Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

в запечатанном пакете на полке в шкафу справа от ванной. Она достала дневник и передала ему тетрадку.

— Раз уж здесь застрял, я его дочитаю. До конца немного осталось.

Нэш разъединился и вернулся к кровати Портера.

— В пятьдесят первом он написал не адрес Кеттнера, а адрес на Ласалль-стрит; там какой-то новый жилой комплекс, «Беруин-апартментс».

— Ну да, наверное, это тоже не случайно. Вызывайте Эспинозу и отправляйтесь с Клэр туда, — велел Портер.

— Как по-твоему, каков его эндшпиль? — спросил Нэш. — Мы многое узнали про Толбота, но по-прежнему недостаточно для того, чтобы предъявить ему обвинения. Скорее всего, Бишоп с ним еще не закончил. В головоломке не хватает кусочков.

— Толботу Эмори нужна живой; он собирается достраивать жилой комплекс на набережной, — заметила Клэр.

— Почему? — спросил Портер.

Она рассказала, что им удалось узнать на втором допросе Толбота.

— Это не значит, что она нужна живой Бишопу, — возразил Нэш. — Наоборот, он может прикончить ее только ради того, чтобы стройка остановилась.

Портер задумался.

— Я согласен с Нэшем. Обезьяний убийца всегда убивает близких того, кто совершает преступление. Не думаю, что его хоть сколько-нибудь заботит судьба Эмори. Главное для него — уничтожить Толбота. По-моему, убежав из моего дома, он отправился прямиком в то место, где держит ее. Для него игра перешла в эндшпиль. Он считает, что на ней все и закончится.

ИНФОРМАЦИЯ ПО ДЕЛУ

У4О = Пол Уотсон = Энсон Бишоп

Жертвы

1. Калли Тремел, 20 лет, 15.12.2009

2. Эль Бортон, 23 года, 02.10.2010

3. Мисси Ламекс, 18 лет, 24.07.2011

4. Барбара Макинли, 17 лет, 03.12.2012 (единственная блондинка)

5. Сьюзен Деворо, 26 лет, 18.04.2013

6. Эллисон Краммер, 19 лет, 09.11.2013

7. Джоди Блумингтон, 22 года, 13.05.2014

Эмори Коннорс, 15 лет, 03.11.2014

Вчера вышла на пробежку в 18.00

ТАЙЛЕР МАТЕРС

Бойфренд Эмори, племянник

ДЖЕЙКОБА КЕТТНЕРА — человека, сбитого автобусом.

АРТУР ТОЛБОТ

Финансы?

В здании «Малифакс комьюникейшенз» (владелец Толбот) обнаружен труп Гюнтера Херберта, главного финансового директора «Толбот энтерпрайзиз». Подозрительная деятельность в связи с «Озерным причалом» (владелец Толбот). Земля принадлежит Эмори/«Озерный причал».

Н. БАРРОУЗ

Экономка? Няня? Гувернантка.

Есть ключ-карта, но не включена в список постоянных гостей.

Вещи, обнаруженные на трупе У4О Кеттнера:

Дорогие туфли — «Джон Лоббс»/1500 долл./пара — размер 44,5/неус. жертва. Кеттнер носит 42-й. На туфлях отпечатки Толбота.

Дешевый костюм.

Мягкая фетровая шляпа.

75 центов мелочью (2 четвертака, 2 монеты по 10 центов и 1 по 5 центов).

Карманные часы.

Квитанция из химчистки (54 873) — Клоз составит список ближайших приемных пунктов.

Умирал от рака желудка — лекарства: октреотид, трастузумаб, оксикодон, лоразепам.

Татуировка на внутренней стороне правого запястья — цифра 8, символ бесконечности?

Учебник высшей математики — подброшен У4О — указание на склад «Малифакс комьюникейшенз».

На вагонетке у входа в туннель обнаружен частичный отпечаток пальца. Возможно, на ней перевозили тело.

