Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

он и сумеет выпутаться из этого дела, но нужны открытые слушания, внимание прессы. Эта молоденькая нервная девочка, конечно, не выдержит давления. Она сломается, наделает ошибок. Пара таких ошибок, и Джо выйдет сухим из воды.

Если процесс будет шумным, полиции придется сосредоточиться на поимке Лили. Привлекут общественность, объявят ее в национальный розыск. Найдут, привезут в Чикаго.

Джо прямо видел, как он войдет в зал суда и объявит во всеуслышание, что за убийством Бенни Барроуза стоял не кто иной, как Сэм Килиан. Это будет момент, достойный Перри Мэйсона[127], — жюри присяжных так и ахнет, а репортеры наперегонки кинутся к телефонам.

Но тут Пайн заставила его спуститься с небес на землю:

— Э-эй! Вы, похоже, витали где-то в облаках, пока я тут перед вами распиналась.

— Я что-то неважно себя чувствую. От этого наркоза я до сих пор как под кайфом. Вы, кстати сказать, не имеете права допрашивать меня в таком состоянии — кто угодно подтвердит вам, что я частично недееспособен.

Пайн изменилась в лице.

— Да, кстати, вы спросили меня, не хочу ли я позвонить адвокату? Я что-то не припомню.

Она щелкнула кнопкой диктофона и вскочила.

— Хороший заход, — сказала она — только если вы будете утверждать, что были не в состоянии давать показания, вам все равно никто не поверит.

— Ну не знаю. По-моему, все это сильно смахивает на бред сумасшедшего.

Пайн встала прямо перед ним — руки в боки, глаза горят.

— Хотите знать, на что это смахивает? — рявкнула она. — На то, что вы все, от начала до конца, выдумали. Но меня на мякине не проведешь, дорогой вы мой. Я не из тех, кто слепо верит всему, что говорят. Не верите — спросите у Кена Стэли.

Джо уронил голову на подушку.

— А Стэли-то тут при чем?

— Вот у него и спросите. Сейчас подлечитесь, переведем вас из больничной палаты в камеру — глядишь, к Стэли в сокамерники и попадете.

— Стэли посадили?

— Сегодня утром я арестовала его по обвинению в убийстве Сэла Вентури. Как вы и сообщили нам, до того как вам вдруг резко поплохело, Вентури был застрелен Лумисом, человеком Стэли. Таким образом, Стэли является организатором преступления.

Голос Пайн дребезжал от волнения, на щеках проступил румянец. Конечно, сейчас ею движет азарт — вот и кидается как тигр на доказательства, чтобы поскорее распутать это дело и посадить кого только можно. Он на ее месте вел бы себя точно так же. Вот только он не совершил бы тех ошибок, которые по неопытности допустила Пайн.

— Стэли слишком крупная рыба, — сказал он, — и вам ни за что не убедить присяжных в его причастности. Он просто скажет, что Лумис принял это решение совершенно самостоятельно, свихнулся и все тут. Найдет, как отмазаться.

— У меня есть свидетель, который лично слышал, как Стэли отдавал приказ Лумису.

— Что же это за свидетель такой, на которого вы так рассчитываете?

— Его жена.

— Жена?!

— Да. Она считает, что «Тропическая Бухта» разорится, если не убрать Стэли с дороги. Она хочет взять бизнес в свои руки, разумеется, если совет директоров одобрит ее кандидатуру.

— В общем, она готова сказать все что угодно, только бы навсегда от него избавиться.

Пайн отбросила с лица прядь темных волос:

— Решение остается за Жюри присяжных.

— Ну-ну, удачи. Но знаете, будет куда больше толку, если вы так же рьяно броситесь на поиски Лили Марсден.

— Предоставьте это дело мне. Мы сумеем ее найти. — С этими словами она развернулась и пошла прочь.

Детективы ушли. Джо остался в палате один. «Глупости. Никогда вы ее не найдете», — подумал он.

Глава 63

Лили опустила окно угнанного фургона, и в машину хлынул горячий воздух. В штате Аризона стояла жара. Она учуяла неприятный запах, еще когда проезжала по поросшим лесами холмам близ Флагстаффа — едкий такой, гнилостный душок. То ли пролили что-то, то ли где-то валялись использованные подгузники (на заднем сиденье автомобиля было креслице для перевозки грудничков).

Какая жалость. Испортила кому-то семейный отдых. Ну ничего, пройдет какое-то время, и они получат назад свой фургон в целости и сохранности. Она оставит его в Альбукерке, если, конечно, «миата» окажется на том самом месте, где она ее оставила. В собственной машине с откидным верхом поездка по пустыне будет куда приятней.

К востоку от Флагстаффа холмистая местность сменилась равниной. Лишь кое-где мелькали столовые горы с плоскими вершинами да обнажения пород — они пылали багровым в лучах заходящего солнца. Прямо кадр из фильма про ковбоев.

Горячий ветер врывался в салон, трепал ее волосы. Это было как очищение. Ей нравилось в пустыне, нравился этот простор, этот беспощадный зной. Она летела на всех парах по трассе I-40 назад в Альбукерке. Оттуда ей предстояло отправиться на север, к восточному склону Скалистых гор, выйти на двадцать пятую автостраду. Доехать до Денвера, а оттуда на восток, через бесконечные прерии, и в Чикаго.

«Поеду как раз туда, куда так зазывал Джо Райли, — размышляла она. — Полиции никак не придет в голову искать меня там. Доберусь, найду того полицейского. Детектива Сэма Килиана из «убойного» отдела». Это будет ее последнее дело. Убийство Килиана станет ее прощальным подарком Джо, компенсацией за те две пули.

И все. Больше в ее жизни не будет ни убийств, ни угнанных автомобилей, ни продажных полицейских. Не будет пальбы в узких коридорах. Все. Баста. Она уходит со сцены.

Она еще не решила, чем займется, куда поедет. Куда-нибудь, где тепло. Где есть бассейн и игровые автоматы.

Лили обогнала автопоезд, который еле плелся по дороге с включенными «аварийками». Перестроилась в правый ряд, включила устройство автоматического поддержания скорости, причем на уровне выше минимальной где-то на десять километров в час.

Путь до Чикаго, конечно, не близкий, но ей некуда торопиться. Судя по тому, что говорил Джо, этот Килиан никуда в ближайшее время не собирается.

На соседнем кресле запищал мобильный. Когда же наконец она выкинет эту чертову игрушку. Может, на самом деле ей хотелось, чтобы Джо позвонил?

Она ответила после третьего звонка.

— Приветик, Лили.

— Из больнички звонишь?

— Да вот, решил проверить, не выкинула ли ты мобильник.

— Все еще собираюсь.

Помолчали.

— Ну, ты как, жить будешь? — спросила она.

— Доктора говорят, на ступне останется стильный шрам. Ты умудрилась продырявить ее ровно посередине. Можно подумать, меня с креста сняли.

— Вряд ли кто-нибудь примет тебя за Христа.

— Я, между прочим, в детстве прислуживал в алтаре.

— Так ты же у нас вроде