Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

не может перейти к делу? Насколько плохо то, что она собирается сказать, если требуется такое долгое предисловие?

— Один из соседей сказал, что к Джону перед его отъездом приезжала какая-то женщина. Они решили, он с кем-то познакомился или вернулся к старой подружке. Он, казалось, повеселел. Походка стала более пружинистая.

— И кто это был? — спрашиваю я.

— Они толком не видели. Сказали, что она приходила раза два-три. На ноутбуке Джона мы нашли переводы за аренду коттеджа и послали туда людей. Надеемся найти там Джона и Аву. Может быть, и Лизу.

— Но почему его вещи оказались в доме Лизы? — Я понимаю, на что она намекает, но хочу знать точно. — Вы думаете, этой женщиной была Лиза? Старая подружка? Вы думаете, у нее с Джоном были контакты? Поэтому и его ноутбук у нее оказался?

Несколько секунд мне кажется, что мои слова имеют роковой смысл. Может быть, каким-то образом возродили старую любовь; но как, если она не появлялась в социальных сетях? И тут я вспоминаю послания, отправленные Джоном Аве. Именно такие послания. Так не ведет себя человек, желающий воссоединить семью. Или она все же знала? Может быть, Джон отправлял их, а Лиза не знала? Ну, это в лучшем случае неубедительно, но я не могу представить, чтобы Лиза пошла на такое. Скрывать прошлое — да, но чтобы такое… Это безумие.

— Но это не имеет никакого смы…

Звонит телефон Брей, обрывает меня на полуслове, она вскакивает с кровати, отворачивается, чтобы ответить. Я делаю глубокий вдох, в висках у меня пульсирует. Я видела состояние Лизы, когда пропала Ава. Она была сломлена. Вся эта дребедень, что она говорила про Кейти. Она не могла знать, где находится Ава. И эти имейлы. Она не могла быть частью этого. Просто не могла. Ведь правда?

— Господи Исусе… — произносит тихим голосом Брей. — Я позвоню в пять, когда выеду. — Звонит другой телефон, и сержант с мрачным лицом и напрягшимся от избыточной энергии телом кивает коллеге, чтобы вышел и поговорил за дверью.

— Что? — спрашиваю я. — Что случилось? Боже мой, они что…

— Джон Ропер мертв. Его тело нашли в коттедже. Следов Лизы или Авы не обнаружено.

Слова ее совершенно недвусмысленны, но они отскакивают от моего усталого мозга.

— Мертв? И Авы нет? — Я словно персонаж из какого-нибудь криминального шоу для уютного домашнего просмотра. Сижу ошарашенная, повторяю слова, пока они доходят до меня.

— Я настоятельно прошу вас позвонить мне, если вам придут в голову какие-нибудь соображения относительно местонахождения Лизы или если она попытается выйти с вами на связь.

— Конечно, — отвечаю я. — Но она наверняка…

— Тело Джона Ропера, судя по всему, в состоянии крайнего разложения. Он мертв уже несколько месяцев. Может, год. Умер явно раньше того времени, когда Ава стала получать письма в «Фейсбуке».

— Его…

— Убили? — Она за меня произносит это слово. — Да, похоже, что так.

Мир не то чтобы начал вращаться, но острые края кровати и стены чуть скруглились, а краски стали ярче. Я хмурю лоб.

— Но кто же тогда отправлял послания Аве, если Джон был мертв?

Она смотрит на меня как на идиотку:

— Шарлотта и отправляла. Лиза. Называйте ее как хотите. Ноутбук нашли в ее доме. Даже еще до этого сообщения мы работали, исходя из допущения, что это она.

Мне кажется, что воздух больше не поступает в мои легкие.

— Я знаю, в это трудно поверить, но наиболее вероятный вывод состоит в том, что это все ее рук дело.

— Но зачем?

«Господи, Лиза, ну я хоть чуточку тебя знала?»

— Мы считаем, что с ней произошло что-то вроде нервного срыва. Она звонила Элисон — своему надзирающему инспектору — не меньше двух раз в неделю с параноидальными сообщениями, что за ней наблюдают. Пропажи денег на работе могут быть симптомом ее умственной нестабильности. Мы ничего толком не узнаем, пока ее не найдем. А пока не найдем, мы не можем быть уверены в безопасности Авы. Естественно, мы считаем, что Аве угрожает опасность. Вы понимаете, Мэрилин?

— Но как она смогла…

— Ава, когда она убежала, находилась в доме вдвоем с Лизой. Лиза сообщила о ее исчезновении на следующее утро, когда проснулась. За это время многое могло произойти. Лиза могла уйти первой, чтобы инсценировать встречу. Что угодно. Вы понимаете, о чем я?

Я задумчиво киваю, голова у меня тяжелая.

— Лиза опасна. — Я молчу секунду. — Черт побери! Она сошла с ума.

Брей смотрит на меня с облегчением — наконец-то ее мысль дошла до меня. Но для нее это проще. Она не знала Лизу. А я разве знала? Когда-нибудь?

— Я вам сообщу сразу же, как только она свяжется со мной. — Мои руки дрожат. «Сука, сука, сука!» Это безумие. — Если мне придет в голову еще что-нибудь, что может оказаться полезным, я позвоню.

— Спасибо. Я знаю, это нелегко.

Брей встает, торопясь покинуть меня и оказаться на месте преступления.

— Единственное, что сейчас имеет значение, — это Ава. — В горле у меня перехватывает, когда посреди всего этого эгоистичная мысль приходит мне в голову. — Еще одно, если позволите, — говорю я.

— Да?

— Мой муж. Если будете беседовать с ним, будьте осторожны. Он хотел заставить меня продать историю в газеты. Я бы ему и капли важной информации не доверила, если только вы не хотите, чтобы она пошла гулять по свету.

— Спасибо. Мы собирались поговорить с ним — вдруг Лиза рискнет появиться там, — так что ваше предупреждение полезно.

— А если будете там, — я пытаюсь говорить так, будто для меня это дело десятое, — не могли бы вы ему сказать, чтобы он держался подальше от меня и моей работы? Это бы пошло на пользу. Пока я не начну процедуру развода. Он бывает… упрямым.

Мне больше ничего не нужно добавлять. Она женщина. У нас безусловное понимание того, чтó на самом деле значат подобные слова.

— Нет проблем, — отвечает Брей и исчезает.

Я забываю о дýше и сэндвиче и прямо отправляюсь за вином. Я не хочу напиваться, но стаканчик мне определенно нужен. Руки у меня дрожат, когда я наливаю его и делаю первый глоток. Лиза… Неужели Лиза сделала все это? Я помню шестнадцатилетие Авы всего несколько недель назад, но, кажется, в другой жизни. Я спросила Лизу про отца Авы, есть ли у них какая-то связь. Но она, как всегда, заткнула мне рот. Неужели она к тому времени уже убила его?

С этим примириться уже труднее, чем с тем фактом, что моя лучшая подруга когда-то была Шарлоттой Невилл. То было прошлое. А это