Ухо, глаза и язык оставлены в коробках (Гюнтер Херберт) — рекламный проспект и коробки указывают на «Озерный причал», участки под застройку.

Подробный обыск результатов не дал.

Запись с камеры: судя по всему, Кеттнер покончил с собой, нет четкого изображения его лица.

Задания:

— Клэр и Нэш отправляются на Ласалль-стрит (квартира У4О/Бишопа).

— Клоз: биография Уотсона/Бишопа/У4О.

— Портер: дочитать дневник.

67

Дневник

— Отец попросил кое-что вам передать, — сказал я, откашлявшись.

Миссис Картер сидела на краю раскладушки и смотрела на меня налитыми кровью глазами. Неужели она опять плакала?

Я продолжал:

— Если вы не скажете ему, куда ваш муж спрятал документы, он позволит маме спуститься сюда, чтобы это выяснить, и все может закончиться плохо для заинтересованных сторон. Могу вам сказать по личному опыту, что маме недостает отцовской сдержанности. Более того, она бывает довольно порывистой, даже деструктивной. Она может сделать вам по-настоящему больно. Она до сих пор кипит после вашей утренней перепалки.

Миссис Картер прищурилась:

— Пошел ты, маленький засранец!

Такие выражения в нашем доме недопустимы, и я был рад, что ни мама, ни отец ее не слышали.

— У вас время до утра. Спокойной ночи!

68

Эмори — день второй, 16.18

В мире Эмори наступила тишина.

Тишина такая оглушительная, что кровь ударила ей в голову и в здоровое ухо. Она обжигала ее изнутри, как кипящее масло. Эмори зажала ухо рукой. Вторая болела нестерпимо — Эмори даже выругалась.

Почему кошмар не заканчивается?

Почему он не может закончиться?

— Пожалуйста, убей меня, и все, — прошептала Эмори и не узнала собственный голос. Она слышала себя словно со стороны. Слышала тонкий металлический голосок. Во рту пересохло; язык царапал нёбо, как кусок наждака.

Музыка умолкла, сменившись громким звоном; она понимала, что звон только у нее в голове, но он все равно эхом отдавался от стен. От него усилилась мигрень, которая выросла из простой головной боли. Она испытывала единственное желание: умереть, только бы не провести еще час в этом аду.

Музыка закончилась. Но она вернется. Музыка всегда возвращалась.

Последней была песня «Лед Зеппелин». Эмори знала ее, только понятия не имела откуда. То, что она так быстро вспомнила название группы, хотя не могла сообразить, какой сегодня день недели, ее удивило. Потом зазвучала их же «Лестница в Небеса», и она стала ждать такую лестницу; она слышала эту песню уже четыре раза с тех пор, как попала сюда, и начала воспринимать мелодию как официальный знак того, что прошел еще один день, но сегодня этой песни не было. Или была? Когда она звучала в последний раз? Эмори не помнила. Она вообще ничего не помнила.

«Ты обезвожена, детка. По-моему, у тебя и рука воспалилась. Состояние у тебя — не позавидуешь. Никто не пригласит тебя на выпускной в таком виде, это уж точно».

Да, наверное, рука у нее воспалилась. Боль в запястье была почти сравнимой с головной болью.

Эмори не хотелось даже дотрагиваться до запястья.

Нет, она не станет дотрагиваться.

Ни за что!

В последний раз, когда она прикасалась к запястью, ей показалось, что это вообще не ее рука, а чем-то набитая перчатка. Рука раздулась и стала больше обычной раза в два. Вокруг наручника все стало мокрым и скользким. Как ни странно, возле наручника болело не так сильно. Интересно почему. Может, наручники пережали нервы?

Кости тоже торчали как-то странно; пальцы изогнулись под непривычным углом. Нехорошо, совсем нехорошо.

Снова пощупать пульс? Даже это уже не казалось ей важным.

«Наверное, ты сейчас могла бы съесть крысу».