Читать книгу - "Кулинарное путешествие по югу России: Ростов-на-Дону. Старинные районы и необычные рецепты - Светлана Вадимовна Морозова"

Его благоговейно слушали около восьми тысяч переселенцев-армян. Тех, кто покинул Крым и шёл почти год пешком, теряя по дороге ослабевших сородичей.

В указе императрица повелевала новым жителям Российской империи основать один город и пять селений: Нахичеван и Чалтырь, Крым, Большие Салы, Малые Салы, Несвитай.

Так Екатерина Вторая стала «крёстной матерью» для донских армян.

Но откуда тысячи торговцев, врачей, мастеров, строителей, виноградарей и пахарей пришли на южную окраину России? И почему ереванские армяне говорят иначе, нежели их сородичи с Дона?

На самом деле путь на Дон у части армян начался за несколько столетий до того дня, как они услышали указ Екатерины.

Отправной точкой послужил 1065 год. Турки-сельджуки поработили Армению, разорив её столицу Ани.

Жителям города и близлежащих селений пришлось бежать. Часть анийцев добралась до города Аксарай (недалеко от будущей Астрахани) в Южном Поволжье – они торговали с татарами и хорошо знали местность.

Однако жизнь под управлением ханов не задалась. Армян-христиан давили налогами, угрожали. Со стороны степи набегали дикие ногайцы и грабили.

И армяне снова пустились в путь. На этот раз точкой назначения выбрали приморские города Крыма, где властвовали генуэзцы.

Опомнившись, аксарайские татары попытались задержать армян, но те пошли в бой и вырвались из западни.

В 1330 году, после полутора лет скитаний по дикой степи, переселенцы достигли Кафы (современная Феодосия).

Так Крым стал домом для анийцев. Здесь их не притесняли за веру – генуэзцы сами были христианами. В правах переселенцев не ущемляли, а на защиту новой родины армяне вставали наравне с генуэзскими купцами.

Но спустя полтора века армян снова «догнали» турки.

В 1475 году султан Магомет II решил устранить конкурентов италийцев и разорить Кафу. Осаду город не выдержал и был разрушен.

Часть жителей, бежавших от резни, нашли приют в татарских деревнях, несмотря на разную веру. Но большинство побежали дальше.

Молдавия, Валахия, Польша… Кто-то всё же остался в разоренных турками деревнях.

Матушка-царица и фельдмаршал Суворов

Кто привёл армян на Дон

Прошло ещё триста лет. Окрепнувшая Россия стала пробиваться к Чёрному морю, осваивая дикие донские степи и Приазовье. На пути, конечно, встали турки.

Несколько войн выдержала империя, чтобы закрепиться на Юге. И в 1774 году, после очередной войны с Турцией, был заключён Кючук-Кайнарджийский мир, по которому татарское ханство в Крыму признали не зависимым от Турции.

Сразу же агенты Екатерины стали подбивать армян и греков переселиться в безлюдный Новороссийский край (будущая Ростовская область). Выгоды очевидные: там, куда приходят армяне, появляются торговля, ремесло, строятся селения и города.

Армяне серьёзно задумались. Императрица обещала самые щедрые условия для переселенцев. Но как бросить нажитое? Пашни, виноградники, сады, скот как перевезти?

В качестве главного «двигателя» своей безумной авантюры Екатерина направила в Крым самого А. Суворова, победителя турецких войн. И фельдмаршал не подвёл. Очаровал, пообещал, уговорил.

Договорился с донскими казаками о сопровождении переселенцев через степь к Дону.

18 августа 1778 года первая партия армян из Кафы выдвинулась в путь. За ней последовали ещё две. Всего почти тринадцать тысяч человек.

Год шли люди, и только две трети от вышедших смельчаков достигли Ростова. Их преследовали болезни, тяготы пути. И погода. Всё же на Дону холоднее, чем в Крыму.

Но он таки настал, тот день, когда на площади новой Нахичевани прозвучал указ императрицы: армяне-поселенцы освобождались от государственных податей и служб на десять лет, от воинской повинности – на сто лет.

Армянам разрешалось строительство церквей с проведением в них обрядов по своим законам и обычаям. Разрешалась свободная торговля внутри и вне государства.

Донские армяне получили право строить своими силами фабрики, заводы, купеческие мореходные суда.

Не обманула «крёстная мать». Да и «крестники» не подвели.

Старинная Нахичевань

Кусочек Востока в Ростове-папе

Город сразу строили «по уму». Планировка была строгой и понятной: сетка улиц и переулков, пресекающихся под прямым углом. Почти как на Васильевском острове Петербурга: даже улицы назывались «линиями». Эта планировка сохранилась и сегодня.

Во многом сохранились и дома старинной Нахичевани. Ведь местные зажиточные люди не скупились на лучших архитекторов империи. Деньги у них водились всегда.

Уже к 1825 году в Нахичеване число фабрик – водочных, рыбных, салотопенных, кожевенных, хлопчатобумажных и других, достигало тридцати трёх. В то время как в Таганроге их было двадцать шесть, а в Ростове-на-Дону только двенадцать.

С 1860-х годов пошел рост заводов, обеспечивавших строительство: кирпичных, черепичных, известковых, кафельных и других. Их и сейчас огромное количество.

Генерал Раевский, вместе с Александром Пушкиным побывавший в Нахичевани в 1820 году, писал: «Город этот многолюдный и в торговом отношении очень богатый. Здесь и жизнь, и строения, черты лица и одеяние населения – всё своеобразно».

И он был прав!

Построенная рядом с почти бандитским Ростовом, Нахичевань славилась спокойствием.

В статистическом отчете, предоставленном таганрогскому градоначальнику от 23 июня 1823 г., можно прочитать: «В течение последних 10 лет в округе Нахичевана никем из жителей ни одного убийства не учинено».

Наверняка это было связано с тем, что армяне не только наказывали за преступления, но и обучали, просвещали своих детей. Очень быстро юные нахичеванцы стали студентами в университетах обеих столиц России и далее в Европе: Лондон, Париж, Берлин.

Стало модно и даже выгодно русифицировать армянские имена. Так и повелось: Берберяны становились Берберовыми, Костанаяны – Кастанаевыми, Алавердяны – Алавердовыми, Багдыкьянцы – Багдыковыми и так далее. Ованеса изменяли на Ивана, Мкртыча – на Никиту, Гукаса – на Лукьяна.

Монастырь Сурб-Хач

И какова же ирония судьбы, что торговая, богатая Нахичевань в 1929 году была присоединена к Ростову как Пролетарский район!

Запахи Нахичевани

Рассказывает доктор Георгий Багдыков

«Я родился и вырос на 23-й линии, 18. В старинном доме, построенном в 70-х годах позапрошлого века, в старинной нахичеванской семье.

По легендам, нахичеванские Багдыковы начались с двух братьев-сирот, которые, при переселении из Крыма в 1779 году, потеряли родителей. Но выжили и стали родоначальниками большой и дружной семьи.

Последние поколения Багдыковых жили в самом сердце Нахичевани, в собственном доме.

Вот как мой отец, заслуженный врач России, краевед, в своих мемуарах описывает этот дом:

„Здесь жил дух добра и уважения к прошлому. Особое место в доме занимали две большие смежные комнаты. Одна из этих комнат именовалась залом. Между ними стояла