Читать книгу - "Браслет княгини Гагариной - Ольга Баскова"

погрозила сестре тоненьким пальчиком с розовым ноготком. — Вот тогда я и призналась, что у меня есть жених, господин Бестужев-Рюмин.

— Который, в отличие от Иосифа, очень нравится папе, — грустно заметила Мария. — Так вот почему он так и не сделал тебе предложение… Простая ревность… Хотя в обществе шептались, что между вами пробежала кошка. Я думала, ты страдаешь по этому поводу и поэтому перестала появляться на балах вместе со мной.

Катенька забарабанила кулачками по перине:

— Хочешь знать, в чем дело? Дело в его мамаше, чопорной помещице, посчитавшей, что ее сын еще молод для женитьбы, — с неудовольствием ответила она и крепко прижалась к сестре. — Маша, я открою тебе одну тайну. Поклянись, что не скажешь папеньке.

Мария приложила руки к груди.

— Клянусь, он ничего не узнает.

— Когда родители запретили Мишелю жениться, он предложил мне сбежать, — Катя оборвала фразу и посмотрела на сестру, силясь прочесть ее реакцию на эти слова.

Старшая покраснела, вспомнив Иосифа:

— И ты отказала?

Екатерина усмехнулась:

— Вот еще! Я согласилась, дорогая моя.

Катя затаила дыхание:

— И когда… это состоится?

Маша всплеснула руками:

— Да не перебивай меня! Я-то согласилась и с нетерпением ждала этого дня, а вот Мишель… Мишель испугался и передумал. С тех пор у меня с ним все кончено, правда, он пока этого не знает. Ну ничего. На днях я обязательно ему об этом скажу.

Старшая сестра сжала ее маленькую ладошку обеими руками:

— Катя, ты поступаешь опрометчиво.

Девушка расхохоталась:

— Это я‐то? А тебе не кажется, дорогая сестричка, что своей нерешительностью он меня компрометирует? Сколько Мишель ездит ко мне как жених? Довольно давно. Думаешь, никто из нашего общества не задается вопросом, почему мы еще не обвенчаны?

Машенька с чувством обняла сестру:

— Милая моя, да выходи за кого хочешь. Я лишь хочу, чтобы ты была счастлива.

— Буду, ой как буду, — Катя прыснула в кулачок. — Однако твой Иосиф задержался в кабинете папеньки. Может быть, все разрешится благополучно?

Мария подошла к окну и прижалась к стеклу пылающей щекой:

— Я прошу об этом Бога. — Она повернулась к сестре, собираясь сказать, что готова ради любимого на все, но не успела: в комнату вбежала испуганная горничная.

— Мария Андреевна, вас требует к себе господин генерал, — прошептала она и добавила: — Злой — страсть. Похоже, гость шибко разозлил его.

Машенька бросила взгляд на Екатерину и быстро спустилась по лестнице. Ее бедное сердечко билось так, словно хотело выскочить из груди. Она чувствовала, что отец не скажет ей ничего хорошего и разрушит надежду на свадьбу.

Генерал Бороздин мерил шагами кабинет. Он еле сдерживал ярость, и Маша, всегда побаивавшаяся отца, встала у двери, готовая покинуть комнату в любой момент.

— А, явилась! — Андрей Михайлович вытаращил глаза и замахал на дочь руками. — Как ты посмела снова пригласить его в мой дом?!

— Я надеялась на ваше снисхождение, — прошептала девушка. Отец стукнул кулаком по столу, смахнув бронзовую статуэтку.

— Она надеялась… Честное слово, я думал, у тебя больше благоразумия. Поистине любовь зла. — Он вздохнул. — Повторяю тебе последний раз: ты никогда не выйдешь замуж за господина Поджио. У них с братом на двоих восемьдесят тысяч долга, а ему нужно кормить троих детей и престарелую мать. Если ты станешь его женой, будешь работать в имении как проклятая — и все равно мои внуки родятся нищими. Я не желаю для них подобной участи, ты слышала? Господин Поджио покинул мой дом, чтобы никогда сюда больше не возвращаться. Надеюсь, он все понял. Я никогда — слышишь? — никогда не допущу вашей свадьбы.

Мария молчала. Про себя она решила не перечить отцу. Да и, в конце концов, какая разница, что он говорит? Для нее давно было все решено. Ее молчание смутило Андрея Михайловича.

— Ты все поняла, Маша?

Девушка наклонила голову. Генерала удивила ее покорность, но он все списал на уважение к семье.

— То‐то, дорогая. Надеюсь, мы к этому разговору больше не вернемся.

Мария вышла из кабинета отца с неестественно прямой спиной. Катя ждала ее у лестницы.

— Ну что, сестренка?

Маша всхлипнула:

— Он… Он никогда не даст согласия на наш брак.

Екатерина прищурилась. Забавная гримаска очень шла ее подвижному лицу.

— Может, одумается?

— Нет, ни за что на свете.

Катя взяла ее под руку.

— Что ты собираешься делать?

— Для начала поговорить с Иосифом. — Она вдруг заторопилась. — Он наверняка ждет меня в парке.

Сестра подтолкнула ее к выходу:

— Иди, скажи ему, что любишь.

Маша, стараясь увернуться от понимающих взглядов служанок, выскользнула на улицу. На море, на кипарисы спускались сумерки, зажигались первые звезды. Они казались таинственными и холодными и навевали мысли о других мирах, где все гораздо проще, чем на земле. Иосиф ждал ее на мысе Плака, задумчиво смотря на синюю гладь. Увидев девушку, он распахнул объятья, и она прижалась к его груди.

— Вы предлагали обвенчаться тайно, — выдохнула девушка. — Что же, я согласна.

Он посмотрел ей в глаза. В сгущающихся сумерках они казались темными озерами.

— Но ваши родители…

Она закрыла ему рот своими прохладными пальчиками:

— Я люблю вас и никогда от вас не откажусь.

Иосиф наклонился и коснулся губами ее щеки.

— Я обещал вашему дяде съездить с ним в Тульчин, — проговорил он. — Но после приезда я снова навещу вас и увезу в Одессу. В этом городе хорошо знают мою семью, и мы сможем спокойно обвенчаться, а потом отправиться в мое имение. Я рассказал обо всем матушке, и она уже любит вас, как родную дочь.

Она опустила ресницы:

— А ваши дети?

— Они рады, что у них появится мать.

Мария улыбнулась, стараясь справиться с волнением:

— Тогда все решено. Я жду от вас вестей.

Итальянец встал на колени и пылко поцеловал ее руку.

— Я буду лучшим мужем на свете, обещаю. А теперь идите в дом. Вас могут хватиться, станут следить, и тогда…

Девушка кивнула:

— Да, вы правы. Я не прощаюсь с вами, Иосиф. Вы всегда в моем сердце.

Легкая, грациозная, она побежала по дорожке к дому, а он с тоской смотрел ей вслед.

Глава 14. Приморск, наши дни

Юрий с интересом разглядывал эскиз, предложенный Виталием.

— Слушай, да это шедевр! — воскликнул он, хлопнув в ладоши. — Как только закончим с браслетом, приступим к колье. Знаешь, сколько богатых бездельников бродит в нашем городке? Не знаешь? Думаю, полмиллиона, не меньше. С десяток из них захотят купить эту драгоценность, и мы не станем мелочиться. Уж я сумею продать им за хорошую цену.

Ювелир