Читать книгу - "Живая бомба - Фридрих Незнанский"

— «Явных бандитов», — передразнил Камелькова Меркулов. — Во-первых, будь они такие «явные», нам бы не пришлось месяцами выкладываться, чтобы прижать их к стенке. А во-вторых… — Он нахмурился еще больше. — ; Вы что думаете, президент сам не знает, насколько глубокие корни пустила коррупция в органах власти? Знает! Еще как знает! Но такие дела с кондачка не делаются. Все должно быть постепенно. Знаете, как ловят большую рыбу? Сначала ее долго «водят», чтобы она устала и не смогла мобилизовать силы для решающего рывка. Если дернуть сразу, она сорвется и уплывет с крючком во рту. Подсекать можно только мелкую рыбешку, что вы с успехом и проделали. Да что я говорю — вы сделали больше! Вы не только нашли киллеров и организаторов, вы прекратили деятельность целого преступного синдиката. Муслиев, Леус, Барыгин, Кузнецов — все они сидят и будут сидеть еще очень долго. За это честь вам и хвала. Только представьте, скольким людям вы спасли жизнь!

Алена Никитина вздохнула. Меркулов глянул на нее и смягчил голос.

— Ошибок вы, конечно, допустили кучу, что и говорить. Но я, так и быть, заставлю себя посмотреть на все ваши проступки сквозь пыльцы. А вообще… — Он улыбнулся. — Инфекция и зараза, ребята, будут в мире всегда. Стоит победить одну болезнь, как тут же появляется новая. Но, слава богу, кроме инфекции в мире есть и врачи. Вот мы с вами и есть врачи. Ясно?

— Ясно, — кивнул Мишаня. — Только что-то я не испытываю по этому поводу большого восторга.

Меркулов внимательно на него посмотрел, его смуглое, широкое лицо просветлело, сурово очерченные губы тронула легкая улыбка.

— Восторгаться, возможно, и не стоит. А вот помешать вам выпить за успешное окончание дела никто не сможет. Но это, конечно, после работы. Кстати, я тут вам кое-что принес. — Меркулов сунул руку за пазуху и извлек на свет божий темную, узкую бутылку. Поставил ее на стол и объяснил: — Настоящий, французский. Покупал в посольском магазине. Это вам вместо именных часов и повышения по службе. Пейте и думайте о хорошем. А мне, пожалуй, пора.

Возле двери Меркулов остановился, показал пальцем на бутылку и строго повторил:

— Только после работы, ясно? — Затем повернулся и вышел из кабинета.