Читать книгу - "Коррида с предателем - Ирина Владимировна Дегтярева"

с Трофимоффым в Австрии, вел многочасовые беседы, что Лубянка «считала этого американца ценным агентом и получала от него важную информацию». Заседание закрытое, но утечки есть. — Трофимов взял газету в руки и стал отмахиваться от комаров, норовивших усесться ему на шею. — Ты давно видел Кондратюка? Он вообще жив?

— Жив и еще весьма бодр. Звоню ему иногда, даже встречались пару раз. По-моему, он уже наверняка отошел от дел. Во всяком случае, у меня такое ощущение. Приглядываю за ним.

— Помнишь, мы надеялись, что, после проведенных тобой спецмероприятий с Кондратюком, нам дадут санкции прошерстить личное дело Крылова и все дела, по которым он работал?

— Мечтать не вредно. Я и тогда понимал, что мы его не свалим. Слишком он пророс везде и связями, и авторитетным влиянием. Его самого надо было прозвать Кракеном. Щупальца у него длинные и крепкие.

Надя выглянула с крыльца, заметила Трофимова:

— Так у нас гости! Коля, здравствуй! Почему один? Где Марина? Лена?

— Здравствуй! Я со службы заскочил ненадолго.

— Ну без ужина не отпущу. Через полчаса будет готово.

Тихонов встал и потянулся.

— Я тут разленился совершенно, — сообщил он. — И что наши говорят по поводу всего этого?

— А ты как думаешь? Всё то же: предатель! — Трофимов снял пиджак и повесил на спинку стула. — Я недавно видел очередное выступление Крылова. Наслушался так, что уши вянут. Он нападает и на церковь, выступает против нынешней власти…

— Ну это понятно. Церковь — то, что объединяет, один из столпов России. Устойчивая, надежная власть тоже не по душе ему и его хозяевам, потому что смута им необходима для дестабилизации многонационального, разноконфессионального государства.

— Он единичные протесты, спонсируемые Западом, преподносит как стабильное противостояние власти, которое приведет в конечном счете к ее свержению и к европеизации России. После того как подобные Крылову и иже с ним раскачали лодку, в которой сидели, нам теперь еще долго разгребать. А они сами были обладателями спасательного круга и не преминули им воспользоваться. Отряхнули прах со своих ног и погребли на Запад.

— Как ни двигайся на Запад, все равно уткнешься в Восток — земля-то круглая, — пошутил Тихонов и закурил. — Европейцы, американцы могут смотреть на нас свысока. Сколько угодно. Мы простим их пренебрежение и во взглядах, и даже в пустых словесных злобных выпадах против России.

— Русский человек долготерпимый, великодушный — в этом отчасти и секрет нашего национального характера, — кивнул Трофимов.

«Однако только мы, когда нас вынуждали воевать, шли и шли вперед, освобождая соседей от врагов, оберегали свои пусть и небогатые дома, своих близких, — подумал Сергей, не решившись произнести это вслух. — Наши герои поднимались в полный рост. А поначалу казались невзрачными мужичками: лапотники, землепашцы, рабочие, учителя — все они становились богатырями. Былинными богатырями, шагающими из века в век, оберегающими родные земли предков. Сыны своей Рассеи, матери, кормилицы, они не могли бы назвать себя «людьми мира». Человек мира означает только одно — существо без дома, без привязанностей, без Родины. Такой способен предать любого, выбирая себе близких и соотечественников по принципу сиюминутной выгоды».

Сергей посмотрел на скворечник на березе, покосившийся, но весной обитаемый. На небо, начавшее рыжеть от заходящего солнца, и убежденно подумал, что ничего в этой жизни не случается напрасно.

Он взял газету из рук Трофимова и бросил ее на угли костра, который жег днем. Даже на седеющих углях газета быстро занялась пламенем и скукожилась в причудливую хрупкую форму, состоящую из пепла. Даже буквы все еще читались. Но до первого ветерка, который развеял новость сегодняшнего дня в прах.

В 2002 году Олега Крылова заочно осудили за государственную измену и приговорили к пятнадцати годам лишения свободы. Его окончательно лишили звания, наград и персональной пенсии, а через год он получил американское долгожданное гражданство. Наверное, таким образом его хозяева подсластили горькую пилюлю.

Но дорожил ли он наградами и званиями страны, которую предал?

Примечания

1

ИМЭМО — Институт мировой экономики и международных отношений. — Здесь и далее примеч. автора

2

Вы знаете немецкий язык? Представьте себе, я тоже говорю по-немецки!

3

У вас хорошее произношение. Я учил язык в школе. Совершенствовался в языке уже в Германии.

4

Как вы оказались в Германии?

5

По своей воле?

6

Вальтер Ульбрихт был первым секретарем ЦК Социалистической партии Германии в 1950–1971 годах

7

ГеленОрг — так сокращенно называли Организацию Рейнхарда Гелена, генерал-лейтенанта рейха. После войны он же стал создателем организации-предшественницы Федеральной разведывательной службы Западной Германии (BND)

8

Джеймс Уильям Фулбрайт — сенатор от штата Арканзас, основавший программу образовательных грантов в 1946 году. Финансировавшаяся Госдепом программа была направлена на укрепление культурно-академических связей между США и другими странами. Она включала в себя и образовательную программу

9

Штази — министерство государственной безопасности ГДР

10

Hausgeist (нем.) — домовой

11

Мауэрзи — ныне озеро Мамры на территории Польши

12

Каптри (жарг.) — капитан третьего ранга

13

Из стихотворения Б.Окуджавы «Ванька Морозов»

14

РУМО — разведывательное управление министерства обороны США

15

Эклампсия — судороги при отеке мозга, нарушении кровообращения и повышении артериального давления. Похожа на эпилептический приступ

16

Гиповолемия — уменьшение объема циркулирующей крови

17

ЛГУ — Ленинградский государственный университет

18

Fall in love (англ.) — влюбиться

19

КДП — командно-диспетчерский пункт

20

Рицин — белковый токсин растительного происхождения. Чрезвычайно ядовитый

21

ГКЧП — Государственный комитет по чрезвычайному положению