Читать книгу - "Современный детектив. Большая антология. Книга 12 - Андреас Грубер"

скорее, поспешно заковыляла обратно по коридору. Остановилась на пороге спальни и стала ждать следующего сигнала с замирающим сердцем. Хоть бы автоответчик не включился, хоть бы я успела!

Телефон продолжал звонить, и теперь сигнал легко было различить. Он раздавался из комнаты, откуда-то с кровати — с той ее части, где обычно спал Алекс. Я с силой сдернула одеяло, которое он так старательно расстелил, и посмотрела на кровать. Телефон лежал в центре белоснежной, туго натянутой простыни. Почему-то он оказался на половине Алекса.

Я не могла понять, как он туда попал, но у меня не было времени об этом даже думать. Телефон светился и вибрировал, снова прозвучал звуковой сигнал. Потными руками я неловко подняла его и увидела номер на экране. Номер, который был слишком хорошо знаком. Только не сейчас! Не знаю, почему я ответила на звонок. Знаю только, что, нажав на кнопку, я зажмурила глаза.

4

Мама тяжело дышала в трубку; у меня подвело желудок, застарелая гнетущая тревога, идущая из детства, охватила меня. Что-то случилось? Но все прошло за одно мгновение. Катастрофа уже разразилась, она лежала далеко позади нас. Мамино тяжелое дыхание могло означать все что угодно. Возможно, она только что вернулась с вечерней прогулки. Правда, я не знала, любит ли она по-прежнему гулять. И мне было все равно. Я думала об Алексе. Возможно, как раз в этот момент он собирается оставить мне голосовое сообщение — он ведь не смог бы дозвониться сейчас.

— Мама, мне нужно…

Но она как будто не слышала. Беззаботно болтала, рассказывала, как сильно устала. Ей пришлось пережить несколько тяжелых дней на работе: одному коллеге угрожал клиент.

— Знаешь, как обычно в таких случаях: «Я знаю, где ты живешь и в какую школу ходят твои дети». А в последний раз он еще и стол опрокинул!

Мне хотелось закричать, что я теперь взрослая и у меня достаточно своих проблем, что в моей жизни происходят вещи гораздо страшнее тех, о которых она рассказывает. Но я, конечно, этого не сделала.

Мама слегка замялась, но потом снова принялась болтать, перескочив на другой предмет: прекрасную августовскую погоду. Во мне поднялась тошнота. Зачем она это делает? Зачем упрямо притворяется, что мы с ней обычные мать и дочь, как любые другие? Как будто для нас возможно цепляться друг за друга после всех этих лет, как будто мы можем протянуть друг другу руки над пропастью, которая разделяет нас, как будто мы снова можем быть вместе. После того, что случилось. После исчезновения отца.

Я откинулась на кровать, схватилась свободной рукой за голову. Мама замолчала, и я догадалась, что она что-то спросила. Я откашлялась и попросила повторить вопрос.

— Ты одна?

Этот вопрос всколыхнул во мне океан противоречивых чувств. Сейчас он был совсем не к месту, он принадлежал тем временам, когда в моей жизни еще не было Алекса. Каждый вечер я возвращалась домой в пустую квартиру, садилась за кухонный стол в полной тишине, в компании одной лишь свечи. Как я тосковала по близости и теплу! И одновременно как боялась впустить кого-нибудь за надежные стены, которые укрывали меня от посторонних! «Ты одна?»

Слезы снова обожгли глаза, и я затрясла головой в попытке загнать их обратно. Обычно я не была такой чувствительной, вовсе нет. Но я была сама не своя с тех самых пор, как вышла из поликлиники пару недель назад. А после того, что случилось вчера вечером, как могло хоть что-нибудь оставаться прежним? Внутренним зрением я увидела Морок, колдовской и неподвижный. И в самом его центре — крутой склон и черные кроны деревьев, четко прорисованные на фоне неба. Алекс. Смилла.

— Да, одна.

Мама вздохнула. «Грета, ты — сплошное разочарование». Она этого не сказала, но я догадывалась, что она думает именно так. Я проглотила ком, стоящий в горле, и выпрямилась.

— Мама, у меня нет времени… Мне правда надо…

— У тебя какой-то странный голос. Что-то случилось?

Если я объясню, в чем дело, если все ей расскажу, что тогда случится? Она сразу сядет в машину, примчится сюда и заключит меня в объятия? Возьмет все на себя, будет командовать — точно так, как делала все мое детство? Усадит меня на стул и будет наставлять, как необходимо поступать в этой ситуации. Что нужно делать, что я должна говорить, думать и чувствовать. Скорее всего, так и будет.

— У тебя там так тихо, — продолжала мама, и теперь в ее голосе послышалась тревога. — Где ты сейчас?

Я сделала глубокий вдох и закончила разговор. Когда телефон снова зазвонил и на экране появился тот же номер, я отключила звук.

5

На нетвердых ногах я вышла из спальни и направилась обратно в глубь дома. Не то чтобы обычно наши с мамой разговоры проходили мирно, но в этот раз меня задело больше, чем всегда. Тривиальность в каждом слове, банальные фразы… все вместе так резко контрастировало с сумбурным, кошмарным состоянием, в котором я находилась.

Я остановилась между гостиной и кухней и почувствовала, что телефон завибрировал в третий раз. Скоро она все-таки должна будет сдаться. Лежащий на диване Тирит поднял голову и требовательно взглянул на меня.

— Нужно, нужно, — бормотала я.

Я не имела ни малейшего понятия, что это значит. Что-то нужно сделать, но что? Разговор с мамой вывел меня из равновесия, мне было необходимо вернуться назад, начать заново. Ведь еще совсем недавно у меня был какой-то план? Сначала найти телефон, а потом… что потом? Что мне сейчас нужно было сделать?

Я посмотрела на пластмассовый предмет, который держала в руке. Все время, пока я его искала, он лежал в кровати Алекса. Засунутый вглубь, накрытый одеялом. Прямо как будто кто-то намеренно положил его туда. Спрятал. Нет! Я поспешно покачала головой, отбросила смутное подозрение, которое начало приобретать форму. Неважно, как мобильный телефон там оказался, единственное, что имеет сейчас значение — я наконец-то могу связаться с окружающим миром, позвонить Алексу. Да, разумеется. Вот что мне необходимо сделать.

Дрожащими пальцами я набрала номер и стала ждать. Звук голоса сдавил мне горло. Несколько мгновений я думала, что Алекс действительно взял трубку, что все уже позади. Но затем поняла, что у него работает автоответчик. Отключила звонок и позвонила снова. Снова выслушала бодрые слова, произнесенные его профессиональным голосом. Я пыталась дозвониться четыре или пять раз. В ответ все время звучал тот же самый текст. Когда сигнал указывал,