Читать книгу - "Жизнь на грани фола - Александр Рыжов"

с Анкой, сами того не ведая, оказались удачливее гэбистов, которые не догадались расширить круг поисков до здешних мест.

Но погодите! Какое отношение имеют к золоту и самолету Панкер и этот сиплый? Что они сами делают в этих непролазных кущах?

— А если жмуров найдут? — просвистел сиплый. — Что тогда?

— Где найдут? В болоте? Их уже давно в трясину затянуло. А шмотки я сжег. Так что все чин по чину, не прикопаешься.

Алексею стало не по себе. Все-таки без трупов не обошлось, причем сиплый сказал «жмуры», то есть их было несколько. Под шмотками определенно подразумевается вохровская форма. Значит, охранники погибли. А летчик? О нем пока ни слова…

— Знаешь, Панкер, — опять завел свою сипящую шарманку тип с золотым зубом, — ты как хочешь, а я сваливаю. За каким лешим я вообще сюда приехал? С самого начала затея была дебильная… А все ты! «Срубим по-легкому, срубим по-легкому…»

— Засохни! — отмолвил Панкер. — Затея не моя, а Дэна. Вот за что я буржуазную прессу уважаю: в нее то просачивается, к чему даже редкий особист допуск имеет. У нас про балтийское золотишко молчок, а они взяли и написали.

Так! Еще какой-то Дэн появился. По-видимому, из-за рубежа, раз буржуазную прессу почитывает. Не дают ушлым капиталистам покоя советские недра… Не иначе, наняли Панкера, чтобы он золото украл и за кордон переправил. Тогда дело совсем пакостное: уже и международным шпионажем попахивает.

— Дэн далеко, ему до фени, что нас под цугундер подвести могут, — гнул свое сиплый. — И кто он такой, чтобы нами командовать? Я на него батрачить не подписывался.

— Тебе-то что? — зевнул Панкер. — Ты не в розыске. Захотел — в Питер смотался, захотел — во Владивосток. Мне хуже, я в нелегалах числюсь, мои фотки в каждой мусарне.

— Так и будешь весь век по захолустьям ныкаться?

— Нет… Твоя правда: надо отсюда выбираться. Ходим, ходим, меня уже мошкара до костей изгрызла. А он как сквозь землю провалился…

— Я тебе в первый же день сказал: ничего у нас не выйдет. Он, может, в болото упал, и его туда же затянуло, куда ты трупаки побросал…

О чем это они? Шурупь, Касаткин, шурупь! Из разговора следует, что Панкер ошивается в лесах не просто так. Он тоже ищет пропавший самолет. А этот сиплый ему помогает. Однако их усилия, как и милиционеров с солдатами, ни к чему не привели. Теперь они предполагают, что самолет утонул в болоте.

«Ан–14» не обладает колоссальными габаритами, но это все же не иголка в стогу. Кто-нибудь нашел бы. А вот если он лежит в топи, в темной жиже, заросшей осокой и покрытой сверху ряской, то пиши пропало.

— Я завтра сваливаю, — проинформировал собеседника сиплый. — А ты?

— Вдвоем нельзя. Я, наверное, еще отсижусь, тогда и двину.

— Бабки есть?

— Есть. Чувиха щедро отвалила, не бедствую.

«Это он про деньги Юли», — догадался Алексей. Да, на тысячу восемьсот можно пожить, ни в чем себе не отказывая.

— Не поймают? Говоришь же, что ориентировки на тебя по всей стране разосланы. Я бы остерегся…

— Я и стерегусь. — Панкер гыкнул, сплюнул в костер. — У меня паспорт есть липовый, умелец один за сотку сделал. От настоящего не отличишь. Там я с бородой, с усами. Замаскируюсь — никто не узнает.

— И куда подашься?

— Тебе лучше не знать. А то еще ляпнешь ненароком… Я свои планы при себе держу.

— Не доверяешь? — оскорбился сиплый. — Ну и ладно… У тебя свои интересы, у меня свои.

— Твои интересы — фантиков загрести побольше, — отбрил его Панкер весьма нелюбезно. — Вот о чем ты мечтаешь. За червонец сатане с потрохами продашься.

— А ты нет? У тебя аппетиты покруче моих! На Дэна горбатишься, потому что он обещал тебя из Совдепии вытащить. Но он там тоже пока на птичьих правах. Будешь до посинения ждать.

Эх, хорошо было бы, если б они подрались! Возьмут сейчас, сцепятся, и тогда бери их голыми руками. Достаточно на лужайку выскочить, огреть по баклушке одного, второго, и пока будут на цветную радугу любоваться, связать обоих. Алексей присмотрел валявшийся на земле увесистый сук, который сошел бы за дубинку. А на краю лужайки лежал мешок, в нем вполне могла найтись веревка…

Но ожидания не оправдались. Сиплый побухтел, побухтел и замолк. Панкер ногой спихнул в яму с огнем пучок лапника и поднялся.

— Харэ языками чесать. Раззвонились на всю ивановскую… Пойду дровишек на ночь принесу, и спать ляжем. Если решил уходить, то валяй, как рассветет. К вечеру до какого-нибудь села дотопаешь.

Сиплый не уточнил, каким путем он намерен выбираться из леса. Панкер и не допытывался — придерживался ранее озвученного принципа: всяк свои планы должен держать при себе. Он вразвалку пошел к окружавшим лужайку кустам, но не к тем, в которых затаился Касаткин, а на противоположной стороне.

Алексей не отказался бы еще послушать, но опасность быть обнаруженным возрастала с каждой секундой. Сейчас самый удобный момент ретироваться: Панкер, ломая сухие ветки, расшумелся, и Касаткин стал мелко-мелко отступать. Зацепился за верхушку низкой, едва вылезшей из дерна березки, сломал ее, но на лужайке этого не услышали. Во всяком случае, никак не среагировали.

Отойдя на безопасное расстояние, он повернулся и трусцой пустился к опушке. Небо подрасчистилось, он ясно видел впереди дерево-маяк. Не прошло и минуты, как взлетел на пригорок и подбежал к Анке.

Она спала, обняв руками поджатые к груди колени. Но сон ее был чуток — как только Алексей оказался рядом, вскинула голову, заморгала. Он приложил палец к губам и прошептал:

— Тс-с! Молчи!

Торопясь, перескакивая с пятого на десятое, Алексей пересказал ей все, что слышал на лужайке. Ну или почти все. Некоторые слова опустил, формулировки смягчил, сделав упор на том, что жертвами, по видимости, стали только охранники. А в самолете, раз он улетел, должен был находиться пилот. И судьба его, как и прежде, неизвестна.

Анка не стала ничего переспрашивать, но вся поджалась, черты лица заострились. Так люди настраиваются на борьбу.

— Ты хочешь их задержать?

Касаткин замялся. Кто бы не захотел выглядеть героем! Опять же, с Панкером у него личные счеты, этого молодчика надо непременно взять за шкирку и сдать куда следует, чтобы вернул украденное и получил по заслугам. Тогда обещание, данное Юле, будет выполнено и станет проще выстраивать новые отношения с Анкой.

Но быть героем и быть кретином — не одно и то же. Панкер — не слабак, и он вооружен. С ним его сиплый спутник, кто бы он ни