Читать книгу - "Запасная книжка - Петр Бормор"

— Да! Великий и многочисленный. Чтобы моих потомков было вдвое больше, чем у Авраама… нет, втрое! Вчетверо! В тысячу раз! Я заслужил. Я ведь, правда, заслужил!

— Да, — подтвердили небеса. — Ты заслужил.

Человек пал ниц со слезами счастья на глазах.

— Я знал! Спасибо Тебе, Всемогущий!

— От тебя, — громко и торжественно заговорили небеса, — произойдет многочисленное потомство. Никто и никогда не сможет сосчитать его. Доволен ли ты?

— О да!

— Потомки твои расселятся по всему миру, и убоятся их все прочие народы. Доволен ли ты?

— Да, да!

— Ни в чем не будут знать они нужды, ни в жилье, ни в пропитании. В любой дом зайдут, как в свой собственный, и возьмут, не спросясь, все, что им потребно. Доволен?

— Да!!!

— Отменным здоровьем награжу твое потомство. Ни холод, ни жара, ни болезни не подкосят их. Неистребимы будут твои потомки. Сгинут, как и не были, все иные народы, а твои дети останутся вовеки. Доволен ли ты?

— О-о, да, да, да!

— Значит, быть по сему!

И стало так.

Ну вот, мальчик мой. А ты, кажется, спрашивал, откуда взялись тараканы?

* * *

— Ты убил моего отца! Приготовься к смерти!

Неприятный лысый тип за столом поднял голову от бумаг и скучающим голосом произнес:

— Шестьсот тридцать два.

— Что?.. — опешил герой.

— Ваш номер. Вы ведь пришли мстить?

— Ну да.

— Тогда пройдите в приемную и спокойно дождитесь своей очереди. Много вас тут таких… желающих.

* * *

— У нас с женой, — сказал печально граф, — жизнь не сложилась. Наши отношения были скованы рамками условностей, мы были подчеркнуто вежливы, но вот любовь… любви не было. И однажды напряжение дошло до того, что мы с женой разругались, она наговорила мне кучу шокирующих вещей, я что-то ответил, она добавила… — граф вздохнул. — И я для нее умер.

Помолчав минуту, граф продолжил:

— С тех пор каждую безлунную ночь я являлся к ней в белом саване, гремя цепями, и смыкал холодные пальцы на ее шее, и обжигал ледяным дыханием кожу между лопаток, и оставлял следы укусов на горле и на запястьях… ее это страшно заводило. На что только не пойдешь ради близкого человека!

* * *

Василиса открыла глаза, повернула голову и с удивлением посмотрела на Кощея.

— Ну ты даешь, Кощеюшка! Не ожидала от тебя такой прыти! Я думала, ты задохлик задохликом, только зубами скрипеть и умеешь.

— Раньше мне скованность мешала, — скромно пояснил Кощей. — А сейчас я, видишь, раскован.

— Напился, да?

— Не без того, — потупился Кощей.

— И много ли пришлось выпить?

— Три ведра, — признался Кощей. — Ванька твой, между прочим, напоил.

— Дурак он, мой Ванька, — пожала белыми плечами Василиса. — Ну, значит, сам и виноват.

* * *

— Не ругай политиков, — строго сказал мне мои бес. — И газетами нечего швыряться, тебе же самому потом придется убирать.

— Не ругать политиков?! — возмутился я. — Да ты посмотри, что они делают! Они же… они же…

— А что «они»? — пожал плечами бес. — Нормальные политики. Даже отличные политики, не побоюсь этого слова.

— Отличные?! — взвыл я.

— Конечно. А что тебя так удивляет?

Он всмотрелся в мое лицо, понимающе хмыкнул и скорчил рожу.

— А-а, вот в чем дело. Ты считаешь, что хороший политик обязан печься о благе народа, а плохой — тот, который этого не делает?

— Разумеется.

— Ну так ты не прав. Политики бывают двух сортов: второго и третьего.

Он поерзал на моем левом плече и воздел вверх палец, начиная лекцию:

— Скажи-ка мне, умник, зачем, по-твоему, люди идут в политику? Нет, не отвечай пока, я сформулирую вопрос иначе. Можешь ли ты себе представить молодого человека, который поступает в Оксфорд, Кембридж или Институт Международных Отношений исключительно для того, чтобы в отдаленном будущем сделать свой народ счастливее?

— М-м… нет… хотя постой… да, могу.

— Правда? — искренне удивился бес. — А скажи тогда, какие шансы у этого феноменального юноши пройти экзамены в МГИМО, удержаться и успешно закончить обучение? Среди сотен поступивших туда юных карьеристов, сынков (ну и дочек) высокопоставленных родителей? И не скурвиться самому, а потом еще заручиться поддержкой партии, где все — такие же бывшие выпускники того же заведения, а без партии ведь никуда, в одиночку к власти не пробьешься. Так вот, я спрашиваю: какие у него шансы пройти весь этот путь и попасть в правительство?

— Нулевые, — уверенно ответил я.

— Правильно, — ободряюще улыбнулся мне бес. — Молодые амбициозные люди, начинающие свою политическую карьеру, преследуют собственные цели. Кто-то жаждет власти, кто-то почестей, кто-то денег, а большинство хочет все это разом. Затем и рвутся в институт, затем и прогрызают себе дорогу наверх, расталкивают других локтями, уничтожают противников, лгут, воруют, дают взятки — лишь бы добраться до вершины, любой ценой! А ведь не заплатишь любую цену, не доберешься, вот в чем штука!

Бес сплюнул мне в нагрудный карман и продолжил:

— Какие у тебя основания полагать, что, достигнув власти, человек резко изменится? Что он перестанет думать о карьере и личной выгоде и задумается о благе народном?

— Никаких, — признал я.

— Ну так чего же ты хочешь от политиков? Они делали карьеру для того, чтобы им, понимаешь, им самим было хорошо. А отнюдь не тебе, и уж тем более не какому-то абстрактному «народу». Так что у вас идеальные политики. Всем политикам политики. Образцово-показательные!

чемпионат мира