Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

оправдывать ожидания отца. Делать, как он сказал. Быть таким, каким он хотел вас видеть.

— Хватит! — выкрикнул Чапел с такой силой, что боль огнем обдала плечо.

— Так скажите мне!

— Сказать что? Что он был неудачником? Что вечно жаловался? Что злился на весь белый свет? Что, по его мнению, все против него ополчились? Вы это хотите услышать? Вы хотите услышать, что я жил, пытаясь соответствовать его ожиданиям? Чего спрашивать! У вас и так уже есть на все ответы. — Чапел горько усмехнулся. Он терпеть не мог обсуждать свое прошлое, свою семью и вообще ненавидел плакаться в жилетку. Прошлое — мишура. Жизнь здесь и сейчас, а не где-то когда-то. — Ну, теперь-то всё?

Вздохнув, Сара покачала головой и внимательно посмотрела на него:

— Затем наступило одиннадцатое сентября, и это вас спасло. Ваши метания закончились. Вот оно, дело жизни. Смысл существования. Вы нашли свой Грааль. Вас тут же подобрало Казначейство. Не так уж много специалистов с вашим опытом и вашими мозгами. И вот вы занимаетесь тем, чем хотели. Вам так это виделось? Или вы просто искали замену — кого-то, кто вновь потребует от вас невозможного?

— Боюсь, это не ваше дело, — произнес Чапел, обретая спокойствие.

— Позволю себе не согласиться, — ответила Сара. — Вполне вероятно, что однажды наступит день, когда мне придется на вас рассчитывать. Поэтому замечу, что все ваше прошлое — это очень даже мое дело. Если вы слабак с неустойчивой психикой, я хочу узнать об этом сейчас, а не когда будет поздно. Проснитесь же! Вы больше не живете в реальном мире. Теперь вы в мире, который для других не существует. Никто из нас не является здесь тем, за кого себя выдает. Если хотите знать, Жиль Боннар один из наших, из МИ-шесть. Удивлены? Сейчас вы шпион, нечто вроде привидения, нравится вам это или нет. Вы в нашем мире.

Ее слова разносились гулко, словно ему зачитывали обвинительный приговор.

— Вы закончили?

— Не совсем. — С этими словами она подошла к нему и опустилась перед ним на колени. — И вот после всего этого я должна сказать, что до сегодняшнего вечера не знала о вас ничего. Ни кто вы были. Ни что заставило вас уйти с прежней работы. Мне казалось, что все эти разговоры о долге и родине во многом всего лишь бравада, обычное пускание пыли в глаза. Размахивание флагом. Я ошибалась, Адам. И я это поняла. Ошибалась, посчитав вас одним из ребят Гленденнинга. И ошибалась, наверное, решив, что мы с вами похожи. — Она ласково провела пальцем по его щеке. — Посмотрите на себя. Уставший до изнеможения, обожженный, потерявший троих лучших товарищей. И все равно в строю, вкалываете в две смены, а могли бы еще три недели отсыпаться в больнице, получать свои обезболивающие. Выходите из игры, пока можно. Это настоящее дело. Вы не созданы для этого.

Он поймал ее взгляд:

— То же самое мне сказал Кармине Сантини. Вы оба не правы.

Ее руки соскользнули на его грудь и начали нежно растирать ее.

— Как плечо?

— Болит убийственно, — признался он.

Она целовала его в шею, в подбородок, в щеки.

— Что же нам с вами делать?

Ее губы коснулись его губ. Он ответил на их прикосновение и почувствовал их вкус. Происходило ли все это на самом деле? Нравится ли он ей? Хочет ли она его? Или это всего лишь один из ее приемов и сейчас он у нее в руках как пешка, участвующая в какой-то более крупной игре? Вопросы растворились в потоке удовольствия. Он провел пальцами по ее щеке. При его прикосновении она закрыла глаза, поднесла его пальцы ко рту и поцеловала. Он задрожал, тело его расслабилось. Так хорошо. Знала ли она, что у него уже год не было женщины? Конечно знала. Она знала о нем все, так почему бы ей не знать и об этом?

Он был в смятении, он досадовал на себя, неизвестно, чего в нем было больше, только Чапел оттолкнул Сару и встал. Она не соблазняла, она уничтожала его.

— Вам лучше уйти, — произнес он.

Сара пристально смотрела на него снизу вверх. Протянув руку, она провела рукой вверх по его ноге.

У него кружилась голова, он терял сопротивление.

— Сара, нет.

— Адам, я же вижу по вашим глазам, чего вам не хватает.

— Может быть, — ответил он. — Но я сам выберу, кто мне нужен.

Она поднялась на ноги и снова поцеловала его в губы.

— Мы нужны друг другу.

Он решительно отстранил ее руки и отступил на шаг.

— Уходите, — произнес он, открывая дверь в коридор.

— Не лезьте вы в эту кашу, вы не продержитесь и минуты, — почти шепотом сказала она.

— Почему?

— Вы слишком честный. Неужели вы сами не понимаете? Вы последний порядочный человек.

Не оглядываясь, Сара пошла по коридору.

24

В просторной гостиной в доме номер шесть на рю де ля Виктуар владелец «Королевских ювелиров» Рафи Бубилас вместе с лучшими друзьями отмечал свое освобождение из застенков Казарм Мортье. Они пили шампанское, закусывали канапе и сердечно похлопывали его по спине. В свете изумительной хрустальной люстры, на фоне высоких, от пола до потолка, окон, собравшиеся выглядели как актеры на сцене. Пригнувшись за стеной, окружающей сад, Леклерк видел особняк восемнадцатого века словно на ладони.

Двери на террасу открылись, в сад вышли мужчина и женщина, вслед им доносились стремительные ритмы бразильской самбы. Чиркнула спичка, и от сигареты поплыл в ночь горьковато-сладкий запах марихуаны.

Подождав, пока парочка уйдет, Леклерк щелкнул пальцами. Тут же на землю рядом с ним упал одетый во все черное человек, затем — другой. Агентов звали Гийо и Шмид.

— Их шестеро, — сказал Леклерк. — Вместе с адвокатшей. И пора бы уже им расходиться.

Достав сотовый телефон, Гийо набрал домашний номер Бубиласа. Молодая женщина прошла через гостиную и сняла трубку.

— Мадам, вас беспокоят из полиции. От ваших соседей к нам поступила жалоба на шум. И уже не в первый раз. Наверное, пора закончить вечеринку. Или предпочитаете, чтобы к вам выслали наряд полиции?

На вежливый вопрос женщина ответила не очень учтиво, но послушно передала сообщение Бубиласу, живо описав, как она отшила этих легавых. Даже с расстояния двадцати метров было ясно, что Бубилас не оценил ее чувство юмора. Отставив бокал, он подошел к своей адвокатше и что-то шепнул ей на ухо. Через несколько минут гости начали расходиться. Когда колокола собора Сен-Мишель звонили полночь, адвокатша, надев берет, чмокнула Бубиласа в