Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

женщина при этом, совершенно не смущаясь, ткнула своим длинным ногтем в сторону мужчины, о котором Ян знал, что из-за его пироманских[490] склонностей все сотрудники называли его Дизель.

— Да. Пусть вас не вводит в заблуждение его внешний вид. Он выглядит немного эксцентрично, — сказала Китти, — но является одной из гениальнейших голов в этой области и работает на радио с тех пор, как ему исполнилось шестнадцать лет.

По группе, которая снова пришла в движение, пробежал короткий недоверчивый шепоток.

«Я никогда еще не работал на радио, но в первый же свой рабочий день подарю вам такой рейтинг, какой бывает по телевизору в финале чемпионата мира», — подумал Ян, потихоньку отстав от группы, чтобы снять с предохранителя свое оружие.

3

Почти в полуметре от холодильника в красновато-черной луже крови лежала собачья голова. У Иры не было времени, чтобы разглядеть в маленьком магазинчике прочие останки мертвого питбуля. Все ее внимание занимали двое мужчин, которые орали на непонятном языке, направив друг на друга оружие. На мгновение она пожалела, что не приняла всерьез предупреждения шалопая у входа.

— Эй, фифа, ты что, спятила? — крикнул ей немецкий турок, когда она хотела протиснуться мимо него в магазин, — они тебя замочат!

— А хоть бы и так!

Двумя секундами позже она уже находилась в центре стандартной ситуации: конфликт, как из учебника для мобильных оперативных групп, который ей сунули в руки в первый день ее обучения и который надолго стал ее библией. Двое конфликтующих иностранцев находились на грани того, чтобы прострелить друг другу головы. Человека с искаженным яростью лицом и огнестрельным оружием в руке она знала. Это был турок, хозяин магазина Хакан. Другой выглядел как трафаретный русский боксер: мощное тело, плотное лицо с плоским сломанным носом, широко расставленными глазами и боевым весом не менее ста пятидесяти килограммов. Он был в пляжных шлепанцах, спортивных штанах и грязной майке, которая едва скрывала буйный волосяной покров на его теле. Но самым необычным в его виде было мачете в левой руке и пистолет в правой. Совершенно ясно, что он состоял на жаловании у Мариуса Шувалова, главы восточно-европейской группировки организованной преступности в Берлине.

Ира прислонилась к стеклянной стенке холодильного шкафа с безалкогольными напитками и спросила себя, почему ее оружие осталось дома, на кухонном столе. Но потом ей пришло в голову, что сегодня это все равно не имеет значения.

«Обратимся к инструкции, — подумала она. — Глава „Деэскалация“, раздел 2 „Посредничество в условиях кризисной ситуации“». В то время как мужчины продолжали орать друг на друга, не обращая внимания на Иру, она механически повторяла свой контрольный список.

В нормальных обстоятельствах она должна была бы потратить ближайшие тридцать минут на то, чтобы оценить ситуацию и приказать оцепить место происшествия для предотвращения ухудшения ситуации, если только русский в это время не кинется, паля налево и направо, в парк Виктория. Нормальные обстоятельства? Ха!

В нормальных обстоятельствах она бы здесь не стояла. Прямое столкновение, глаза в глаза и в непосредственной близости, не вызвав перед этим ни малейшего доверия у противников, было похоже на попытку суицида. А ведь она даже не знала, в чем тут дело. Когда двое мужчин одновременно орут друг на друга на разных языках, срочно требуется самый лучший переводчик, какого только можно найти. И ее надо было немедленно заменить переговорщиком-мужчиной. Потому что, даже если она с отличием окончила факультет психологии и получила дополнительное образование в полиции, даже если с тех пор проводила многочисленные операции как руководитель переговоров в отрядах особого назначения на всей территории федерации, в данный момент она могла этими дипломами и грамотами подтереть пол в этой мелочной лавочке. Ни турок, ни русский не станут слушать женщину. Возможно, им это даже запрещает религия.

В этом квартале, как правило, речь шла о разборках между мачо, но в данном случае тоже все выглядело не так, словно речь шла о вымогательстве. Иначе русский не пришел бы один, а Хакан уже лежал бы, изрешеченный пулями, уткнувшись лицом в прилавок с сыром. Когда Ира услышала, как русский взвел курок револьвера, бросив мачете, чтобы при стрельбе обе руки были свободными, она кинула взгляд через стекло витрины на улицу. А вот и мотив! Там стоял белый «БМВ» с хромированными ободами и небольшим изъяном: была разбита правая передняя фара, а бампер снесен до половины. В своих воображаемых лекционных материалах Ира отметила те кусочки головоломки, которые были связаны с местом происшествия.

«Турок. Русский. Мачете. Поврежденная сутенерская машина. Убитая собака». Очевидно, Хакан столкнулся с машиной русского, и тот явился сюда, чтобы уладить дело «по своей методе», для начала вместо приветствия отрубив голову бойцовой собаке Хакана.

«Ситуация безнадежная», — подумала Ира.

Единственным плюсом было то, что, если через несколько секунд начнется стрельба, кроме нее, на расстоянии выстрела не окажется ни одного клиента. А то, что дело дойдет до обмена пулями, было совершенно очевидно. Ведь речь шла об ущербе как минимум в восемьсот евро. Вопрос был лишь в том, кто выстрелит первым. И долго ли ждать, пока один из них, промахнувшись, попадет в нее.

Ну и хорошо. Здесь никто не собирался отступать так просто. Для каждого из мужчин это было бы и неразумно: первый, кто опустит оружие, получит в голову девятимиллиметровую пулю. Да и позор к тому же. Если он сам не сможет выстрелить, на его похоронах все будут считать его слабаком.

Каждый из противников не хотел уронить свою честь, но и не желал стрелять первым. Это являлось единственной причиной, почему они до сих пор не учинили кровавую бойню, если не считать луж крови на полу от питбуля.

Ира кивнула, наблюдая за дальнейшим поведением русского, который уже сделал шаг к витрине и начал топтать отрубленную собачью голову так сильно, насколько позволяли его пляжные тапки. Хакан, почти обезумев от ярости, заорал настолько громко, что у Иры заложило уши.

«Пожалуй, еще секунд десять. В крайнем случае, двадцать», — прикинула она.

Черт! Ира терпеть не могла попыток самоубийства. Она специализировалась на взятии заложников и киднеппинге. Но она знала: тот, кто устал от жизни, имеет лучшие шансы уберечь свою жизнь, если отвлечь его внимание на что-то менее важное, банальное. Что-то такое, что для него не слишком значимо.

«Конечно, — подумала Ира и открыла дверь холодильного шкафа. — Отвлечь внимание».

— Эй! — крикнула Ира, повернувшись спиной к дуэлянтам. — Эй! — повторила она громче, поскольку ни один из двоих мужчин, кажется, не обратил