Читать книгу - "Браслет княгини Гагариной - Ольга Баскова"

есть, — ответила она. — И знаешь, я ни капельки не жалею, что рассталась с Мишелем. Бестужев-Рюмин просто несносный говорун. Удивляюсь, как его принимают всерьез. А Вальдемар такой рассудительный. Он знает четыре языка, представляешь?

— Представляю. — Мария увлекла ее в дом. — Вот и посуди сама: станет ли твой рассудительный Володенька выбалтывать тайны кому попало? А теперь займемся делами.

Сестры со смехом побежали на кухню.

Глава 20. Приморск, наши дни

Женя пришла в себя на пятый день. Сначала она никого не узнавала, но потом к ней вернулась память, правда, не полностью. Свою жизнь она помнила отрывками, но Виталия узнала, и это его порадовало. Валентин Иванович — тот самый хирург, который оперировал Евгению, — не разрешил много с ней разговаривать, и Карташов, с болью глядя на свою Женьку с перебинтованной головой, взял ее белую теплую ладошку и прижался к ней щекой.

— Виталя, почему я здесь? — спросила девушка. — Что случилось?

— Ты попала в серьезную аварию и получила травмы, — уверенно ответил мужчина. — Женя, ты помнишь, что произошло в тот день? Был сильный дождь, я вызвал такси, а ты почему‐то взяла мою машину. Скажи, зачем ты это сделала?

Она вздохнула и поморщилась:

— Взяла твою машину? Я ничего такого не помню.

Виталий хотел спросить про клиентку, которая звонила Жене в тот роковой день, но Валентин Иванович, войдя в палату, замахал руками:

— Извините, но на сегодня все.

Ювелир коснулся губами ее губ:

— Завтра я приду к тебе снова.

— Приходи, — отозвалась она довольно равнодушно.

Виталий вышел вместе с врачом, который тут же набросился на него:

— Она не должна испытывать негативные эмоции! — буркнул он, неприязненно глядя на молодого человека. — Как вы не понимаете?.. Кроме того, у нее амнезия. Сомневаюсь, что она помнит тот день. Прошу вас, идите домой и сегодня больше не приходите.

— Доктор, одну секундочку, — Карташов схватил его за руку. — Как долго моя невеста будет в таком состоянии?

— Кажется, я уже говорил, — Валентин Иванович устало вздохнул. — Еще ничего не известно, кроме того, что Евгении потребуется долгая реабилитация. И это недешевое удовольствие. Собирайте деньги, а я поищу вам лучший реабилитационный центр.

— Конечно, конечно, — торопливо согласился Виталий. — Сколько это может стоить?

Врач взял со стола сестры лист бумаги и написал на нем семизначную сумму.

— Да, дорого, — он поднял обе руки, как бы защищаясь от Карташова, — но за этот центр я вам ручаюсь. Вашу невесту поднимут на ноги за короткое время.

— Я понимаю. — Ювелир опустил голову и поплелся к выходу. Таких денег не было и близко. Даже если он получит вознаграждение за украшение, останется собрать очень много. Юрка никогда столько не одолжит. Да и кто одолжит на длительное время? Виталий ведь не отдаст долг ни через неделю, ни через месяц. Да и год под вопросом. Если бы он зарабатывал хотя бы половину суммы… Может быть, продать дом? Но куда он приведет Женю после больницы? Ох, если бы она не взяла в тот день его машину! Какого черта его невеста это сделала? Она же обещала!

Виталий провел рукой по вспотевшему лбу. Настроение было таким паршивым, что не хотелось жить. Молодой человек решил пройтись по набережной, надеясь привести в порядок свои мысли, которые от малейшего напряжения разбегались в разные стороны. Прислонившись к черным перилам ограждения, он уставился на черную, будто смоляную, воду залива, словно надеясь что‐то увидеть на ее поверхности. Когда на его плечо легла теплая рука, Виталий вздрогнул и обернулся. Перед ним стояла Дарья, в темноте выглядевшая устрашающе. Худое лицо почти скрывали черные волосы, большие глаза сверкали.

— Здравствуй, Виталий. — При свете фонаря блеснули ровные зубы. — Я знала, что тебя встречу.

Ее холодная рука коснулась его лица.

— Я же предупреждала, что Евгении не следует брать чужую машину.

Карташова передернуло. Он совсем забыл о предсказании женщины, которая всегда пугала его, напоминала ведьму.

— Это ты наколдовала? — прошептал мужчина и замахнулся. — Я убью тебя, стерва.

На его удивление в ее лице не дрогнул ни один мускул. Дарья стояла и улыбалась, будто никто не угрожал ей расправой.

— Ты не ударишь меня, потому что понимаешь, что я могу тебе помочь. Я, может быть, и ведьма, но добрая и пришла в этот мир, чтобы помогать людям. Не колдовала я на твою Женьку, а если бы колдовала, разве пыталась бы все это предотвратить?

— Чего ты хочешь? — его голос дрожал, срывался на высокие ноты.

— Вот это другой разговор. — Она повернулась и показала на скамейку под фонарем. — Давай посидим и все обсудим.

— Да что нам обсуждать? — изумился Виталий.

— А вот сейчас и увидим. — Дарья повела его за собой и чуть ли не силой усадила на скамейку.

— Расскажи мне, как Женя.

Карташов вздохнул и неожиданно подчинился:

— Она пришла в себя после сильной аварии, но потеряла память, к тому же не может шевелить ногами. Врач говорит, что все это устранимо, но при условии реабилитации.

Женщина кивнула, словно предчувствовала такой ответ:

— И, конечно, реабилитация стоит немалых денег.

Он развел руками:

— Верно. Но я не представляю, где их можно взять.

Гадалка посмотрела на него и вдруг расхохоталась:

— Ты действительно не представляешь, где взять деньги?

Виталий сжал кулаки: ее веселость коробила, вызывала злобу.

— Я не вижу ничего смешного. Конечно, можно продать дом, но тогда мне некуда будет забирать Женю из больницы.

— Все верно, ты сейчас сморозил глупость. — Она посмотрела ему в глаза. — На что ты готов, чтобы вернуть свою невесту к прежней жизни?

Он опустил голову:

— На все.

— Я подскажу тебе один способ, — женщина придвинулась к нему и, обдавая цветочным ароматом незнакомых духов, прошептала: — Деньги ждут тебя в твоем офисе.

Он дернулся так, что скрипнула скамейка:

— Что ты имеешь в виду?

— Все очень просто, — гадалка продолжала шептать. — Ты изготовишь две копии этого проклятого браслета и обе отдашь его хозяйке, подменив подлинник. А потом мы его продадим и поделим выручку. Уверена, такой суммы хватит даже не на двоих — на десятерых.

— А зачем деньги тебе? — изумился Виталий. — Ты тут каким боком?

— Я задолжала крупную сумму, и на меня наехали, — быстро проговорила она, явно не желая вдаваться в подробности. — Давай поможем друг другу.

Карташов усмехнулся и закинул ногу на ногу:

— А если я откажусь с тобой делиться?

Дарья развела руками:

— Тогда я тебя заложу.

Он резко встал и почти выплюнул ей в лицо:

— Не заложишь, потому что я на это не пойду. Ты забыла, что выбор есть