Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 1 - Карстен Дюсс"

живет в районе Р., снимала квартиру в Минато. Значит, у нее было родство с внутренним кругом. Среди чужаков она стояла к нему ближе всех.

— А как у тебя получается так учиться?

— Ну… — протянула Мицуру, нахмурив брови с таким видом, будто ей загадали сложную загадку. — Сначала просто не хотелось быть хуже других. Но постепенно я стала получать удовольствие от учебы. Наверное, потому, что других развлечений не было. Гоняться за модницами я не хочу, парнями не интересуюсь. По клубам не хожу. Да и врачом я не особо стремлюсь стать. Просто слышала, что на медицинский факультет идут самые толковые. Может, там смогу удовлетворить то, что во мне сидит.

Мицуру разоткровенничалась. Меня увлек ее рассказ, я хотела услышать продолжение, узнать о Мицуру все. Потому что таких откровенных, как она, я еще не встречала.

— Ты о чем это?

Мицуру вздрогнула и пристально посмотрела на меня ясными, черными, как угольки, глазами. Она мне напоминала беззащитного зверька, который таращится глазками-бусинками.

— Мне кажется, там у меня что-то такое… вроде дьявола, злой воли.

Злая воля… Она росла и во мне, набирала силу. А все из-за Юрико. Я могла бы жить тихо-спокойно, даже не подозревая о таких чувствах. Но я росла рядом с Юрико, и вместе со мной выросла эта воля. Ну про меня, допустим, все ясно. А откуда в Мицуру она взялась? Вот что интересно. Этого я понять не могла.

— Ты что имеешь в виду — у тебя мысли плохие в голове или ты просто не хочешь никому уступать?

Мой вопрос поставил ее в тупик.

— Не знаю даже. — Она сконфуженно подняла голову и посмотрела на небо.

— У тебя такая сила воли…

— Думаешь?

Смутившись, Мицуру покраснела. Я решила облегчить разговор, сменив тему.

— Твой отец сарариман? То есть ты из внешнего круга, да?

— Ага, — кивнула Мицуру. — Он работал в риелторской фирме по сдаче жилья.

— Денег небось полно?

— Отец занимался рыбным промыслом и получил большую компенсацию, когда это дело у нас прикрыли. Тогда и переключился на новое. А когда-то был главным в рыболовецком кооперативе. Но он умер, когда я была еще маленькой.

Хотя семья Мицуру относилась к морским обитателям, сама она выбралась на сушу. Стала как двоякодышащая рыба, которая может жить на воздухе. Мицуру непроизвольно возникла у меня в голове — ее матово-белое маленькое тело, ползущее, извиваясь, через вязкую, илистую топь. Мне вдруг захотелось подружиться с ней, и я решила пригласить ее в гости.

— Заходи ко мне как-нибудь.

— Обязательно приду. — Мицуру приняла приглашение с радостью. — В воскресенье можно? После школы я каждый день хожу на курсы, готовлюсь на медицинский. Я тебе секрет открою: мне хочется поступить в Тодай.[297]

Вот это да! Выбравшись на сушу, она теперь намерена покорить гору! Мне захотелось получше изучить Мицуру. Она была аномалией, возникшей в этой школе. Созданием, наделенным совестью и необыкновенной добротой. И все благодаря сидевшему в ней злому духу, который был больше человека. Злой дух воспитал в Мицуру совесть и доброту. В школе нужно было приспосабливаться, и эти ее качества развились вовсю, хотя здесь они были ни к чему.

— И поступишь.

— Не знаю.

Чтобы получить право учиться на медицинском факультете университета Q., нужно окончить учебный год в школе в четверке лучших учеников. Мицуру могла бы поступить без проблем, ей просто надо было не снижать набранного темпа. Однако она собиралась бросить отлаженную систему Q. во имя Тодая.

— Но даже если я поступлю в Тодай… — заговорила Мицуру, и в этот момент одна из девчонок, игравших на корте, окликнула ее:

— Эй, Мицуру! Не хочешь поиграть? А то я устала.

Проявила заботу, хотя Мицуру играть совершенно не хотела. Мицуру признавали и каста, и те, кто пытался под них подстроиться, и девчонки из внешнего круга. И причина была не в том, что она училась лучше всех, а скорее в ее застенчивости. Мицуру всегда всего стеснялась. Стеснялась, что учится лучше всех, стеснялась своей доброты, стеснялась отвечать на уроках. Это сразу было видно. Откуда это в ней? Сейчас я думаю, не чувствовала ли она, что в ее душе больше места принадлежит злому духу, а не человеку? Мицуру, интересная и обаятельная, привлекла меня с первой нашей встречи.

— Иди! Смотри, какие люди зовут. — Я не хотела уколоть Мицуру, но нечаянно получилось резко. Она грустно посмотрела на меня, но этот взгляд прошел как бы мимо. В тот момент я думала о другом: что скажет дед, если Мицуру действительно заявится к нам в гости? Что она изящная и воспитанная?

Я проводила взглядом ее маленькую ладную фигурку с высоко посаженной попкой. Ракетка в руках казалась очень тяжелой. Она перекинулась парой слов с подругой. Руки и ноги у Мицуру сверкали ослепительной белизной, будто никогда не видали солнечного света. Поданный ею мяч угодил точно в линию на другой стороне корта, перелетел обратно, отбитый соперницей, и с сухим приятным звоном снова перескочил через сетку. Здорово получалось у Мицуру — во всяком случае, по сравнению со мной и другими девчонками. Она ловко и быстро перемещалась по корту. Но я понимала: игра кончится и ей станет неловко за то, что слишком увлеклась игрой и показала класс. Мицуру — выращенное создание, но это не бонсай, не образец садового искусства, ценимый за красоту. Интересно, подумала я, как бы описал ее дед.

Меня вдруг осенило: белка! Смышленая белка. Скачет по деревьям, ищет орехи и прячет про запас. Мицуру — белка, а я — совершенно другое. Дерево. Не цветущее, а из класса голосеменных, что-то вроде сосны или кедра. В его ветвях не порхают птицы, не жужжат насекомые, опыляя цветы. Просто одинокое дерево, живущее само по себе. Я старое толстое дерево, которое полагается на ветер. Что он дунет и разнесет по свету мою пыльцу. Аналогия мне понравилась, и я улыбнулась.

— С чего такое веселье? — услышала я за спиной резкий голос. То была Кадзуэ.

Она стояла возле фонтанчика с питьевой водой и смотрела на меня. Не иначе уже давно наблюдает за мной, подумала я с легким раздражением. Кадзуэ напоминала засохшее дерево и не нравилась мне с самых первых дней в школе Q.

— Ты здесь ни при чем. Просто смешной случай вспомнила.

На лбу Кадзуэ выступил пот.

— Вы болтали здесь с этой Мицуру, косились на меня и смеялись, — мрачно заявила она.

— Ну не над тобой же!

— Ладно. Не хватало еще, чтобы ты насмехалась надо мной! — бросила Кадзуэ с