Читать книгу - "Под грифом "Любой ценой" - Альберт Байкалов"

По приезду в Адлер они отправили конструктора по больницам и моргам, заранее зная от смежников, что он там никого не найдет, сами же решили сначала обратиться в отдел полиции железнодорожного вокзала. На юге России вопросам безопасности на транспорте традиционно отводится серьезное внимание. Здесь впервые были опробованы устройства распознавания разыскиваемых лиц в пассажирском потоке, а видеокамеры контролировали практически все места скопления людей.

– Вот он! – Дрон привстал со стула и показал пальцем на шедшего в толпе Тихонова.

– Значит, рядом справа Вика, – облегченно вздохнул Антон. – Быстро нашли.

– Распечатываем? – Сидевший за столом лейтенант полиции положил руку на компьютерную мышку.

– Да, конечно, – кивнул Антон.

– Бедный профессор, – цокнул языком Дрон, когда они вышли на привокзальную площадь.

– Почему бедный? – Антон надел солнцезащитные очки.

– Представь, с его настроением сейчас на «жмуриков» любоваться… Что, кстати, тебе смежники сказали?

– У них пока нет никаких результатов, – покачал головой Антон, подходя к машине. – Они тоже имеют снимок и фамилию по билету. Прошло четверо суток, а она никак не дала о себе знать ни в Сухуме, ни в Адлере. Предполагают, что его провожатая после всего случившегося вернулась в Москву. Что ей здесь делать?

– А вещи? – не унимался Дрон.

– Ну, и что? – удивился Антон. – Паспорта среди них не оказалось, деньги она тоже с собой, по всей видимости, взяла.

– Ты думаешь, ее целью было просто проконтролировать Тихонова в пути? – Дрон открыл дверцу.

– Судя по всему, она собиралась отдыхать. – Антон уселся за руль. – Но поняв, что конструктор теперь ее на пушечный выстрел к себе не подпустит, вернулась.

– А я бы все же поискал. – Дрон пристегнул ремень.

– Зачем мы, по-твоему, взяли ее фото? – улыбнулся Антон.

Тихонов подробно описал маршрут, по которому они шли. Правда, он скрыл, что ударил девушку; сказал лишь, что они разошлись у хозяйственного двора магазина. Но это им не особо было и нужно, из его разговора с Гызмалом они хорошо представляли, что произошло на самом деле. Вскоре Антон с Дроном были на месте. Оставив машину у гаражей и осмотрев место, куда, по словам Тихонова, он затащил девушку, они решили разделиться. Дрон отправился по близлежащим домам, в надежде что-то узнать у вездесущих старушек. Антон решил поговорить с работающими в магазине подсобными рабочими. Однако пообщаться с ними в полной мере он не успел. Не прошло и полчаса, как позвонил Дрон и сообщил, что напал на след.

Они встретились во дворе. Дрон сидел на ограждении песочницы. За его спиной копошился какой-то карапуз.

– Ну чего? – Антон оглядел двор высотки.

– Считай, повезло. – Дрон показал взглядом на молодую маму с коляской. – Говорит, что видела эту девушку в обществе своего соседа Толика Разумовского. Больше всего ее насторожило, что эта Вика пришла к нему домой в перепачканных грязью шортах и майке, а вышла в джинсах и кофточке.

– Она не могла ошибиться?

– Да ты что? – выпучился Дрон. – Все сходится. И район как раз этот.

– Ты не узнавал, чем Толик занимается? – Видя, что женщина подошла ближе, Антон заговорил тише.

– Ничем. – Дрон сплюнул. – Говорит, от армии бегает. Постоянно к нему полиция и военком наведываются.

– Странно, – пробормотал Антон.

– Чего?

– Обычно люди неохотно кого-то опознают, – разглядывая хрупкую женщину в простом платье, заметил Антон.

– Она говорит, что он весь подъезд достал, всем деньги должен. Ее брату тоже…

– Все равно не повод.

– Тебе какая разница? – фыркнул Дрон.

– Ты чего это ершишься? – нахмурился Антон.

– Извини, – вздохнул Дрон.

– Понимаешь, если этот Толик сделал нашей Вике что-то плохое, то сразу не расколется, – стал объяснять Антон. – Его придется пытать. Естественно, после всего он может начать выяснять, кто его сдал. Ты хочешь, чтобы эта девушка пострадала?

– Она сказала, что видела с балкона, – буркнул Дрон. – Он не заметил ее.

– Тогда другой разговор, – повеселел Антон. – Имя известно, номер квартиры – тоже, теперь пойдем выяснять, кто сейчас дома.

– Обижаешь, начальник, – шутливо надулся Дрон. – Я уже поинтересовался. Дома он. Один. Вообще, живет с сестрой и матерью, но они сейчас на работе, а он, так сказать, «в творческом отпуске». Говорят, со среды не просыхает.

– Со среды, говоришь? – переспросил Антон. – Вот это уже интересно.

– Хочешь сказать, что запой имеет отношение к исчезновению Вики? – догадался Дрон.

– Думаю, да, – подтвердил его предположение Антон. – Ведь она во вторник отстала от поезда.

– Согласен, – кивнул Дрон, – во вторник. Только все равно связи не вижу. Или ты думаешь, что он ее на органы продал?

– Пошевели мозгами, Вася, у нее с собой деньги были!

– Черт! – Дрон стукнул кулаком по лбу и поднялся. – Пойдем?

– Если он сделал что-то нехорошее, то просто так не впустит.

– Что предлагаешь? – Дрон посмотрел вверх. – Шестой этаж.

– Пошли. – Антон направился к выезду со двора.

Стоя по щиколотку в ледяной воде, Джин осторожно выглянул из-за густо разросшихся кустов.

– Ну, что? – раздался сзади голос Абесалома.

– Никого, – ответил Джин и, осторожно ступая, направился вдоль берега.

Вторые сутки шли тактические занятия. По замыслу руководства, группа Абесалома должна была добраться до курорта Лебарде, похитить там «объект» и вывести его к селу Мухури. Время поджимало. И не потому, что они медленно шли, – напротив, все выкладывались как в боевой обстановке. Просто сразу после захвата стали отходить в сторону, противоположную условной границе, в направлении которой противник должен был сосредоточить розыски диверсионной группы. Абесалом запомнил рекомендации Джина, которые тот сделал в военном санатории Сухуми.

Диверсанты действовали слаженно и сноровисто. Здесь, в Грузии, на занятиях, бойцы не позволяли себе таких вольностей, как в Абхазии. Они не пререкались, не обсуждали приказы. Оно и понятно, там командир в какой-то мере заложник, им ничего не стоит при неблагоприятном развитии событий попросту ликвидировать его. Попробуй потом докажи, что он погиб не от пули российского пограничника или милиционера. А можно и вовсе не возвращаться. Здесь же все наоборот: одного его слова достаточно, чтобы человек надолго отправился в тюрьму – ведь почти все так называемые «спецназовцы» имели разные сроки. Таким образом, государство в лице военной разведки, по-видимому, считало, что убивает двух зайцев: решает проблемы секретности и дисциплины.