Читать книгу - ""Зарубежные детектив 2026-27". Компиляция. Книги 1-11 - Салла Симукка"

обороны было в курсе, но не вовлекалось. Оценка была заданием от самого производителя. А что?

— Да просто интересно. — Фредрик придвинул стул к столу и доверительно наклонился вперед. — Я хотел у вас кое-что спросить. Личное.

Бюлль выжидающе посмотрел на него.

— В нашу последнюю встречу вы довольно резко отозвались о премьере Рибе. Как о политическом цинике.

Толстяк хохотнул.

— Это еще мягко сказано.

— Вы сказали, что думаете, что меня и мою коллегу использовали, чтобы новый министр финансов не смогла протестовать, когда ей сообщили об истребителях.

— И я по-прежнему так считаю.

— Вы думаете, Рибе или его помощник… могли они обмануть вас? Сфабриковать историю об украденной документации, чтобы инсценировать эту встречу? Чтобы надавить на министра финансов?

На лбу Хокона Бюлля проступила глубокая морщина.

— Думаю, для Рибе и его людей мало что остается святым, — наконец ответил он, откинувшись на спинку стула и сложив руки на животе. — Могу я задать вопрос тебе?

— Конечно.

— Действительно ли Франке Нуре причастен к краже флешки?

Фредрик удивленно посмотрел на него.

— А что?

— Я истолкую это как да, — оправдываясь, ответил Бюлль. — Твою же мать. Я знаю Франке. Мы вместе ходим на охоту. Франке, его сосед, Рогер, и я. Мы трое работали вместе в полиции. Сто лет назад. Но мы подружились и стали охотиться на зайца зимой и на лося осенью каждый год с тех пор. Вдруг я что-то ему сказал… чем он мог бы воспользоваться. Что могло навести бы его на какие-то мысли, — пробормотал он.

— А вы что-то сказали?

Бюлль продолжил бормотать.

— Не знаю. Знаешь, как бывает, когда выезжаешь с товарищами. Простая болтовня, обо всем и ни о чем. Как бы то ни было, это, мать ее, ужасная трагедия.

Фредрик проводил Бюлля до лифта. Толстяк шел, переваливаясь.

— Вы ведь знали моего отца, — сказал Фредрик. — Вы знаете, почему родители переехали в Норвегию?

Бюлль покосился на него.

— Нет… твоя мать ведь была норвежкой, наверно скучала по дому. А почему ты спросил?

Фредрик чуть замялся, не зная, сколько ему можно рассказать.

— Знаете, та журналистка, которую мы нашли в Маридалене. Бенедикте Штольц. Она спрашивала меня об отце. Интересовалась его работой.

— Ты думаешь, это как-то связано с убийствами?

— Этого я не знаю, — быстро ответил Фредрик. — Я ходил в американское посольство. Просил их дать мне почитать дело отца. Все, что мне предоставили — заявление о приеме на работу и справку об увольнении.

— Ну, после Вьетнама я встретился с твоим отцом уже когда начал работать в полиции. Однажды он просто позвонил мне. Полагаю, по старой памяти. Наши супруги нашли общий язык, а мы с ним стали закадычными друзьями. Но по работе мы никак не соприкасались. Если я правильно помню, Кен занимался размещением американской боевой техники на складах и в горных чертогах Норвегии. Транспорт, танки, оружие… на случай конфликта с СССР.

— У вас не сложилось впечатления, что он участвовал в чем-то более… деликатном?

Бюлль жирным пальцем нажал кнопку лифта.

— Тогда все было деликатно. Холодная война. Многое с тех времен так и осталось под грифом секретности. Возможно, поэтому посольство и не захотело выкладывать тебе информацию.

— А вы знали, что отца отстранили от работы?

— О чем ты?

— За несколько месяцев до того, как он ушел из посольства. Вдруг он сделал что-то не так? Может, против него было начато расследование за что-то.

— Увы. Так близки мы не были. Да и потом, вскоре он умер. Все вышло так быстро.

Фредрик решил рискнуть.

— «Организация», — сказал он. — Отец никогда не называл это слово? Может, он работал на нее или с ней?

Бюлль задумчиво нахмурился.

— Нет.

Лифт пришел и открылись двери.

— Ты пробудил во мне любопытство. Эта… «Организация». Что это вообще такое? Она важна?

Фредрик покачал головой.

— Я не знаю.

Наступил вечер. Фредрик с Кафой остались практически одни в опенспейсе. Фредрик, достав последнюю таблетку болеутоляющего из блистера, запил ее холодным кофе и с затекшей ногой доковылял до окон. Он любил стоять тут и обозревать город. Дождь кончился, и снег, лежавший в Бутспарке, в свете фонарей превратился в кашу золотистого цвета. За кронами деревьев строгой геометрической формы высились над фьордом здания «Штрих-кода»[212]. Приложив лоб к стеклу, слева он разглядел тюрьму Осло. Как спицы во втулке торчали три ее крыла из изогнутого полукругом кирпичного здания. Там сидел Франке Нуре.

Холод стекла успокоил боль в виске. Мысли прояснились. Фредрик был уверен, что инспектор Косс ошибается. Свою бритву Оккама пусть засунет себе куда подальше. Бенедикте Штольц нашла связь контрабанды оружия в Афганистан с заброшенным зданием в лесу и виллой, где работал его отец. Это стоило ей жизни. Но откуда же она взяла информацию?

Фредрик думал о том, как журналистка провела свои последние часы. После ужина в замке Акерсхюс она поехала домой и легла спать. На следующий день встала рано утром, сказала, что едет на работу, но несколько часов спустя оказалась у Маридалсваннет. Там встретилась с Рикардом Рейссом. С собой у нее был пустой блокнот и бумажка с четырьмя обозначениями. Чернобыль. Кен Бейер. Афганистан и Номан Мохаммед, а посередине — «Организация».

— Зачем? — пробормотал он. Начальник Бенедикте отозвался о ней как об осторожном репортере, никогда не рисковавшим просто так. Так зачем же