Читать книгу - "Ночь оборотня - Светлана Сухомизская"

Стоявшая на полу у дивана пепельница давно уже переполнилась, и паркет вокруг нее был усыпан мятыми окурками и пеплом. Он лежал на спине, уставившись в потолок, и прикуривал одну сигарету от другой, даже не замечая этого. Их с Женей последний разговор снова и снова всплывал в его памяти.

Она подошла к нему первая – сам бы он ни за что не решился. Взяла его за рукав пиджака и увела в сторону, подальше от людей. Он пошел покорно, молча, еле передвигая ноги, бледный от смущения и растерянности. Заранее ужасаясь тому, что может сейчас от нее услышать, он смотрел на прекрасную линию ее изящно изогнутой шеи, обдуманно подчеркнутую поднятыми вверх волосами, и удивлялся, что не чувствует больше никакой боли, только нежелание вновь выяснять давно умершие отношения.

Она наконец повернулась к нему. Он поспешно отвел взгляд. На несколько секунд повисла пауза, тяжелая, словно пудовая гиря.

– Я хотела попросить у тебя прощения, – сказала Женя.

Он изумленно вскинул на нее глаза. Но не ответил ни слова, ожидая, что будет дальше.

– Ты знаешь, эта история с нашим разводом... Я сейчас очень изменилась. И теперь только поняла, как я была не права. Нет, я не в том смысле, что хочу к тебе вернуться. – Она смешалась и замолкла. Потом, собираясь с мыслями, медленно продолжила:

– Прошлого не вернешь. Мы оба стали совершенно другими людьми. Но я хочу, чтобы ты знал: то, что я сделала тогда, – это было не от злобы, не от ненависти, а от глупости. Я была такая...

«Избалованная и самовлюбленная», – с трудом сдерживая усмешку, подумал он.

– ..самолюбивая и нетерпеливая. Понимаешь, папа мне во всем потакал. Я привыкла, что у меня всегда было все и сразу. А когда не получалось, я приходила в такую ярость... Ужасно! Когда я узнала, что тебя пригласили на главную роль в фильме, а ты ведь не актер, а писатель, – как я рассердилась! Да еще ты ничего не сделал для того, чтобы меня пригласили на роль Анны...

«Я ничего не мог сделать, роль предназначалась жене продюсера, я был никто, хоть и в главной роли, хоть и фильм был по моему роману. А уж какие копейки я получил за этот фильм!» – ..а я так хотела получить эту роль! Для меня бы это был новый виток карьеры. И когда начался этот проклятый скандал, я решила отплатить тебе, хотя ты был совершенно ни в чем не виноват...

«А я – то до сих пор уверен, что скандалом ты воспользовалась не для того, чтобы отплатить мне, – недостатков у тебя полно, но мстительность в их число никогда не входила. Просто тебе нужно было завоевать популярность. А скандал – лучшие дрожжи для славы».

– ..и брак наш распался не по твоей вине, а потому что мы были слишком разные. Теперь я понимаю, что поступила отвратительно. Мне стыдно, правда. Не проходит и дня, чтобы я не чувствовала угрызений совести из-за того, что сделала тогда с тобой. – Она часто заморгала, и слезы, частые, как дождик, закапали с ее ресниц.

«Актриса!» – с холодным восхищением подумал он. А она уже сияла – дождик оказался грибным.

– Сейчас я встречаюсь с одним человеком – очень-очень хорошим, и, ты знаешь, из-за него у меня словно душа очистилась! Я тоже стала очень-очень хорошей! Правда! Ты мне веришь?

Он покорно кивнул, стараясь не засмеяться.

– И я очень-очень счастлива с ним! Как никогда и ни с кем не была! Ой, прости.

– Не стоит, – он с трудом разлепил губы.

– Я узнала про твои проблемы.

«Откуда? Про меня больше не пишут газеты. И общих знакомых у нас совсем не осталось».

– Я хочу, чтобы ты тоже был очень-очень счастлив. Слышишь?

Она взяла его за лацканы пиджака и с силой встряхнула. Лицо ее стало гневным.

– Ты должен взять себя в руки и жить дальше! Все эти уроды – они мизинца твоего не стоят! Ты талант, понимаешь? Ты лучше их всех! Я никому – и тебе самому тоже – не позволю слова плохого про тебя сказать.

«Да, а раньше, когда меня пытались утопить в грязи, не ты ли постаралась больше всех, ты, которая была... Хотя теперь это уже неважно. Бог с тобой, золотая рыбка».

С насмешливой полуулыбкой, словно откуда-то со стороны, он смотрел, как она барабанит кулачками по его защищенной грубым льном пиджака груди, журит и увещевает его, призывает к стойкости и мужеству и еще к чему-то в этом роде – он не очень внимательно слушал, ему это было уже неинтересно.

Кто-то позвал ее, и она, моментально вспыхнув очередной обворожительной улыбкой, унеслась, погрозив напоследок ему пальцем:

– Смотри у меня! Я тобой еще займусь!

... Он закурил очередную сигарету и закрыл разъеденные дымом глаза. Женя стояла у него перед глазами – очаровательная от кончиков ресниц до кончиков туфелек, прелестная в своем полном равнодушии ко всему, кроме себя самой, трогательно беззащитная, несмотря на броню эгоизма и огромный боевой арсенал женских уловок и хитростей.

Мелкая дрожь волной пробежала по его телу. Он хорошо помнил их с Женей последнюю встречу. Ведь с той поры не прошло еще И суток.

Но почему же тогда он совсем не помнил и не мог вспомнить, как ни старался, что происходило с ним после того, как они расстались?