Читать книгу - "Мститель Донбасса. Вира кровью - Александр Анатольевич Пересвет"

Думай, голова, думай! Не обращай внимания на боль. Пусть она, боль эта проклятая, мобилизует, а не отупляет…

Глухо раздались два выстрела. Кто-то закричал. Господи, уж не писателей ли моих казнят? Нет, вряд ли. Нужны мы.

Кого-то ещё за дверью проволокли.

* * *

«Хвостатый», когда Александра наконец привели к нему, первым делом самодовольно поинтересовался:

– Слышал выстрелы?

Александр подтвердил кивком головы.

– Террорист. Отказывался говорить, вообще сотрудничать не хотел. Надеюсь, ты окажешься умнее, Молчанов.

Если ты, дурашка, думал этим испугать, то наоборот – дал надежду. Только бы руки развязали!

Нет, тоже не лыком шиты. Перековали в наручники уже спереди. Александр попросился в туалет, пригрозив, что иначе наделает прямо тут, в комнате. Боевик, который отводил в замызганный клозет, заявил, что пусть сам достаёт свой грязный отросток. Не баба он, мол, чтобы сепару штаны снимать и щупать.

Некий тактический выигрыш был налицо: ноги оказались свободны, а руки… Пусть и закованы, но спереди, ими можно многое совершить, чтобы нарваться на смерть…

Вот только с этим пришлось погодить. Уж больно интересный разговор завёл «хвостатый».

– Знаю, о чём ты думаешь, Молчанов, – сказал он. – Мол, сейчас изображу покорность, а на пресс-конференции выскажу, что думаю. Знаем, бывали случаи. Только зря ты на это надеешься. Мы записи с вашим признанием здесь заготовим. Не здесь конкретно, в другом помещении. Но всё равно под нашим контролем. Сегодня же ночью. Чтобы завтра с утра был материал для демонстрации. Поэтому всё равно скажете всё, что мне надо. А как там, в Киеве, вас дожимать будут, мне уже не важно. Главное, что здесь я буду с эксклюзивом на вас. И здесь, и в Киеве, и даже в Москве.

– «Даже»? – язвительно поинтересовался Александр. – В Москве? Вы ж её ненавидите.

– И что? – лениво парировал боевик. – Москва всё равно большой информационный рынок. Ежели там прозвучишь – здесь горизонты расширяются. До войны так было. Сейчас-то вы агрессоры, с вами всё порвано. Но масштаб остаётся. Если я здесь что-то сделаю, что на уровне Москвы перетранслировать будут, – я тут на коне, в общеукраинском масштабе, понял? Раз, другой – и европейские контракты подвалят…

Александр усмехнулся:

– Ну-ну, свежо предание…

– Дурак ты, – констатировал боевик-журналист. – Вы там в Москве ни хрена наших раскладов не знаете. У местного быдла всё равно Москва центром остаётся. По ней всё сравнивают. Смог зацепиться за Москву – тут пановать будешь. А с таким материалом, как вы, меня и в Москве на руках носить станут, когда вашего Путина скинут.

– А-а, вот тут я понял, – ещё более издевательски ухмыльнулся Александр. – То-то ваши в Киеве такую пургу несут, что смех и слёзы. Это они в московские выпуски новостей попасть стремятся.

«Хвостатый» встал, подошёл к нему, несильно, но хлёстко ударил по щеке.

– Ты не борзей, – посоветовал он почти равнодушно. – А то зачтётся тебе борзота. Один хер я тебя сломаю. Даже без применения силы. Ты хоть знаешь, благодаря кому ты здесь оказался?

– Благодаря вам, – буркнул Александр.

– Не-а! – торжествующе возгласил боевик. – Благодаря своим!

Молчанов изобразил удивление:

– Как это?

На самом деле головоломка в его мозгах уже сложилась. Почти. Просто он… Боялся? Нет, не боялся, а… не хотел сформулировать окончательный ответ!

