— Опять вы.Кивнула. Глупо отрицать, когда я на нем фактически лежу.— Удобно? — это уже была ехидная ирония.— Не очень, — не стала я вновь врать. И созналась: — Вы твердый.Взгляд ледяного стал еще более насмешливым. А я задумчиво продолжила:— Надо, наверное, с собой подушечку носить… А то так отобью себе что-нибудь…Ехидная улыбочка после моих слов...

— Опять вы.Кивнула. Глупо отрицать, когда я на нем фактически лежу.— Удобно? — это уже была ехидная ирония.— Не очень, — не стала я вновь врать. И созналась: — Вы твердый.Взгляд ледяного стал еще более насмешливым. А я задумчиво продолжила:— Надо, наверное, с собой подушечку носить… А то так отобью себе что-нибудь…Ехидная улыбочка после моих слов...

— Правильно, бойся меня, мышка, — продолжал приближаться ко мне граф Фаргос.Он ведь не будет сейчас мстить за нашу несостоявшуюся свадьбу? Сам виноват! Не надо было меня силком тащить в тот храм. Я вообще-то меченая!Еще в детстве мачеха продала меня чудовищам. Она заключила сделку, по которой в день моего совершеннолетия я должна отдать свою жизнь...

— Я ненавижу тебя! Нас ничто не может связывать! — В гневе закричала я.— Может. Ребенок. — Ухмыльнулся Андрей своей дьявольской улыбкой.— Какой еще ребенок? С ума сошел? — Непонимающе уставилась на мужчину.— Твоя любимая мамочка мне проиграла. Денег у нее нет. Зато есть ты, тобой и расплатится. Пока не родишь мне наследника, я тебя не отпущу....