Читать книгу - "Искатель, 2013 № 08 - Журнал «Искатель»"

какая-нибудь. Тут у нас убийство при очень отягчающих обстоятельствах. И с особой жестокостью. А закон у нас един для всех. Писать признание будете?

— Буду.

— Вот и отлично. Я пока с Елагиной побеседую — она здесь в машине дожидается. Сержант, — неожиданно звонко крикнул вдруг майор. — Сержант, ты постереги подозреваемого, пока он признание пишет. Сними наручники, но на мушке его держи.

Майор вернулся через полчаса, когда Корноухое завершил повесть своего преступления. В конце были фразы об искреннем раскаянии.

Он не стал писать, что потерял сознание. Это получалось очень неубедительно. Борис написал: «Потерял контроль над собой в результате резкого душевного волнения и эмоционального возбуждения».

Красиво и похоже на правду.

Майор внимательно прочитал бумаги.

— Честно описали. Вижу, что вы осознали свой проступок. Я тут с Елагиной поговорил. Не хочет она, понимаешь, огласки. Предлагает мне замять дело.

— Не понял? — Борис Петрович попытался сосредоточиться. Он почувствовал, что сейчас майор скажет что-то важное. — Я тоже хотел бы все замять.

— С вами все понятно. Это диалектика! Верхи хотят, а низы не могут. У низов обнищание ниже плинтуса.

— Вы хотите взятку? Вам нужны деньги?

— Деньги — это бумажки. Елагина готова взять на себя большой риск и немалые затраты. Но ей нужно ваше согласие, ваши гарантии и ваша благодарность.

— Я согласен. Я на все согласен, чтоб замять этот эпизод. — Голос Корноухова прозвучал довольно бодро и даже радостно.

— Ну, тогда пишите дальше. Вот здесь. Хорошо, что вы дату и подпись не поставили. Диктую: «После совершенного мною зверского убийства я уничтожил все улики, выбросил нож в колодец, а труп завернул в желтое покрывало, вынес в сад и закопал под старой вишней около сарая».

Борис Петрович старательно написал эту чушь.

— Сержант! — неожиданно громко крикнул майор. — Ты вот что, Василий. Заверни труп в желтое покрывало. В то, что на полу валяется. Затем возьми в сарае лопатку и выкопай ямку поглубже, около вишни. Типа могилки. Так надо, Вася!

Майор вздохнул, походил по комнате и предложил:

— Диктую далее: «Во время закапывания трупа мой бумажник упал в яму. Но я, будучи уверенным в своей безнаказанности, даже не стал его доставать. Я разровнял площадку под вишней, вымыл комнату от следов крови и уехал с дачи до приезда Елагиной».

— Это все?

— Все. Распишитесь, а дату пока ставить не надо. У вас бумажник-то есть?

— Там, в кейсе.

— Да, я видел. У вас там пачка долларов была. Я взял ее на благотворительные цели. Визитные карточки? Это хорошо. Что тут?

— Пропуск в кремлевскую поликлинику.

— Пусть остается в бумажнике. Вы себе новый получите, а это лишняя улика. Пойдемте, Борис Петрович, труп тащить…

Через полчаса они осторожно опустили в подготовленную яму Елизавету Панину, завернутую в покрывало.

Лобачев бросил сверху «трупа» бумажник и горсть земли. Жестом он предложил Корноухову сделать то же самое.

Борис Петрович не имел сил противиться этому настойчивому майору. Да и как возражать своему спасителю?

Но если смотреть со стороны, ситуация напоминали какой-то фарс и трагикомедию. Обычная сцена из фильма ужасов.

Корноухов подошел к куче земли, взял горсть и со скорбным видом бросил на тело, которое еще недавно было таким живым, таким соблазнительным.

Майор полностью владел обстановкой и выглядел оживленным.

— Давай, сержант, завершай, закапывай беднягу. Потом все выровняй, травки прибрось. А я Петровича до автобуса провожу.

— А как же улики, товарищ майор? — угрожающе произнес сержант. — Фотографии, отпечатки, протокол осмотра места… Я без приказа не могу уничтожить.

— Правильно, сержант. Нельзя без приказа. Придется вам, Борис Петрович, такую бумажку написать. Распоряжение: передать вам лично все материалы предварительного расследования по факту убийства на даче Елагиной. Материалы, конечно, у меня останутся. Но вы изготовьте расписку, что, мол, все получили, нам с сержантом тоже свой зад прикрыть надо. Бланки заместителя прокурора у вас есть?

— Да, в кейсе лежат. Они уже с печатями.

— Вот идите, Борис Петрович, и на официальном бланке все быстренько. Да идите же скорей.

Когда Корноухов пошел на дачу, Лобачев медленно опустился а перевернутый бак и устало обратился к сержанту:

— Мы с ним через пять минут к автобусу пойдем. Ты, Караваев, сразу же Елизавету вытаскивай. Развяжи, чаем напои, баньку подготовь. Досталось ей сегодня. Да и я как-то обмяк. Даже встать не могу.

Валентиновка оказалась огромным старым дачным поселком.

Липкин уже два часа методично обследовал улицу за улицей, и еще в электричке понял, что в таких поисках нужна системность. Артист захватил большой блокнот и отмечал названия улиц, номера домов, которые осмотрел.

Этот металлический петух должен быть виден с дороги. Примета яркая. И наверное, многие жители знают этот дом, но спрашивать он боялся.

Он еще не знал, что будет делать, когда найдет его. Но прежде всего, у него будет адрес. Это уже плюс.

Хорошо бы узнать фамилию хозяина. Информация на шефа — его второй плюс.

А еще лучше захватить бы этого шефа, связать и спокойно позвонить Варваре: «Я тут их главного преступника лично взял», прямо с дачи можно позвонить. Там ведь есть телефоны, сам Геннадий ставил.

Нужный дом показался неожиданно. Сразу за поворотом Аркадий увидел глухой высокий забор, над которым лишь торчала верхушка крыши с довольно большим петухом.

Липкин попытался спокойно обойти дом, но это ему не удалось. Участок был крайним. Только с одной стороны у него были соседи — старый дом с закрытыми ставнями. С двух сторон участок окружал болотистый пустырь, заросший густым кустарником.

А в задней части дома пустырь переходил в небольшой овражек.

Аркадий записал адрес и решил попробовать осмотреть участок с соседней улицы.

Это была удача!

Со стороны оврага хозяева не стали делать новый глухой забор. Там осталась, возможно еще довоенная, ограда из гнилого штакетника.

Аркадий издалека увидел даже несколько дырок в этом забора А на склоне оврага росли какие-то необычные цветы. Это хороший предлог для перехода через болотистое препятствие.

Еще раньше, проходя мимо забора, Аркадий постучал по нем палкой. Никто не гавкнул — а значит, собаки внутри не было.

Пробравшись на склон оврага, он неторопливо собирал цветы и осматривал окна дома. Похоже, ой пустой. Все закрыто наглухо, а на участке нет никаких признаков присутствия человека.

Возле самой большой дыры в заборе Аркадий наклонился за очередным цветком и одним прыжком оказался на участке.

Он не побежал, а пополз среди высокой травы, не выпуская и рук букета.

В цокольной части дома он увидел открытое маленькое окно в полуподвал. Может быть, через него ему удастся