Читать книгу - "Убийства на радио - Марина Серова"

наш бывший одноклассник — Макар Субботин — умер, его не смогли спасти, к сожалению, — глухо проговорил Константин.

— То есть настолько сильный был яд? — уточнила я.

— Насчет того, каким был яд, я, честно говоря, не в курсе. Хотя позже выяснилось, что вроде бы в блюда, обозначенные в меню, попал очень опасный компонент, который и вызывает такое страшное отравление. Кажется, его могли занести при приготовлении рыбы или каких-то других морепродуктов. Хотя вначале были догадки, что причиной отравления стал некачественный алкоголь, — объяснил Константин.

— Получается, что рассматривали несколько версий отравления, так? — уточнила я.

— Да. Видите ли, Татьяна Александровна, когда мы остались в ресторане одни, без учителей — просто они разошлись по домам раньше, — ребята, да и девушки тоже, уже перестали стесняться и ни в чем себе не отказывали, в смысле спиртного. Так что… ну сами понимаете, выпито было много. Но потом стало известно, что одна наша одноклассница — Виолетта Урусова — совсем не пила крепкие напитки, но тоже отравилась. Вот таким вот методом исключения и было выяснено, что алкоголь ни при чем, во всем виновата пища. И в самом деле, не секрет, что работники пищевой промышленности в целом, а не только рестораторы, частенько добавляют различные соусы, маринады и приправы. Ну понятно же зачем. Для того чтобы не только усилить вкус, а и улучшить внешний вид продуктов, срок годности которых уже вышел. Вот и Макар Субботин… Эх, если бы он не упрямился, а сразу обратился бы к медикам, то все могло бы закончиться вполне благополучно. Ведь остальные ребята пролечились в больнице и выздоровели. А Макар — ну он всегда отличался бравадой — счел, что ему все нипочем. Как ни уговаривали его родственники, он ни в какую не хотел сдаваться врачам. И только тогда, когда ему совсем стало плохо, домашние вызвали ему скорую помощь, но было уже поздно.

Константин помолчал, опустив голову и погрузившись в какие-то свои мысли.

— Константин Владиславович, скажите, а полиция занялась расследованием этого случая? Я имею в виду — отравлением на встрече выпускников? — спросила я.

— Да, и было заведено уголовное дело в связи с гибелью Макара Субботина, — ответил Вышнепольский. — Если не ошибаюсь, то расследование проводилось в управлении внутренних дел Тарасова, — добавил Константин.

«О, так это же вотчина Володьки Кирьянова», — подумала я.

— А результат этого расследования вам известен? — задала я следующий вопрос.

— Мне — нет, — покачал головой Вышнепольский, — кто же мне докладывать будет? Нас всех не по одному разу опрашивали. Ребята говорили, что подозрения с работников ресторана вроде бы уже сняли. Там все проверили, я имею в виду кухню и другие подсобные помещения, и ничего криминального не нашли, то есть не нашли нарушений в процессе приготовления пищи. Однако ведь работники ресторана могли и скрыть все следы, например, тщательно вымыв посуду и все, что имело отношение к еде.

— Вас вызывали в полицию как свидетелей? — спросила я.

— Конечно. Мы давали там показания, — ответил Вышнепольский.

— Значит, вы не знаете, чем же все завершилось, — задумчиво проговорила я.

— Нет, Татьяна Александровна, — покачал головой Константин.

— А с бывшими одноклассниками вы с тех пор общались? — спросила я.

— Разве что созванивались, и то несколько раз через пару месяцев после того случая, — несколько виноватым тоном сказал Вышнепольский. — У меня день загружен до предела, я даже порой сам себе удивляюсь, как это у меня получается переделать все необходимое. Ведь для всех в сутках все-таки двадцать четыре часа и ни секундой больше.

— А когда, вы говорили, произошла встреча выпускников? Еще до того, как была убита Елизавета Стрункина? — уточнила я.

— До этого убийства, Татьяна Александровна, — сказал Вышнепольский.

— А точнее вы можете сказать? Это может быть важно, — подчеркнула я.

— Ну… встречались мы два с половиной года назад, а спустя месяца три или, может быть, четыре, погибла Елизавета, — сказал Константин. — Вы извините, Татьяна Александровна, что я не смог рассказать все подробности, просто время уже прошло, да и, честно говоря, не очень хочется вспоминать все эти трагические события. Но в материалах уголовного дела все детали изложены очень подробно. Там все зафиксировано: и фамилии с именами и отчествами, и адреса, и другие нюансы, — сказал Вышнепольский.

Я задумалась. Кажется, кусочки мозаики начинают складываться… Во всяком случае, моя интуиция выла сиреной, подсказывая, что я нащупала верный путь. А интуиции я доверяла.

— Константин Владиславович, а вы не считаете, что на вашей встрече выпускников мог присутствовать тот же отравитель, что и на радиостанции? — спросила я.

— Тот же убийца, который сейчас пытается подставить Миру? — осенило Константина. — Вы же поэтому просили нас с ней вспомнить возможных врагов и недоброжелателей…

— Так и есть. Если отравитель был на встрече, то это в какой-то мере может объяснить, почему он решил действовать снова. Допустим, он увидел, что у Мирославы все хорошо, она встречается с вами и счастлива. И захотел ей отомстить. Или вам… В общем, необходимо поднять это дело об отравлении в ресторане, — сказала я.

— Так что же, вы считаете, что это… может быть… опасно? — В голосе Вышнепольского зазвучала тревога.

— Необходимо все выяснить. Узнать, почему все это произошло на встрече выпускников. И почему спустя время преступник вновь проявил себя. Но вы, Константин Владиславович, должны вспомнить что-то еще о самой встрече и о тех людях, которые были на ней. И еще, возможно, что вы что-то заметили на встрече. Я имею в виду, заметили что-то странное, — сказала я.

— Хорошо, я постараюсь вспомнить, Татьяна Александровна. И… вы знаете, вот прямо сейчас я вспомнил, что на эту встречу не пришла Кристина Радаева, — сказал Вышнепольский.

— И это вас настораживает, да, Константин Владиславович? — заинтересовалась я.

— Не могу сказать определенно, но… дело в том, что когда-то, еще в школьные годы, она была моей девушкой. Потом мы расстались. Каждый из нас пошел своей дорогой. Я поступил в консерваторию, а Кристина… кажется, она поехала в Питер. Она мечтала получить образование по живописи. Но раньше Кристина бывала на наших встречах, когда мы собирались не целым классом, как тогда на пятнадцатилетие, а небольшими группками. Не знаю, может быть, Кристина не смогла приехать, ведь на юбилей приехали не все выпускники, не весь наш десятый «А» класс.

— Константин Владиславович, расскажите о Кристине, — попросила я. — Ведь то, что она не пришла на юбилейную встречу, может что-то значить. Я уже говорила, что в этом расследовании, собственно, как и в любом другом, важна каждая мелочь. Как знать, вдруг вы вспомните что-то такое, что может изменить всю