Читать книгу - "Современный зарубежный детектив-22 - Лэй Ми"

— Бёмер погладил себя по животу. — У меня уже который час в желудке бурчит.

Макса, по правде говоря, вовсе не прельщала мысль оседать в каком-нибудь переполненном ресторане, но отказывать Бёмеру он не стал. К тому же и сам он ощущал сосущий голод.

— Да, хорошая идея.

— Вот и я о том же. Заодно как следует пораскинем мозгами над открытыми вопросами по этому делу.

— Как удачно, — усмехнулся Макс. — Тогда можно сразу прихватить и завтрак.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 13

Бёмер повёз напарника в итальянский ресторанчик в центре — там, по его глубокому убеждению, подавали лучшие стейки в городе.

О деле говорили только в самом начале: ещё раз перебрали всё, что было. Но вскоре стало ясно, что они ходят по кругу, и оба, не сговариваясь, оставили это занятие.

— А ты, между прочим, давно женат? — спросил Макс, отправив в рот последний кусок стейка и отложив приборы.

Бёмер взглянул на него с лёгким удивлением. Макс кивнул на простое золотое кольцо у напарника на пальце.

— Ну… я ведь, по сути, ничего о тебе не знаю. А мы как-никак напарники — такие вещи обычно небезразличны.

— Двадцать восемь лет.

— Ого, — вырвалось у Макса. — В нашей профессии это, пожалуй, редкость.

Губы Бёмера тронула кривая усмешка.

— Верно. Значит, либо у моей жены ангельское терпение, либо я и впрямь исключительный экземпляр.

Макс рассмеялся.

— Дети есть?

— Сын. Двадцать четыре. Заканчивает магистратуру в Ахенском техническом. Информатика.

— Ого. Всего на восемь лет младше меня. — Макс склонил голову набок и ухмыльнулся. — Теперь я смотрю на тебя совсем другими глазами.

Официант принёс два двойных эспрессо. Макс дождался, пока тот отойдёт.

— А в одиннадцатом отделе давно?

— Смотрю, решил вытянуть из меня всё до последнего? Изволь. Четырнадцать лет. До этого — несколько лет в наркоконтроле и пара лет в отделе нравов. Но давай-ка лучше о тебе, вундеркинд.

— Вундеркинд?

— Именно. То, что ты сдал все экзамены, включая квалификационный, с отличием, разлетелось среди наших моментально — сам понимаешь. И то, что не все от этого в восторге, — тоже, надо полагать, не новость.

— Вот как? — Макс был искренне удивлён.

— А ты чего ждал? Горгес расписал тебя заранее в самых лестных выражениях, а такие вещи у иных вызывают законное подозрение.

— У иных — вроде тебя, которые в грош не ставят всю эту теоретическую мишуру? — полушутя уточнил Макс.

— Нет, не вроде меня. — Бёмер заговорил серьёзнее. — Я как раз считаю, что все эти штуки — вещь полезная, если сочетать их с доброй старой полицейской работой. Но именно этого иные и опасаются: что ты под завязку набит теорией, а как применить её на практике — ни малейшего понятия.

Макс какое-то время молча обдумывал услышанное.

— А сам ты как считаешь?

Бёмер покачал головой.

— Мне на этот счёт беспокоиться незачем. Ты мой напарник — а значит, хочешь не хочешь, научишься, как делается настоящая работа.

Оба рассмеялись и потянулись к чашкам. Но Макс не спешил закрывать тему.

— Я на примере родителей видел, каково это — когда в профессии нет никаких перспектив. И довольно рано для себя решил: заниматься тем, что не по душе, я не стану. И ещё — чем бы я ни занялся, хочу в этом преуспеть. Настолько, чтобы передо мной открывались любые двери.

— Ну, пока тебе это, кажется, удаётся.

— Потому что работа меня захватывает. Я ещё подростком понял, что пойду в полицию. Ладно, поначалу это было чистое мальчишество: как здорово быть одним из хороших парней, которые ловят плохих и сажают за решётку. Да ещё и с правом носить пистолет. — Оба улыбнулись. — Но если серьёзно — я не представляю себе работы увлекательнее и важнее нашей. И чем больше я знаю как следователь, тем выше мои шансы раскусить преступника и упрятать его, куда следует. Вот почему я с первого дня вгрызся в это по-настоящему.

Бёмер взял салфетку и небрежно свернул её.

— Допустим. А в нынешнем деле? Что тебе пока дали все твои выкладки — личностный анализ, профили преступников?

— Немного, — признал Макс. — Но это ненадолго, я уверен. Не хватает одного фрагмента мозаики — и картина сложится.

— «Одного фрагмента» — любопытная формулировка в наших обстоятельствах.

— Ты ведь сам только что сказал: мы напарники. И мне наверняка есть чему у тебя поучиться.

Бёмер подчёркнуто энергично кивнул.

— Ещё бы.

Макс ухмыльнулся.

— Зато и у тебя преимущество: на старости лет тебе перепадёт кое-что из моих познаний о новейших научных методах. Классический взаимовыгодный обмен.

— Называй как хочешь, — отозвался Бёмер без прежней лёгкости. — Мне было бы куда приятнее, если бы у нас появилось хоть что-то, способное сдвинуть дело с мёртвой точки. А пока, невзирая на твою теорию и мою практику, мы топчемся без всякого плана.

— Знаю. — Макс вздохнул.

Официант подошёл к столику и учтиво осведомился, не угодно ли ещё чего-нибудь; Бёмер попросил счёт. Когда молодой человек двинулся к стойке, Макс спросил:

— А какова была настоящая причина того, что твой бывший напарник Тойрер перевёлся?

Бёмер разгладил перед собой скатерть.

— Он перешёл на кабинетную работу.

Макс промолчал, рассчитывая, что напарник продолжит сам.

— Около года назад нам досталось дело. Десятилетняя девочка — жестоко истязали и убили. Довольно скоро стало ясно: преступник из ближайшего семейного круга. Как выяснилось — преступники, во множественном числе. Мы вскрыли такое болото, что до сих пор муторно. Родители долгое время насиловали девочку — вдвоём, вместе с братом отца. Потом начали сдавать её по часам мужчинам соответствующих наклонностей. За деньги. Один из этих клиентов не совладал с собой и убил её во время своих извращённых «ласк».

Макс видел: воспоминания до сих пор не отпускают напарника.

— Я помню. О нём трубила вся пресса.

— Да. Когда мать сломалась и дала полное признание… — Бёмер несколько раз сглотнул. — Она живописала в мельчайших подробностях, что они сделали с ребёнком — она сама, муж, деверь, — так, словно рассказывала о воскресной прогулке. Я думал, что повидал самые тёмные бездны человеческой души. Но то, что пришлось услышать тогда…

Макс заёрзал на стуле.