Читать книгу - "Смертельный псевдоним - Наталья Солнцева"

не могила, еще не полное погружение в небытие. Здесь живут страх и надежда, крошечные осколки ускользающего мира: немного звуков, затхлый воздух, сырость и последние, жалкие атрибуты существования – стены, топчан и свеча. Здесь отчаянная жажда вырваться из тисков смерти, оказаться на воле, исчезает по капле, как вытекающая из раны кровь.

Такие места есть в любом городе, которому больше пятисот лет.

Потрошитель облюбовал это местечко давно, когда ничто подобное тому, что происходит ныне, не приходило ему в голову. От кого-то он услышал байку о подземелье, где якобы еще опричники Ивана Грозного пытали бояр и колдунов, желающих извести царскую семью. Захотелось оказаться там, представить себя палачом, ощутить полную власть над другими существами, их жизнью и смертью, власть, которая сродни опьянению. Для чего? Он не задумывался. Потом, в процессе поиска, оказалось, что подвал намного моложе и не мог быть использован опричниками. Но зато его не обошли своим вниманием «новые опричники», появляющиеся практически при каждой смене власти, и особенно «опричники» Дзержинского, а затем его преемников на этом важном государственном посту. Так что подвал отвечал всем требованиям к подобному помещению, – непроницаемый для света и звуков, хорошо запрятанный, и в него нельзя было проникнуть кому попало. Дом, под которым он располагался, многократно перестраивался, менял своих хозяев. Теперь же, волею судеб, опустел и подлежал если не сносу, то капитальному ремонту. В одной из комнат нижнего этажа проживал дряхлый, полуслепой, глухой бомж. Не было никакого смысла гнать его.

Раньше Потрошитель, который тогда еще таковым не являлся, не знал, почему его так влечет страшный подвал. Он приходил сюда изредка, раз или два в год, убеждался, что все без изменений: подземная темница ждет, алчет новых жертв. Таково ее предназначение.

Новый хозяин спускался под тяжкие, отсыревшие своды и долго стоял без движения в полном одиночестве, прислушиваясь… Постепенно глухая, вязкая тишина наполнялась приглушенными стонами, криками, проклятиями и мольбами, последними вздохами умирающих. Он впитывал эти несуществующие звуки, испытывая болезненное наслаждение. А впрочем, почему несуществующие? Раз он их слышит…

Подспудно, незаметно родилась идея бросить в голодную пасть темницы долгожданную жертву, заодно и самому сыграть роль палача. Сладкую, вожделенную роль! Идея медленно, исподволь овладевала им, проникала в его сознание. Он стал зависим от нее, и жизнь его превратилась в изнурительную борьбу с вырастающим внутри, набирающим силы Палачом. Он чувствовал в себе это право – казнить других. Никто ему такого права не давал, он сам его присвоил. А потом оправдал всеми доступными ему средствами: несправедливостью окружающих, злой иронией судьбы, чужой подлостью и предательством, а главное – непроходящей, невыносимой обидой, нанесенной ему этим миром. Разве он ее заслужил?

Так пусть свершится то, что должно! Пусть, наконец, грешник ответит за свои грехи здесь, в этом подвале, а не в призрачной преисподней, которая то ли есть, то ли нет. Он сам станет Ангелом Смерти, исполнит роль карающей десницы!

Будущую жертву не пришлось долго искать – она сама шагнула к вратам ада, бессовестно нарушив все обещания, отказавшись от всех обязательств. Она оказалась не чистой мадонной, а лживой, заурядной шлюхой! Она обманула его!

У него пошатнулось здоровье, начались неприятности. Он потерял веру в будущее. Он больше не чувствовал себя в безопасности. Она отобрала у него возможность обрести счастье, поставила под угрозу его карьеру, саму его жизнь. Она оказалась чудовищем, которое он не сумел вовремя распознать. Наконец он созрел и готов сразиться с ней.

Разве сражение с чудовищем не делает чести герою?! Чем, как не этим, прославились мифические Персей, Геракл, Тесей? О! Зло иногда приобретает изящные, совершенные формы, оно принимает прекрасные обличья, вводя в заблуждение и соблазн прямодушных храбрецов. Оно обволакивает, завораживает, чтобы погубить. Оно имеет тысячи прельстительных лиц, подобно многоглавому дракону. Но всему приходит конец, и обманутый герой, опомнившись, бросается в битву со злом.

Тот, кто назвал себя Потрошителем, долго и терпеливо вынашивал свой план, продумывал каждую деталь. Замысел становился все запутаннее, обрастая новыми и новыми предосторожностями, хитростями, обманками. Настала пора осуществлять его.

Пока все шло без сучка без задоринки. Жертва попала в расставленные сети, оставалось получить то, что позволило бы ловцу вздохнуть спокойно.

Он и не подозревал, как понравится ему роль Палача! По ходу событий первоначальная цель отошла на второй план. Темница получила то, чего ей не хватало, – узницу. А он – возможность отомстить. Не только за себя.

Проклятая баба, которая привыкла всюду совать свой нос – как и ее наглый дружок, оказалась у него в руках. Когда Потрошитель прикоснулся к ее обмякшему, сонному телу, внутри него взорвался вулкан. Не-е-ет, ее он сразу убивать не будет. Слишком просто, он не успеет вдоволь насладиться ее страданиями. Пусть помучается, как мучился он. Ишь, вообразила себя королевой! Так ведь и короли клали головы на плаху. Последняя инстанция – палач, с ним не поспоришь.

Он будет убивать ее медленно, впитывая по капле ее смерть. Сначала он погубит ее рассудок, а потом возьмется за ее тело, такое красивое, белое, мягкое и нежное. Шелковистое на ощупь, где под тонкой кожей видны голубоватые жилки.

Тот, кто назвал себя Потрошителем, раздевал ее, спящую, при тусклом огне свечи: сначала полупальто и пуховой платок, сапожки, за ними трикотажный костюм, атласную майку с кружевами, бюстгальтер, колготы… Жаль, что она не чувствовала его прикосновений. Досадно! Зато не вырывалась, не кусалась и не царапалась, не орала, как оглашенная – лежала смирно, тихо дышала… заколдованная царевна в пещере Потрошителя. Он приволок ее сюда, недвижимую, и теперь она принадлежит ему. Никому больше!

Для продолжения страшной сказки ее нужно переодеть, как и положено, в настоящий королевский наряд – тонкую длинную сорочку, бархатное платье с золотым шитьем, туфли из мягкой кожи, чтобы она не замерзла раньше времени. И посадить на цепь. Приковать к стене, как делали в столь любимые ею шекспировские времена. Ха-ха! Славно будет попробовать эти сладкие времена на вкус, а не просто читать про них в книжках или смотреть глупые представления.

Ее дружок выполнит все условия, но никогда уже не увидит свою прекрасную леди!

– В лучшем случае я пришлю ему локон с ее драгоценной головки, – прошептал Потрошитель. – В худшем – ушко или пальчик. А если мне очень захочется развлечься, то сердечко. Ха-ха-ха…

* * *

Смирнов без аппетита перекусил в маленькой пельменной, проглотил тепловатый кофе и поспешил на улицу, к машине. Он не замечал свежего весеннего ветерка, купающихся в луже