Читать книгу - "Доктор Фальк и убийства под парусом - Игорь Евдокимов"

еще остались пули, а мы не хотим, чтобы вы случайно попали в кого-то еще.

Актриса растерянно посмотрела на него, точно пытаясь понять, откуда он здесь взялся. А затем ее руки разжались, выпуская револьвер. Несвицкий ловко поймал его, не дав упасть на пол.

– Василий Оттович, не хочу вас прерывать, но проверьте фон Бека, пожалуйста, – обратился он к доктору.

Фальк нехотя отстранился от Лидии, продолжая нашептывать ей, что все будет хорошо, и коснулся пальцами запястья валяющегося рядом мужчины. Затем бегло осмотрел зрачки.

– Мертв, – заключил он, разглядывая спину фон Бека. – Кажется, одна из пуль попала прямо в сердце.

– М-да, дамы, повезло вам, что револьвер попался мелкокалиберный, – пробормотал Несвицкий. – Иначе бы могли прострелить насквозь и…

Договаривать он не стал, осознав всю неуместность замечания в данных обстоятельствах.

– Я… Не думала об этом… – призналась Алеева.

– Конечно же, – понимающе кивнул Фальк. – Спасибо вам, Ольга Ивановна. Если бы не вы, то я бы…

Он осекся и вновь обнял сидящую на полу Лидию. Обведя взглядом собравшихся, доктор произнес:

– Давайте переместимся отсюда! Пора заканчивать этот чертов спектакль!

Глава двадцать девятая

Без этого разоблачения невозможно воспроизведение всего человека, невозможен правдивый суд над ним.

М. Е. Салтыков-Щедрин, 1874 год

Вся следующая ночь для Лидии прошла как в тумане. Воспоминания путались. Вот Фальк осматривает ее, хочет убедиться, что фон Бек не нанес непоправимого вреда ее здоровью. Вот она пересказывает произошедшие события прибывшим Новикову и Сидорову. Вот Фальк задает ей странные вопросы. Вот они с Сидоровым исчезают, а Новиков опрашивает Алееву.

– Как вы нашли меня? – слышит Лидия свой голос.

– Вы заинтриговали меня, – отвечает Ольга. – Я рассказала вам про фон Бека – и вы внезапно куда-то побежали. Спустя десять минут вы уже торопились обратно с крайне решительным видом. Я последовала за вами до какой-то хибары. Вы зашли внутрь – и исчезли. Я уж было подумала, что вы решили там заночевать, и собиралась уйти, но любопытство взяло верх. От двери я услышала знакомый голос, потом – грохот и возню, вошла внутрь – и увидела вас… Пистолет на печи. И не раздумывала.

– Я рада, что вы оказались рядом, – бормочет Лидия и засыпает.

Как она оказалась дома – девушка не помнила. Почему-то ей казалось, что ее нежно перенес на руках Фальк. По крайней мере, записку с его почерком она нашла утром на прикроватном столике.

«Как врач я предписываю тебе постельный режим и минимум волнений. Как твой друг я знаю, что ты не простишь меня, если пропустишь финал этой истории. Будем ждать тебя в два часа в яхт-клубе. Ф.»

Естественно, к двум часам пополудни (а если быть точным – то на десять минут позже назначенного срока) Лидия, умывшись, прихорошившись и сменив платье, вошла в зал ресторана при яхт-клубе. Взгляды всех присутствующих обратились к ней, отчего она вновь почувствовала себя актрисой на сцене.

За столами сидели и, видимо, ждали ее сплошь знакомые лица. Фальк, Новиков и Сидоров. Командор Всеволжский и боцман Персиков. Богомольцев-Донской и Гейнц. Чернов и Алеева. Расположившийся отдельно ото всех Несвицкий. Не хватало разве что Осокина – и Лидия невольно ощутила прилив гордости. Бедный Федор чуть не утонул – и до сих пор в больнице с нервным срывом, а она пережила попытку убийства – и вполне неплохо себя чувствует!

