Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

Вот и сегодня утром, когда она так спешила, ее «тойота» оказалась неприступнее знаменитой тюрьмы Алькатрас. И в результате она опоздала на встречу. Но Макалпин был верен себе и сразу перешел к делу.

— Рад тебя видеть, Костелло. Надевай коньки — и в путь. Проверь это. — Он передал ей листок с показаниями соседки Элизабет-Джейн. Там было много неясностей, и он хотел все уточнить до начала совещания. Он знал, что может на нее положиться. И для Костелло это была хорошая новость.

Была и плохая — придется взять с собой Вика Малхолланда.

Макалпин избавил ее от неприятных объяснений по поводу машины, приказав Малхолланду захватить ее по дороге. Она была старше по званию, поэтому за рулем должен был находиться он. Но эти планы лопнули как мыльный пузырь.

Она посмотрела на часы. Малхолланд обещал быть через пару секунд, а прошло уже десять минут. Начиная замерзать, она подняла воротник пальто, напевая про себя «Трудна ты, доля полицейского». И машинально ощупывала удостоверение в кармане, подтверждавшее звание сержанта уголовной полиции.

Она заглянула в участок и постучала пальцем по циферблату часов. Вингейт недоуменно пожал плечами — Малхолланда нигде не было видно. Костелло хлюпнула носом и перевела взгляд на Хидланд-роуд. Магазин «Бренда Мюир» устраивал распродажу осенней коллекции со скидкой десять процентов. В витрине красовалось темно-зеленое вечернее платье. Кого она хотела обмануть? Кроме работы она никуда не ходила. И в дорогой одежде выглядела так, как будто украла ее. Костелло замерзла и начала притоптывать, наблюдая за пятнистой шотландской овчаркой, которая обнюхивала ящик. Глядя, как мохнатый хвост развевается под порывами ветра, она задумалась. Сначала Линзи, теперь Фултон. Она вздрогнула, но на этот раз не от холода. Овчарка вытащила из ящика газету и начала ее трепать, получая, видимо, истинное удовольствие. Она разрывала ее на клочки, которые сразу же подхватывал ветер и разносил по улице.

Наступил час пик, и у перекрестка начали скапливаться машины. Неподалеку возвышался Керкли-террас, квартал пятиэтажных особняков, один из самых престижных в Глазго. Он располагался в нескольких минутах ходьбы от полицейского участка, но социально их разделяли миллионы миль. Там жила и чета Макалпин — Алан переехал к Хелене после свадьбы.

Малхолланд все еще задерживался, и Костелло начала нервничать. Вик Малхолланд появился недавно, и ему еще предстояло доказать свою пригодность. А старые мушкетеры опять собрались вместе. За последние десять лет их пути постоянно пересекались, как повторяющийся узор на охотничьем пледе. После окончания полицейского колледжа Таллиайлан Костелло работала на этом участке или в дивизионной штаб-квартире. Макалпин жил на холме. Андерсон побывал в разных местах — обычная практика для толковых полицейских, делающих карьеру. Все они знали район как свои пять пальцев, но Малхолланд вырос в южных кварталах и держался аристократом. Он имел костюмы на заказ и не скрывал неумеренного честолюбия. В их компании ему явно было не по себе. Эта мысль ее почему-то обрадовала.

Овчарка наконец добралась до главного приза — остатков пирога, завернутых в газету, — и, довольная, удалилась со своей добычей. Костелло, едва сдерживаясь, расхаживала перед участком, отсчитывая по десять шагов — туда и обратно. Она опять думала о Макалпине — мужественное лицо, проницательность, шарм и красивая жена. У Андерсона — неудачный брак и двое чудесных детей. От неожиданной мысли Костелло остановилась. Уже много лет она знала, что Андерсону нравится жена шефа. Не то чтобы между ними что-то было, — разумеется, нет, — но все-таки… Внезапный порыв ветра бросил в лицо дождевые капли и положил конец романтическим размышлениям.

Она вернулась к зданию участка, стала смотреть в сторону Уэст-Энда, творческого центра города. Она понимала и любила свой город и его жителей и всегда чувствовала себя в безопасности. Она и переезжала-то всего один раз — с южного берега Клайда на северный. Глазго отличался теплом и юмором его обитателей, которые много работали и умели отдыхать. Город был прямодушным и открытым, и вот теперь у него появилась страшная тайна, и ей это очень не нравилось.

Ее туфля провалилась в ямку, и ледяная вода намочила ногу. Она надеялась, что при виде Макалпина у нее не дрогнет ни один нерв, но этого не произошло. Она подумала, что, наверное, относится к Макалпину так, как Андерсон — к его жене. Чету Макалпин было трудно не любить: она — богатая и успешная, своей открытостью сразу располагавшая к себе; он… он был он, что не требовало дальнейших пояснений.

Темно-серое небо на востоке чуть посветлело, но дождь не унимался, и она подтянула воротник, чтобы не намочить волосы. Проезжавший мимо грузовик угодил колесом в лужу, и отлетевшие грязные брызги с удивительной точностью попали на ее бежевые брюки.

С Кларенс-лейн вырулил сверкающий черный «БМВ» и перегородил дорогу. Сидевший за рулем Вик Малхолланд наклонился и открыл дверь.

— Постарайся не намочить обивку, ладно?

— Мне что, парить в воздухе? — разозлилась Костелло. В шикарном кашемировом пальто Малхолланд смотрелся очень стильно. Он всегда выглядел безупречно, и эта его черта была не единственной, раздражавшей Макалпина. Она пристегнула ремень и кивнула на дорогое пальто. — Извини, если оторвала от съемок. Ты, наверное, подменял Джонни Деппа? Или сегодня это был просмотр у Версаче?

— Хорошее, правда? — спросил он, невозмутимо улыбнувшись. — Значит, работы нам добавилось. — Малхолланд показал правый поворот и движение остановилось: пропускали полицию. — Макалпин — человек известный, но я никогда не был о нем высокого мнения. Думаю, что он мягковат…

— Вот как? Недооценка может тебе дорого обойтись, — отозвалась Костелло, поправляя под собой пальто. — Радуйся, что остался в команде. Все, что он говорит, проходит… А кому велит — уходит. — Она улыбнулась, довольная, что удачно сострила.

— В самом деле? Тогда почему мы занимаемся такой ерундой? Нерациональное использование ресурсов. Ясно как божий день!

— Значит, у него есть на то причины.

— Какие?

Костелло вздохнула.

— Шефу не понравилось, что труп был найден человеком, заглянувшим в дверную прорезь для писем в три часа ночи. Он хочет знать больше.

— А зачем кому-то понадобилось заглядывать туда в три часа ночи? — спросил Малхолланд, глядя в зеркало и приглаживая бровь.

— Вот именно, — она наклонилась, прикрепила к приборной панели адрес и выключила музыку — передавали какую-то оперу. — Остановись где-нибудь здесь. — Она начала листать записную книжку. — Я позвонила заранее и предупредила, чтобы до разговора с нами никто не уходил.

— Но почему мы вообще этим занимаемся?

— Потому что, — ответила Костелло, проявляя удивительное терпение, — это наша работа.

* * *

— Я могу вам помочь?

Хелена Макалпин пыталась протащить деревянный ящик через входную дверь в