Читать книгу - "Секрет Аладдина - Елена Ивановна Логунова"

где-то здесь! Думаем, девочки, думаем…

— Треска головой вниз… — начала я думать вслух.

— Кефаль, — поправила зануда Трошкина.

— Да хоть камбала! Заостренной головой вниз она похожа на стрелку!

— Которая указывает… на кактус? — Мамуля усомнилась.

— Лопату дай! — Я подпихнула Алку — она стояла ближе к инструменту. — Не зря же нам ее приготовили… Отойдите немного, чтобы я вас не задела… Прости, дорогой кактус…

«Тещин стул» сел на лопату как миленький, вылез из вазона без всякого сопротивления. Я аккуратно положила колючий колобок в тенистый уголок и вернулась к синей плошке. Мамуля уже склонилась над ней, заглядывая в ямку, а Трошкина торопливо копалась в своей сумке, что-то бормоча про перчатки.

Я не стала дожидаться результата ее поисков. Сунула руки в сухую землю и принялась лихорадочно перебирать и разминать твердые желто-бурые комочки. Они рассыпались в моих пальцах колючим песком и крошками глины…

А один не рассыпался.

— Отодвиньтесь! — Я дернула плечами, потому что мамуля и Алка нависли надо мной так, что полностью закрыли от света.

Они посторонились, солнечный луч упал на невзрачный комочек, и маленькая брешь в глиняной скорлупе цвета детской неожиданности вспыхнула ослепительной звездой в ярком радужном ореоле.

Мамуля ойкнула, зажмурилась и снова распахнула глаза.

— Да ладно? Мы нашли его? — недоверчиво пробормотала Трошкина. — Серьезно, это он?

Я встала, разогнув колени и спину, и торжественно произнесла:

— Дорогие мои, позвольте мне представить вам легендарный Буз Шахбиним, иначе — Снежная Королева! — услышала аплодисменты и склонила голову: — Благодарю… — И только потом сообразила, что звук хлопков донесся из-за моей спины.

Войдя во двор, мы и не подумали запереть калитку, и теперь в нее вошли трое.

В первый момент я подумала, что вернулись Тоцкие со своим египетским спутником, но предводитель этой троицы хоть и был, как Альберт Альбертович, немолод, но ростом пониже и лицом посмуглее.

— Ахмед? — оглянувшись на него, удивилась мамуля.

— Фарья, Ала, Ина! — Дядя на ходу выдал каждой из нас по улыбке, особенно широкой одарив меня. — Я поррражен.

— Мы тоже, — буркнула я, пряча кулак в карман.

Это не осталось незамеченным.

— Дай мне, кррошка. — Дядя Ахмед протянул руку.

Я не шевельнулась.

Двое, пришедшие вместе с дядей, шагнули вперед. Я узнала водителя лимузина и… нашу горничную, египетскую Марфушку! В такой же, как у водителя, строгой форме и без узоров косметики на лице она уже не выглядела безобидной сказочной дурочкой.

— Отдай, Дюша, — сказала мамуля.

Она и Трошкина тоже шагнули вперед и встали рядом со мной. Плечом к плечу, как верные боевые подруги, хотя вступать в бой не хотели.

— Отдай ему камень, — повторила мамуля.

— Пррравильно, Фарья, — кивнул ей дядя Ахмед. — По нашему закону клады прррынадлежат государррству.

— А как же двадцать пять процентов нашедшему? — Алка показала, что тоже знает закон, правда, не египетский, а наш.

— У нас не так. — Дядя Ахмед помотал головой. — Дадим вам грррамоту.

Он вытянул из нагрудного кармана щегольского летнего пиджака белый платок и накрыл им ладонь — приготовился принять сокровище.

— Дай, Ина.

— Дала бы я тебе, — пробормотала я злобно.

Мелькнула мысль: а не пойти ли напролом? Если я сейчас внезапно рвану с места в карьер, меня не схватят сразу и не догонят потом… какое-то время. Куда бежать и где скрываться в чужой стране, я не представляла.

Поэтому очень, очень неохотно вытащила из кармана сжатый кулак и, поднеся его опасно близко к носу дяди Ахмеда, уронила на белый платочек сверкающий камешек.

Даже густо присыпанный желтой пылью и крошками глины, он рассыпал радужные блики. Платочек тут же окрасился затейливыми цветными узорами, но дядя Ахмед не дал мне ими полюбоваться, — быстро завернул камешек в ткань и спрятал в нагрудный карман.

— Благодаррру. — Он снова наградил нас улыбкой. — Я в вас веррил. Не зрра!

— То есть вы поняли, да? Эти гады за нами следили, — нисколько не смущаясь присутствием «этих гадов», сказала обычно вежливая Трошкина, всплеснув руками.

— Еще и верили в нас, — неприязненно добавила мамуля. — С чего бы, а?

— Может, с того, что кто-то нарисовал план-схему с большим алмазом в центре? — предположила я. — А кто-то этот рисунок стащил. — Я кивнула на «Марфушку». — Видимо, мы были неправы, когда подозревали в краже план-схемы и манускрипта человека в черной бейсболке, тот только в апарте Горина порылся.

— Да, работа горничной — идеальное прикрытие для обыска в номерах, — согласилась Алка. — А Пыжикову надо сказать, что у него хроническая проблема с кадрами, то и дело каких-то засланных казачков нанимает…

— Пррыятно было встррэтиться. — Дядю Ахмеда разговоры не интересовали, он торопился оставить нас. Приложил руку к сердцу — получилось, что к карману с алмазом, — и слегка поклонился. — До свиданья!

Он развернулся и ушел со двора, сопровождаемый своими кадрами.

С полминуты мы стояли, беспомощно глядя на калитку, раскачивающуюся с отчетливо издевательским скрипом.

Потом мамуля с сожалением сказала:

— А я даже не высказала Ахмеду все, что о нем думаю.

— Еще успеешь. — Я похлопала ее по плечу.

У меня не было сомнений, что с коварным египетским дядей мы еще увидимся.

— Где лопата? — встрепенулась Трошкина.

Я опасливо покосилась на нее, вспомнив совсем недавно прозвучавшее тут «убил дедушку лопатой». В случае с дядей это тоже сработало бы, но подруга думала не о мести, а о восстановлении элементарной справедливости.

— Надо вернуть на место кактус, — объяснила она.

Я согласилась:

— Да. Кактус уж точно оказался в этом замесе не по собственной воле.

Глава 21. Экскурс в историю

На этот раз прибытия белого лимузина мы не заметили и никаких криков, оповещающих о появлении важного гостя, не услышали. Просто вечером в дверь постучали, из коридора донесся знакомый голос:

— Ррразрэшить войти? — и, ни секунды не подождав запрошенного разрешения, порог переступил наш добрый (или вовсе нет) египетский дядя.

— Ахмед? — Папуля положил на разделочную доску нож, которым резал помидоры, повернулся к вошедшему. — Не ждали.

Мы уже рассказали нашим мужчинам о случайно найденном и тут же утраченном алмазе. Денис даже успел наскоро ознакомиться с египетским законом «О защите древностей» и подтвердил, что никакого права на драгоценный камень мы не имеем.

— Согласно статье Шестой этого закона любые древности, включая клады, артефакты, монеты, руины и так далее, найденные на территории Египта, являются собственностью государства. Это касается как целенаправленных раскопок, так и случайных находок. Любой, кто обнаружил древности, включая клады, обязан в течение сорока восьми часов уведомить ближайшие органы Министерства туризма и древностей, а несообщение о находке считается преступлением и карается по закону.

— Постой, постой! — Мамуля, услышав это,