– Лидия Николаевна, благодарю, что пришли, – кивнул ей Василий Оттович, как всегда формальный в присутствии посторонних. – Я считаю, что вы, как никто другой из собравшихся, имеете право узнать правду о разыгравшихся в Зеленом луге событиях. Прошу, выбирайте любое место.

Лидия помедлила минуту, а затем солидно заняла отдельный столик, будто уравнивая себя с князем. Фальк едва заметно улыбнулся, увидев это, а затем переглянулся с Новиковым и вышел в центр зала, чтобы его могли видеть все, откашлялся и произнес:

– Итак, господа, я понимаю, что объявление результатов следствия – прерогатива полиции, если не сказать – суда, но дело, с которым мы столкнулись в этот раз, столь запутанно, и в нем спутаны тайны и интересы стольких лиц, что Арсений Устинович милостиво позволил мне собрать вас всех, дабы развеять сомнения и подозрения, которые наверняка вас беспокоят. Я не хочу отнимать у вас больше времени, чем необходимо, поэтому сразу перейду к делу. Человек, стоявший за произошедшими событиями, Иван Сергеевич фон Бек, мертв.

По залу пробежал взволнованный шепот. Лишь Всеволжский и Персиков огляделись с непонимающим видом – это имя ни о чем им не говорило.

– Иван Сергеевич заманил своих друзей на яхту «Ундина», принадлежавшую князю Несвицкому, попытался опоить их, а затем, когда его план сорвался, застрелил Георгия Платоновича Рыбина и похитил Николая Дмитриевича Мамаева. Несмотря на то что буря выбросила судно на берег, он смог перенести бесчувственного Мамаева в заранее подготовленную дачу, которую он снял под личиной пожилого мужчины из Петербурга, и держать его запертым в подполе следующие несколько недель. Затем он подкинул мертвого Николая Дмитриевича в парк Несвицких, а вчера вечером попытался убить Лидию Николаевну Шевалдину, когда она обнаружила его убежище. Бедную девушку спасло от смерти только своевременное вмешательство Ольги Ивановны Алеевой, которой принадлежит моя бесконечная благодарность.

Актриса гордо вскинула голову и обвела собравшихся довольным взглядом. Сидящий рядом с ней Чернов иронично вскричал:

– Браво, Ольга Ивановна, браво!

Его шутливые аплодисменты внезапно поддержали все собравшиеся, включая Лидию. Алеева милостиво приняла их, встав со своего места и поклонившись.

– Постойте, – сказал Всеволжский, когда овации утихли. – Но как быть с человеком, которого видел мой боцман?

– И зачем фон Беку все это понадобилось? – подал голос Богомольцев-Донской.

– Это очень правильные вопросы, – кивнул Фальк. – И, к сожалению, именно здесь простая, в сущности, цепочка событий усложняется. Дело в том, что у Ивана Сергеевича был сообщник. И сейчас он находится в этом зале.

Это заявление произвело куда более заметный эффект. Собравшиеся шумели. Слышались вопросы: «Что?», «Это шутка?», «На что это вы намекаете?».

– Господа, господа, тише, прошу вас, – взмолился Фальк. – Я все объясню. Мне просто требуется немного времени.

Собравшиеся нехотя замолчали, буравя доктора испытующими взглядами.

– Благодарю, – произнес Фальк. – Понимаете, не самое сложное, в общем-то, дело усложнили две вещи. Первая – это наша собственная оплошность, о чем позднее. Вторая – это переплетение тайн и пороков здесь присутствующих, из-за чего следствие регулярно брало ложный след, теряя столь необходимые время и внимание.

– Какие еще тайны? – вспылил Богомольцев-Донской.

– Разные, Сергей Анатольевич, – отозвался доктор. – Но раз уж вы задали вопрос, то и начну я с вас. Благо вы долго оставались одним из главных