– А так, что даже в вашем агентстве есть люди, сочувствующие нашему делу. Считающие нашу борьбу правой. Ненавидящие вашего Путина. Не будь дураки, сами нарисовали нам эту красивую операцию: корреспондента РИА ловят возле линии фронта за тем, как он вместе с террористами-казаками ставит мины в полосе украинских войск. Прикинь, корреспондент РИА – настоящий террорист! Мы и убитых найдём, что на ваших минах подорвались. Осудит тебя наш демократический суд, потом обменяем на Надежду Мавченко. Вот тебе ваша агрессивная Россия, засылающая корреспондентов-диверсантов, – раз!

– Белыми нитками шито, – покачал головой Александр. – У меня биография известная. Все знают, что я – чистый журналист.

– Ну, это вопрос толкования, – мотнул своим хвостиком командир боевиков. – Вот заснимем вас завтра, как вы на нашей территории мины ставите, – и порядок. Мы ж с тобой журналисты, мы прекрасно понимаем, что публика схавает то, во что хочет верить. А в агрессивную и террористическую Россию хочет верить весь мир. И вы даёте этому все основания! Да и ты сам написал столько всякой хреновины про «русскую весну» и гадов-хохлов, что собственное начальство задолбал до смерти! А ты думаешь, отчего тебя сюда отослали? Чтобы ты там не отсвечивал, не мешал умным людям агентство твоё правильно преобразовывать.

Это Молчанов и так давно понял. Вот только на Донбасс напросился сам. Здесь творилась история, где настоящая Россия возрождалась, стряхивая с себя уродливый и уродующий её либеральный кокон.

Дурак? Может быть. Как говорится, разумное начало в любом человеке всегда есть. Это факт, а не вопрос веры. Проблема в том, что разумного окончания может не быть…

– А отсюда следует второе, – продолжал «айдаровец». – Дискредитация всех вас, россияков патриотствующих. Патриотизм – последнее прибежище негодяя, верно сказано. Вот он, патриот россиякский, – злоупотребляя своим журналистским статусом, мины ставит на солдат, которые свою родину защищают от террористов. Под это дело наши друзья в вашем агентстве хор-рошую чистку проведут! Только представь, что начнётся, когда тебя на пресс-конференции в Киеве покажут! А у вас выборы близятся. Нужен для правильной, антидиктаторской России такой инструмент, как главное информационное агентство? Конечно! А кто мешает? Вот такие, как ты. Занимают должности, которые могут и должны занять правильно настроенные люди. Так что попал ты конкретно, попал грамотно! Вернее, грамотно сдали тебя…

Он оборвал себя на полуслове. Но, собственно, договаривать ничего и не надо было. Пазл сложился. Главный редактор лично засылает корреспондента поближе к линии соприкосновения. О том предупреждаются руководители нацистского батальона, которые куда более свободны в своих действиях, нежели командиры ВСУ. В итоге командование «Айдара» проводит операцию по захвату подставленного собственным же начальством журналиста, на чём ещё и зарабатывает пропагандистские очки и соответствующие бабки.

Хорошо придумано, надо признать. Интересно, напрямую Филимонов с этим уродом договаривался или через более высокий уровень действовал?

Скорее первое. Иначе этот нацик не пытался бы сделать бизнес на их захвате. И для чего надо было ему продавать нас иностранцам? Спросить? Хуже не будет… Вернее, пусть будет хуже!

– А наёмники иностранные при чём? – как мог презрительнее задал вопрос Александр. – Им-то ваша пропаганда по боку. И самим светиться ни к чему…

«Айдаровец» тяжело, со значением, посмотрел на него. Потом сказал медленно:

– Догадливый, значит. Вот только тут ты подписал себе смертный приговор этими словами. Наёмников здесь нет. Есть добровольные военные советники. Обучают овладевать своей военной наукой. А заезжали мы к ним зачем… Может, сам догадаешься? Если угадаешь, будем договариваться. Я ведь могу не просто тебя отпустить, но и помочь тебе отбиться от своего начальства.

– С хрена ли? –