Читать книгу - "Собор темных тайн - Клио Кертику"

мной и скажи прямо! – проговорила она с шотландским акцентом, явно пародируя Фергюса.

Затем резко уселась напротив меня и, сделав максимально серьезное выражение лица, сложила руки так, как будто держала в них книгу.

– Ты можешь сходить пообедать, – холодно отчеканила девушка, уже с сухим британским акцентом.

Я громко рассмеялся, сдерживая приступ кашля. Это было так впечатляюще! Особенно мне понравилась часть с Лиамом. Мой смех подбодрил девушку, так что она продолжила пародировать друзей.

– Я так и знал, надо было выбирать этих двоих, у них хотя бы еда имеется в холодильнике, – проворчала Эдит, положив подбородок на ладонь, а затем резко выпрямилась по струнке, превратившись в Лиама. – Ты все еще можешь вернуться.

С Эдит было легко, она не выбирала слов, как и я не старался заранее придумать, что буду ей отвечать. Идя с ней по улице, я мог услышать замечание о какой-нибудь кофейне или комментарий по поводу внешности прохожего. Все это было настолько комфортно, что я иногда сомневался в том, что остальная часть компании была нам необходима.

– И почему ты все еще хочешь общаться с этими двумя?

Я пожал плечами.

– Вечно ты не знаешь, но это я так, иронизирую, – с ноткой грусти заметила Эдит, наблюдая за тем, как я ем. – А я ведь все замечаю, я видела, ты же с самого поступления хотел с нами дружить.

– Да, – спокойно признался я.

Она расплылась в милой улыбке и пододвинулась ближе.

– Почему?

– Не знаю, – честно ответил я. – Мне просто нравилось наблюдать, как вы общаетесь.

Она поправила выбивавшиеся из хвостика кудряшки и слегка покраснела.

– Разве может такое понравиться?

Наверное, тот день и я ей скрасил. Для нее нашлись свободные уши, а мне оставалось лишь смеяться и кивать.

– Куда ты хочешь отправиться? – спросила она после завтрака.

– Мне все равно.

Мне правда было все равно, на крайний случай я даже был готов остаться дома, но такого я все же не мог допустить ни при каком раскладе. Кажется, она поставила перед собой задачу развлекать меня в течение этого дня, а может, пыталась загладить вину за этих двоих.

– Тогда мы отправимся на выставку, – заверила Эдит, заправляя непослушную кудряшку за ухо.

В тот день наступила настоящая зима, а мы побывали на выставке импрессионистов.

Мы видели работы Гогена и Писсарро. Если говорить откровенно, мы посетили отдельный мир, с его многообразием красок, вечным летом и обезоруживющей искренностью. Я не разбирался в искусстве тогда да и сейчас не особо, но импрессионизм всегда пробуждал во мне эмоции и переживания. Бродя с Эдит между солнечных лугов, выписанных густыми мазками, или по дождливым улицам Писсарро, я ощущал себя легче, чем обычно.

Я подумал об Ализ. Тогда, на выставке, одна из работ напомнила мне о ней.

Домой мы вернулись ближе к вечеру, и, войдя в темную гостиную, я как будто начал постепенно возвращаться к реальности.

Эдит включила свет, и я остался с ней на кухне. Она медленно складывала купленные для всех сладости в холодильник, а я наблюдал за ней.

– Тебе понравилось? – спросила она, как будто бы тоже мало-помалу приходя в себя после этой магической прогулки.

– Да.

– И это все?

– А что еще сказать?

Воцарилась тишина.

– Я подумал о том, что Ализ могла бы поехать с нами.

Эдит пододвинула ко мне тарелку с кусочком шоколадного торта и заглянула прямо в глаза.

– Тебе же нравится Ализ, – утвердительно сказала она.

Я до сих пор не понимаю, когда она это почувствовала, но мне понравилось, что это наконец-то облеклось в слова.

– Да? – улыбнувшись, переспросил я.

– Тебе нравится Ализ, – уже тише повторила Эдит.

– Наверное.

– Наверное? Почему ты ничего не предпринимаешь?

– Предпринимаю, – спокойно соврал я.

– Кензи, надо действовать.

– Я действую, – довольно резко ответил я.

Больше она не настаивала.

– А ты как действовала с Лиамом? – ехидно спросил я.

– Это очень банальная история.

Я весь обратился вслух.

– Мы познакомились на одной из первых пар по рисунку. По его словам, я уже тогда ему понравилась. – Эдит притворно закатила глаза. – Скорее всего, нас свел Фергюс, потому что он дружил с ним и со мной, а по отдельности мы не общались. Лиам часто стоял и ждал пары, прислонившись к стене, весь такой загадочный, а мы с Фергюсом, обступив его, о чем-то оживленно спорили. Он лишь слушал и иногда вставлял свое мудрое слово. Мне казалось, что ему тут совсем скучно, а мы вдвоем более-менее скрашиваем его досуг. Там, на рисовании, я его даже не заметила. Так, один из однокурсников, не более того, но позже, когда я наблюдала за тем, как он себя ведет, как общается, выслушивала его точку зрения, узнавала о его ценностях… В общем, я поняла, что он раздражает меня меньше других парней.

Я не удержался от смеха. Такой оценки Лиама я точно не ожидал.

– Я всегда замечала тот момент, когда начинала нравиться кому-либо, но не в этом случае. Он измучил меня настолько, что я призналась во всем сама, и тогда он рассказал, что я очаровала его еще на первом занятии по рисунку, – она наигранно подняла глаза к потолку и накрутила кудряшку на палец.

– А Ален?

Эдит быстро вернулась к действительности.

– А что Ален?

– Ты ему нравишься, – спокойно заметил я.

– А ты что, адвокат Лиама?

– Нет, – ответил я.

Пирожное словно прошло мимо моих вкусовых рецепторов.

– Ален красиво ухаживает, он почти сразу искренне заявил о своих намерениях.

– Но Лиам богаче, – ухмыльнулся я.

– Ален богаче Лиама, если тебя это так волнует, – спокойно ответила она.

– Но Лиам выкупил столик, – заметил я.

– Если серьезно, то, например, с кем тебя больше привлекает перспектива дружбы – с Лиамом или Аленом?

– Не знаю, – снова соврал я, понимая, к чему она клонит.

Эдит мрачно закатила глаза и, выхватив у меня из-под носа пустую тарелку, отправилась ее мыть.

– С Лиамом я уже дружу, – бросил я ей вслед.

– Да, конечно, – только и ответила она.

Мы проводили вечер в доме, за окнами которого Руан неумолимо засыпало снегом. Где-то там сейчас были Лиам с Фергюсом. Они все еще не вернулись.

Постепенно мы перебрались на диван. Скорее всего, я бы не смог так проводить вечер ни с Лиамом, ни с Фергюсом. Так могло быть только с ней. Она умела разговорить даже самых неразговорчивых.

К восьми Эдит будто чуть изменилась – она слегка ссутулилась и подогнула под себя ноги. Я съел пирожное давно, а вот она принялась за свое только сейчас.

– А что ты думаешь по поводу доклада Лиама? – поинтересовался я.

– Он сделает лучший доклад, я