Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

больницы Святой Марии. Одной удаляли в этой больнице гланды, другая попала туда с пневмонией и провела два дня под капельницами. Оуэн работал в отделе выписки счетов. Ему известно было все об их болезнях и процедурах, а также их возраст, семейное положение и место жительства.

Лечение в клинике Святой Марии было единственным, что связывало между собой всех его жертв. Долгое время полиция упускала это из виду, потому что в эту больницу обращаются все. Это единственная большая клиника в нашей округе, до другой ближайшей больницы — час езды.

Я опускаю подробности того, что Оуэн Оливер вытворял со своими жертвами, пока держал их в плену. Слишком много ненужной мне информации, слишком много мысленных образов, которые мне претят.

Единственное, что привлекает мое внимание, — это отпечатки пальцев. Оуэн удалял их у всех своих жертв. То же самое сделала и Миллисент с Линдси.

Затем я просматриваю фотографии убитых им женщин. Они молоды, эффектны и счастливы. Так всегда выглядят на снимках жертвы. Никто не хочет видеть образ угрюмой и малопривлекательной особы, даже если она мертва.

Я подмечаю еще несколько особенностей: все женщины были совершенно обыкновенными. Они не носили стильной одежды и не злоупотребляли макияжем. Большинство выглядели просто: обычные волосы, джинсы и футболка, ни яркой губной помады, ни крашеных ногтей. Линдси тоже так выглядела, и ее рост тоже отвечал требованиям Оуэна.

Наоми скорее обычная, чем гламурная, но она слишком высокая.

Вплоть до этого момента я никогда не выбирал женщину по типажу. У меня были совсем другие критерии: много ли людей будут ее искать? Как быстро будет оповещена об ее исчезновении полиция и сколько времени она уделит поискам взрослой женщины.

Все остальное было произвольным. Я выбрал Линдси, потому что она отвечала всем важным, по моему мнению, условиям и потому что Миллисент не отставала от меня, изводя требованиями найти новую жертву.

Петра другая. Потому что я с ней переспал. Или потому что она заподозрила, что я не был глухим. Она все еще остается в зоне риска, но она совсем не соответствует нашему новому типажу. Петра чересчур высокая и чересчур гламурная. Она носит юбки и каблуки. И у нее даже на ногах ногти покрашены красным лаком.

Мне надо найти другую. Нашу четвертую.

Именно так поступал Оэун Оливер. Он всегда похищал свою следующую жертву после того, как находили предыдущую.

Пока я роюсь в социальных сетях, к голове приливает адреналин. Еще не сильно, но скоро он зашкалит. Я это чувствую. Мы с Миллисент заставим всех вспомнить об Оэуне.

И я это предвкушаю.

13

Двух первых женщин мы не подыскивали. Линдси стала первой, кого мы выбирали. Мы нашли ее в социальных сетях, но в то время мы не ориентировались на типаж Оуэна и не учитывали его требование к росту. Большинство женщин не указывают в соцсетях своих физических данных, и таких сведений, как точный рост, вес или цвет глаз, там тоже нет. Это затрудняет мой предварительный поиск четвертой женщины.

Правда, я все-таки нахожу сайты, где уточняется рост. Это сайты знакомств. Но беглый просмотр некоторых из них меня не вдохновляет.

На следующий день я прошу Миллисент встретиться со мной в обеденный перерыв. Мы берем по стаканчику кофе и садимся в парке через дорогу. День стоит прекрасный, на синем небе ни облачка, воздух сухой, а парк расположен достаточно близко от кофейни, чтобы можно было воспользоваться ее Интернетом.

Я объясняю жене новые критерии по типажу женщин и показываю ей, что обнаружил в сети. Миллисент просматривает страницы одного сайта знакомств, а потом вскидывает на меня взгляд.

— Они все кажутся такими… — мотает она головой и умолкает.

— Фальшивыми?

— Да. Как будто они пытаются быть не самими собой, а такими, какими их хотят видеть мужчины.

Я показываю на одну, которая пишет, что ее хобби — виндсерфинг и пляжные вечеринки.

— И у таких, должно быть, слишком много друзей.

— У некоторых да, наверняка.

Миллисент продолжает просматривать профили, нахмуривается:

— Мы не можем подбирать женщину на сайте знакомств.

Я молчу, и она поднимает на меня свои зеленые глаза. Я улыбаюсь.

— Что? — спрашивает Миллисент.

— У меня есть другая идея.

Она расслабляется и выгибает одну бровь:

— Тебе это только что пришло в голову?

— Да.

— Тогда выкладывай.

Я оглядываю парк, и мой взгляд, наконец, останавливается на женщине, сидящей на другой скамейке и читающей книгу. Я киваю на нее:

— Как насчет этой?

Миллисент изучает женщину и улыбается:

— Ты хочешь подыскать кого-нибудь в реальном мире?

— Для начала — да. Так мы найдем ту, что соответствует физическому типажу Оуэна. А затем проверим в сетях, подходит ли она нам.

Миллисент снова переводит глаза на меня. Они такие яркие! Жена кладет на мою руку свою. И от ее прикосновения по всему моему телу распространяется теплая дрожь. Как будто я перезаряжаюсь. Даже мой мозг проясняется.

Миллисент кивает, уголки ее рта задираются вверх в довольной улыбке. Теперь мне хочется только одного: поцеловать свою жену. Опрокинуть на траву прямо посередине парка и сорвать с нее всю одежду.

— Я всегда понимала, почему вышла за тебя замуж, — произносит, наконец, Миллисент.

— Потому что я такой замечательный?

— И покорный.

— А еще довольно привлекательный внешне, — добавляю я.

— Если мы все сделаем правильно, — говорит Миллисент, — то полицейским никогда не придет в голову искать брачную пару. Мы будем вольны делать все, что нам захочется.

Что-то в ее словах еще больше усиливает мое возбуждение. Мир полон вещей, которые я не могу делать и не могу себе позволить — от домов и автомобилей до кухонного оборудования. Но это… Это дает нам ощущение свободы. Это единственное, что целиком наше, только наше и нам подконтрольно. Благодаря Миллисент.

— Я согласен, — говорю я жене.

— Согласен на что?

— На все.

* * *

Я доезжаю до станции Санрейл и сажусь на поезд, следующий до Алтамонте Спрингс — в обратном направлении от того места, где живет Петра. Технически этот городок лежит за пределами Вудвью, и все же он был частью «охотничьих угодий» Оуэна. Женщины здесь повсюду: молодые, старые, высокие, низкорослые, худые, толстые. Они на каждой улице, в каждом магазине, на каждом углу. Мужчин я не замечаю. Я вижу только женщин. Как раньше. В молодости я даже не представлял себе, как можно выбрать всего одну женщину, когда вокруг их такое множество — совершенно разных и доступных.

Конечно, так было до моей встречи с Миллисент.

Теперь я изменился. Я все