Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

в Стокгольме — это почти пятнадцать лимонов. Цифра внушала, в деревенском сарае разместился настоящий концерн.

Пьюз посадил пса в клетку.

Крис повел их в следующую дверь.

Новая комната. Высокие потолки. На полу зеленеют два больших агрегата из стали. За одним из них стоят два работника. ЮВе сперва принял агрегаты за токарные станки — как на уроках труда в шестом классе.

Крис просветил приятелей:

— Другой наш продукт. Тут мы делаем консервы. Приглядитесь. Закаточные машины — один в один как на консервном заводе типа «Mr. Greenpacking». Начинка по желанию заказчика. Доставляем по воздуху.

Абдулкарим наконец разродился первым вопросом. Удивился:

— Дурь — самолетом? А чего не по морю — дешевле ведь?

— Интересный вопрос. Таможня нас шерстит по-черному. Выборочно проверяют крупные партии консервов. Пару моих приятелей закрыли конкретно. Теперь на нарах гниют, страдальцы. Короче, есть у нас замазки в кейтеринге. Фирма поставляет коробки с хавчиком для пассажиров. Замысел прост — на таком-то рейсе в десять коробок вместо обычных консервов мы кладем наш товар. Допустим, десять пассажиров заказали какой-то специальный обед, чаще всего вегетарианский. Сам-то обед они съедают, а входящие в набор консервы не трогают. После обеда, когда стюардесса обходит салон с тележкой, вегетарианцы выбрасывают банку вместе с мусором. В аэропорту мусор, то есть банки с товаром, принимают наши люди из службы по вывозу отходов. Бочка меда в этой ложке дегтя: обычно пассажиры, заказывающие наши консервы, вообще не в курсе, что берут. Иногда, правда, подряжаем на это дело какого-нибудь перца, отправляющегося на Ибицу, — просим заказать вегетарианский хавчик в путь-дорожку. И дело в шляпе. На прошлой неделе таким макаром переправили на Кос четыре кило спидов.

— А вдруг этот самый перец из вредности банку не выкинет, а возьмет себе?

— Что ж, бывает и такое. Один такой перец не вернулся с Коса.

ЮВе под впечатлением. Какая крутизна! Какой креатив! Какой адский сюр!

Тетранаркопак на промышленной основе, транспортировка на грани фантастики и чудесная логистическая концепция.

Жесть!

Крис двинулся дальше. Джон шел последним, в арьергарде.

Выйдя из сарая, отправились к теплицам.

Абдулкарим на ходу выспрашивал у Криса цифры. Каков процент удачных поставок? Каков максимальный объем груза? Какие объемы импортируют сами? Откуда? Кого представляют?

Крис отвечал. Мол, возят много и отовсюду. Кокаин — прямиком из Южной Америки. Окончательно цену корректируют здесь, в округе Уоррик. Тут же фасуют, отправляют товар дальше, распределяют риск, выбирают точки сбыта, стараются поддерживать высокий спрос.

Солидный европейский картель поставщиков кокса.

На последний вопрос араба Крис ответил:

— Я думал, вам сказали. Мы представляем отделение Одного синдиката. Какого — не важно, важно, что наши цены вас приятно удивят. Гарантирую.

Подошли к теплицам. Они оказались длиннее, чем думал ЮВе.

Крис остановился перед первой. Махнул рукой:

— А тут растим всяко-разно.

Открыл дверь.

Но что это? Вместо спертой влаги из теплицы потянуло прохладой.

Воображение ЮВе заранее рисовало густые заросли Cannabis sattiva. Или нет — лучше плантации кокаинового куста.

Мимо.

По теплице тянулись длинные грядки с недозрелой капустной рассадой.

Абдулкарим искривился жирным вопросительным знаком. Походу, был обескуражен так же, как и ЮВе.

ЮВе словно свое отражение увидел — челюсть упала на пол, да так на нем и осталась.

Фахди уставился на Криса — прикалываешься или чё?

А Крис засмеялся, всплеснув руками:

— Так и знал! Первая реакция у всех одна и та же: ёпрст! А где у них дурь-то? Где кокс? Ни фига. Мы растим капусту. Раз вы до сих пор не врубились. Вы что, видели у нас что-то запрещенное? Вы видели собак, да. Но марафет вы видели? Видели двух чертей, которые возятся с банками. А что в банках, вы видели? Усекли? Мы работаем без шухера. Чтобы хоть как-то отмазаться в случае облавы. Саму дурь храним на другой точке. Когда пора нашпиговывать собачек или банки, привозим товар под строжайшей охраной — раз-два, и готово. У копов практически нет шансов зажопить нашу контору.

Араб все так же недоуменно пялился на грядки.

— Тут у нас все пока в процессе, но на выходе получим наш третий и главный продукт, — продолжил Крис.

Достал из куртки несколько фоток, показал Абдулкариму и ЮВе. На первом снимке: капуста на грядке, точно такая же, как у них перед глазами. На следующем: подросшая капуста. К почке завязывающегося кочана накрепко привязан пакетик, примерно четыре на пять сантиметров. Новый снимок: кочан стал еще больше. Молодые листья начинают загибаться вокруг пакетика. Дальше: тот же кочан. Пакетик уже почти полностью скрыт под листьями. Предпоследний снимок: спелый кочан. Пакетик полностью скрылся под листьями. И наконец: три ящика с капустой.

— Господи Иисусе! — ЮВе въехал раньше араба.

Крис сунул фотки в руки Абдулкариму:

— Вот именно, Иисусе.

Араб перевел взгляд на ЮВе.

ЮВе растолковал ему по-шведски:

— Ты что, не понял? Они дурь в капусту имплантируют. Зацени фотку с ящиками. Блин, да они тебе сколько хошь пришлют.

— Аллаху акбар! — воскликнул араб.

Всю обратную дорогу Абдулкарим перся не по-детски. Развалившись на подушках лимузина, давил песняка с «фантой» в руке. Вкруг носа белело кокаиновое кольцо.

ЮВе, тот и вовсе приторчал раньше, чем закинулся.

Фахди пытался объясниться с водилой. Хотел сменить радиоканал.

Завершая экскурсию по округу Уоррик, Крис изложил ряд финансовых условий. Абдулкарим обещал подумать. На том расстались. На прощанье Крис сунул арабу конвертик — в нем и лежал тот самый заветный порошочек, от которого так вштырило нашу компанию.

— А что бы сразу не ударить по рукам? — удивлялся ЮВе. Он уже все прикинул — навар выше крыши.

— Ай, чювак, ты не всасаешь. Не я босс. И даже не Крис. Завтра в Лондон соберется реальный гангстер-шмангстер, да? Если тебе повезет, хозяин возьмет тебе туда.

Тут впервые за поездку ЮВе посетила мысль: а ведь араб тоже под кем-то ходит.

Два дня спустя переехали в другой отель. ЮВе безвылазно торчал в номере — араб велел ждать. Что-то наклевывается, сто пудов.

Смотрел телевизор, юзал игрушки по мобильному, курил, забив на правила отеля. Сидел как на иголках, хуже прежнего. Принялся было читать, бросил. Набрал Софи. Та не ответила. Мысленно представив ее, поточил прибор, кончил в халявное гостиничное полотенце. Отхлебнул шампанского из бара, снова смолил, смотрел британские рекламные ролики по телику. Отправил эсэмэски — Софи, маме, Ниппе, Фредрику, Джетсету. Снова играл по мобильнику. Хотел искупаться, набрал ванну, передумал. Полистал «БИМ». Заценил новые сиськи на развороте.

В три пополудни все же спустился в ларек, взял «твикс» и пол-литра колы лайт.