю. Там уже есть кадровое агентство, рекламное агентство «Аарон Ллойд» (берется в основном за работу, связанную с фармбизнесом), структура для проведения конференций и другие направления, правда, как мне кажется, не все одинаково успешны.

Владелец всего этого хозяйства Юрий Крестинский, как я уже говорила, очень интересный человек. Образование у него – учитель русского языка и литературы. Почему-то меня это поразило. В этом плане он является отличным примером того, как молодой российский бизнес находил свои лучшие кадры в самых разных профессиях и как умный человек с соответствующими задатками очень быстро становился в 1990-х годах успешным предпринимателем совершенно безотносительно к тому, какую профессию ему дала советская власть.

Насколько я себе представляю путь его развития, он достаточно долго занимался в основном своим холдингом, но вдруг, неожиданно для многих решил попробовать себя на государственной службе. Он перешел на работу в наше любимое министерство на должность директора департамента по фармацевтической деятельности, региональной и информационной политике Минздравсоцразвития. Это было, кажется, начало 2007 года.

Попытки бизнесменов работать чиновниками на нашем рынке довольно редки, я, во всяком случае, могу вспомнить буквально один-два случая. Хотя, например, на Западе это очень принято. Успешные бизнесмены, заработав себе определенное количество денег, идут работать в госструктуры, и их охотно берут, считая, что богатый человек не будет воровать. У нас этот подход обычно тоже часто провозглашается и даже встречается на практике. Когда после отставки Лужкова с поста московского мэра заново формировалось все московское правительство, наличие у кандидата личного немаленького состояния, по слухам, считалось совершенно необходимым фактором. Правда, в нашей стране все это часто приобретает какой-то вывернутый наизнанку смысл, и в результате во многих случаях оказывается, что вновь назначенный чиновник действительно человек небедный, но в бизнесе никогда не работал, а денег, видимо, нагреб на предыдущем месте работы, будучи тоже чиновником…

Но все-таки настоящие предприниматели тоже иногда попадают на чиновничьи места. Правда, не всегда бывают там успешны и не всегда надолго задерживаются. Меня это долгое время удивляло – ведь явно люди это очень неглупые и с незаурядными организаторскими данными… Видно, им не хватает какой-то очень важной составляющей, чтобы стать настоящим сильным чиновником. Но вот какой?