Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

миллиона долларов поступили на счет брокерской фирмы, открытый на имя Альбера Додена в Банке Ротшильда в Йоханнесбурге, в Южно-Африканской Республике.

Альбер Доден, «тезка» владельца счета в банке «Монпарнас», тысяча девятьсот шестьдесят первого года рождения, бельгийский подданный. Не вызывало сомнений, что это один и тот же человек.

Добытых ими сведений было достаточно для того, чтобы задать работы следователям из ЦОЗТС и Управления по борьбе с финансовыми преступлениями Казначейства США на целый месяц. У Чапела же имелось в запасе всего несколько дней, а возможно, даже часов. Поэтому он принял решение заняться группой ваеров, которая возвышалась над морем финансовых данных, словно торчащий из воды шест. Имелись в виду пять переводов по пятьсот тысяч долларов каждый, которые Франсуа осуществил за последние полгода на номерной счет в Банке Менца в Цюрихе. Внимание Чапела привлекли три особенности, связанные с этими переводами. Во-первых, это был единственный случай, когда деньги переводились в швейцарский банк. Во-вторых, платежи осуществлялись через регулярные интервалы времени, а значит, это, скорее всего, были выплаты по некоему контракту. И наконец, настораживала сама сумма: пятьсот тысяч долларов. Именно столько Абу Саид перевел тремя днями ранее «Королевским ювелирам».

Таких совпадений не бывает.

Но когда Чапел попробовал узнать, знаком ли кто из работников банка с Клодом Франсуа, он попал в какой-то непонятный для него тупик. Никто из нынешних сотрудников банка «Дойче интернационал» никогда не имел с ним дела и даже в глаза его не видел. Счет был открыт давно, неким уже не работающим у них сотрудником. Увы, бедняга погиб в автокатастрофе, когда ехал домой после ужина, где-то на бульваре Курфюрстендамм. Хозяева, однако, были настолько любезны, что сообщили не только имя главы Банка Менца, коим оказался доктор Отто Менц, в честь которого, собственно, банк и был назван, но и его домашний номер телефона.

Чапел не замедлил им тут же воспользоваться и позвонил в Цюрих. Менц снял трубку почти сразу. Представившись и извинившись за поздний звонок, Чапел сообщил банкиру о том, что правительство США очень интересует некий счет в его банке.

— Дайте мне номер, — с раздражением ответил Менц. — И не вешайте трубку. Спрошу сейчас у коллеги, может, он что-то вспомнит.

Чапел продиктовал номер, и спустя минуту Менц перезвонил:

— Мистер Чапел, мы будем рады обсудить с вами все, что касается ваших претензий относительно данного счета.

— Рады?

Чапел не смог скрыть своего удивления. Оказывается, даже крепость под названием «швейцарский банк», может иметь брешь в своей обороне.

— Да, но дело крайне деликатное. Мы предпочли бы поговорить о нем в нашем офисе. Вы не возражаете против того, чтобы приехать в Цюрих?

— Вовсе нет.

— Хорошо. Давайте договоримся о встрече в нашем офисе на завтрашнее утро. Годится? В семь утра. Мы любим начинать работу в подходящее для этого время. И можно еще вопрос, мистер Чапел?

— Я вас слушаю.

— Почему вы обратились к нам только сейчас?

Зал ожидания первого класса в Международном аэропорту Буэнос-Айрес-Эсейса был отделан в темных тонах — синий, черный и фиолетовый. Мягкие кожаные кресла, стоящие по два и по три, манили к себе усталых путников. Приглушенный свет вносил свою лепту в общую атмосферу уединенного пристанища. Выстроившиеся в шеренгу телевизоры показывали вечернюю новостную программу. Рядом с ними находилась барная стойка, за которой предлагались лучшие сорта привезенных со всех концов мира водки, рома и шотландского виски. Тут же на низком полированном буфете были расставлены всевозможные орешки и оливки, а также тарелочки с аргентинской телятиной.

Хотя его желудок едва ли не стонал от голода, Марк Габриэль не обратил никакого внимания на соблазнительные запахи, исходящие от столь богатого буфета. Остановившись лишь для того, чтобы налить себе стакан воды, он прошел к свободному столику, где небольшая табличка предлагала услуги Интернета. Он вынул мобильный телефон и просмотрел голосовую почту. Уезжая, он попросил Жоржа оставить кодовое сообщение, подтверждающее, что Адам Чапел мертв. Всего четыре слова — «Я люблю тебя, папа» — должны были закрепить союз между отцом и сыном и обеспечить успех «Хиджры». Сегодня он уже несколько раз проверял, не пришло ли сообщение, но напрасно — его почтовый ящик оставался пуст. Вот и теперь механический голос оператора проинформировал, что сообщений не имеется.

Расстегнув небольшую дорожную сумку, Габриэль вынул ноутбук фирмы «Эппл» и поставил его на столик. Менее чем через шесть секунд он уже был в Сети. Просмотрев последние новости, он не нашел ничего, что смогло бы снять его беспокойство. Никаких сообщений о том, что в ходе второго теракта в Париже погиб сотрудник Казначейства США, не было. Он просмотрел ленты новостей «Ассошиэйтед пресс», «Монд» и «Фигаро». Ничего. В Буэнос-Айресе было шесть часов дня. Одиннадцать дома. Габриэль позвонил жене.

— Ушел, — ответила Амина.

— К девушке?

— Не знаю. Его нет весь день. Когда выходил, выглядел очень импозантно. Когда ты вернешься? Может, приготовить тебе что-ни…

Габриэль прервал разговор. Не ее ума это дело, когда он вернется! Снова переключив внимание на ноутбук, он ввел адрес своего личного сервера и вошел в веб-портфель, чтобы произвести, исходя из текущего уровня рыночной стоимости, обычную ежедневную переоценку акций, которые он зашортил тремя днями ранее. Теперешний индекс Доу-Джонса снизился по сравнению со вчерашним на три процента, а лондонский фондовый индекс, рассчитываемый агентством «Файнэншл таймс», упал на три с половиной. День для мировых рынков сегодня выдался плохой. Затяжная рецессия, политическая нестабильность на Ближнем Востоке, рост цен на нефть, продолжающаяся эпидемия в Азии — в общем, неважное время для игры на повышение. За прошедшие несколько дней его акции в среднем потеряли пять процентов стоимости, что принесло Габриэлю лишние сорок миллионов долларов. Так называемый нереализованный доход. Недурной барыш, но совсем не то, что требуется для успеха «Хиджры». Применив программу финансового моделирования, он получил сценарии, предсказывающие доходы от спекуляций с его акциями в результате двадцати- или даже сорокапроцентного обвала цен на основных мировых финансовых рынках. Наиболее благоприятный сценарий обещал ему прибыль в размере четырехсот миллионов долларов. Наименее благоприятный вариант развития событий оставлял ему лишь около двухсот сорока миллионов. Этого хотя и в обрез, но все-таки вполне хватало для достижения его целей. Куда и на что пойдут эти суммы, было заранее четко расписано. Ваеры уже заготовлены, и банковские переводы можно осуществить одним нажатием клавиши. Один миллион предназначался Банку Эр-Рияда. Шестьдесят миллионов — банку «Эмиратс интернэшнл». Пятьдесят пять миллионов — Иорданскому коммерческому. Каждая сумма затем должна была быть раздроблена и направлена для покрытия самых неотложных расходов.

То