Читать книгу - "Гранитная гавань - Питер Николс"

Опять фото для проформы. Алекс понял, что начинает скучать. Вот что представляла собой работа Бюро?

Но то, что он увидел дальше, его поразило: снимки пятерых школьных друзей Шейна, в том числе Итана Дорра, Джареда Маккинона и других учеников чуть постарше или чуть помладше. Все они сопровождались официальной школьной фотографией и текущим адресом ученика. Алекс знал всех этих ребят, и ему стало противно оттого, что он видит их лица, имена и адреса вместе с лицами, именами и адресами половых преступников и наркоторговцев. Это отдавало непристойностью.

Обведя взглядом собравшихся, он почувствовал волны хмурого недовольства, исходившие от шефа Рейнтри, хотя она сидела не шевелясь, как Будда.

Но чему надо было отдать должное, так это трудолюбию Харриса: о том, что в организме Шейна обнаружены следы ДМТ, Алекс рассказал ему только утром.

– При чем тут эти ребята? – спросил Алекс. – В чем вы их подозреваете?

– Я подозреваю, что их не стоит упускать из вида.

– Вы серьезно? Наших местных старшеклассников? Это друзья моей дочери. Да, они, бывает, балуются алкоголем, травкой и чем покрепче, но ДМТ содержат лишь запрещенные препараты. Эти ребята – даже не студенты колледжа! Я надеюсь, в убийстве вы их не подозреваете?

– Ребят – нет, не в убийстве. И, честно признаюсь, детектив, у меня детей нет, но я понимаю вашу реакцию. Мы сталкиваемся с ней на каждом шагу. Как такое может случиться здесь, с нами? С нашими детьми? Конечно, может. Здесь чего только не случается. Но фото этих ребят я представил, чтобы посредством них перейти к следующему этапу расследования.

Харрис вновь щелкнул по экрану, и появилось еще одно фото Итана Дорра, на этот раз не школьное. В компании других подростков Итан стоял у кирпичного здания. Еще щелчок – и вот он уже выходил из «Сарая», местного заведения, где собиралась молодежь; Алекс, к своему негодованию, увидел рядом с ним Софи. Его охватила злость – что себе позволяет этот Харрис? Обе фотографии были размытыми, снятыми с расстояния, возможно, из окна автомобиля.

– Кто сделал эти фото? – спросил Алекс.

– Я, – ответил Харрис. – Итак, перед нами Итан Дорр. Близкий друг Шейна. Может быть, друг и вашей дочери, об этом я не знаю, детектив. Этот парень бросил школу. Чем он занимается? Его мать, Изабель Дорр, по уши в долгах…

– Откуда вы знаете о ее долгах?

– Видел отчет по кредитам, – ответил Харрис. – В Поселении ей платят сущие гроши. Так что возникает вопрос: как так вышло, что парень носит дорогую брендовую одежду?

– Брендовую одежду? – Алекс едва сдержал смех. – Я знаю этого парнишку. Он одевается как все остальные…

– Не соглашусь, детектив.

Появились новые слайды. Скриншоты с вебсайтов: вязаная шапка с лейблом Supreme и ценником в $104. Толстовка с логотипом BAPE…

– Японский бренд. Вот перед нами камуфляжная толстовка за четыреста сорок долларов.

Харрис вновь переключил на фото Итана. Он был в этой самой шапке и в этой самой толстовке. Тинтин здорово потрудился над презентацией.

– Это не фирменные вещи, – сказал Алекс, – а дешевые подделки. Их может купить онлайн кто угодно.

Софи постоянно покупала туфли, сумки, куртки от «Версаче» и других знаменитых брендов, и Алекс думал, что это Моргана так ее балует, но вскоре выяснилось, что она приобретает онлайн недорогие аналоги. «Мама мне такого в жизни не купит», – сказала она.

Харрис посмотрел на Алекса в свете экрана, заливавшем половину его лица.

– При всем уважении, детектив, мне кажется, вы не совсем понимаете, о чем речь. Подделать можно многие вещи, но не эти. Эти – настоящие. И знаете, что еще?

Новые слайды, похожие на кадры из сериала «Прослушка»: наркоторговцы стоят, столпившись, на городской улице и нервно оглядываются по сторонам, прикрывая руками маленькие пакетики.

– И какое отношение все это имеет к убийству Шейна?

Вспыхнул новый слайд. Фотография, которую Алекс видел на компьютере Харриса. Разрезанное пополам тело, найденное в Праутс-Нек шестнадцать лет назад.

– Мы знаем, что Шейн Картер принимал наркотики, поскольку в его крови были обнаружены следы ДМТ. То же самое относится и к Байрону Пью – не сомневаюсь, что вы читали отчет. – На экране вновь появилось фото Итана и Софи, выходящих из «Сарая». – Я вижу, что этот мальчик, Итан Дорр, покупает наркотики. Его трудолюбивая мать-одиночка понятия не имеет, чем он занимается. Может быть, Итан снабжал наркотиками и Шейна, поскольку у Шейна денег явно было мало, а у Итана их куры не клюют. Раз уж он покупает толстовки от «Бейпа», он может потратиться и на дозу для друга. Шейн из деструктивной семьи, его воспитанием вряд ли кто-то занимался всерьез. Он тоже пропускал школу. Оба эти мальчика – легкая добыча. Вряд ли кто-то из них часами бродил по лесу возле парка Бакстер в поисках псилоцибиновых грибов. Скорее они приобрели их где-то здесь – или в Рокленде, или в Фэрхейвене. Классическая ситуация. И вот вам, пожалуйста, – наркотики у Шейна в крови.

– Как это связано с убийством в Праутс-Нек, имевшем место, примерно когда Шейн только родился?

– Предположу то же самое: Байрон Пью употреблял наркотики. Он воспитывался в терапевтическом интернате для трудных детей, и значит, был таким же трудным ребенком, как и эти. Я хочу сказать, что такие мальчики уязвимы для криминального элемента. Они покупали наркотики у кого-то из знакомых, где-то поблизости. Именно так серийные убийцы и половые преступники – кстати, это могут быть одни и те же люди, вспомните Джеффри Дамера, Джона Уэйна Гейси – находят свои жертвы: среди уязвимых, запущенных, никому не нужных подростков. И завлекают их в свои сети с помощью наркотиков. Детектив, вы спрашивали меня, почему фотографии этих ребят представлены здесь, – Харрис указал на экран, – вместе с фотографиями преступников? Потому что связь между ними так же очевидна, как между маслом и джемом. Здесь нет никакой тайны. Это парадигма. Это пример из учебника.

– Вы считаете, – сказала шеф Рейнтри, – что Шейн принял наркотик добровольно? А что, если кто-то дал ему наркотик, подсыпал в еду или что-то в этом роде, после чего убил его?

– Нет, мэм, я стою на том, что это произошло добровольно. Я это вижу. Я вижу больше, чем просто результаты вскрытия. Я нахожу закономерности. Подростки употребляют наркотики, а за этим стоит убийца. Наркотики делают их уязвимой для серийного убийцы добычей.

– А жаба? – спросила шеф Рейнтри. – Она к этому какое имеет отношение?

– Это граничит с сумасшествием, что очевидно. Здесь какой-то фетиш, фиксация, ассоциация. Детская травма, свидетельство чего-то ужасного. Кто знает. Сперва надо поймать