Читать книгу - "Фронт на приграничье. Записки военных журналистов - Вячеслав Юрьевич Алимичев"

районы, куда был нанесён удар. Где были возгорания, разрушения, были раненые… Я всё это видел. После этого мы провели совещание с органами государственной муниципальной власти на местах. И вопрос о том, что мы будем делать со школами, с детскими дошкольными учреждениями, был решен в течение часа. Естественно, мы приняли решение не закрывать учреждения для посещения. Почему мы приняли такое решение? Потому что у нас уже сформировался навык оценки, анализа ситуации, который исходит уже из длительного и, к сожалению, страшного опыта. И то решение было очень спокойно принято всем населением города и области.

– Вы входите в Координационный совет по вопросам военной безопасности приграничных территорий. Как осуществляется взаимодействие органов власти с силовыми блоками?

– Координационный совет был создан приказом министра обороны Российской Федерации. Его цель – повысить эффективность всестороннего обеспечения группировок войск, решающих задачи прикрытия госграницы, защиты территории и населения регионов. В состав Координационного совета входят профильные заместители министра обороны, руководители органов военного управления, представители Генерального штаба и мы – губернаторы Белгородской, Курской и Брянской областей.

Раз в неделю мы обсуждаем текущее положение дел в приграничных районах, анализируем эффективность обеспечения группировок войск и сил вооружением, техникой, средствами поражения и материально-техническими средствами. На контроле министра находится обеспечение инженерного обустройства территорий регионов. В этом, кстати, войскам помогают силы территориальной самообороны. Обеспечивают безопасность с воздуха, используя средства БПЛА. Ну и, конечно же, прогнозируем, как будем координировать свои действия в случае нарастания или реализации угроз прорыва госграницы.

Хочу отметить, что среди приоритетных задач – военно-медицинское обеспечение. Речь идет о силах и средствах для эвакуации пострадавших, оказания медицинской помощи, обеспечении медицинскими средствами и лекарствами.

Все вопросы, которые поднимаются на Совете, решаются без промедления.

У нас есть постоянная и устойчивая связь с Министерством обороны, с Пограничной службой, с Федеральной службой безопасности, с другими силовыми структурами. Совместно с оперативным штабом мы оцениваем обстановку, анализируем её, прогнозируем. Мы на кончиках пальцев чувствуем эту ситуацию. Такой формат – это главная составляющая нашей сегодняшней действительность.

– Вячеслав Владимирович, какая роль отводится созданным в регионе отрядам территориальной обороны? Как им помогают военные?

– Отряды территориальной самообороны были созданы практически сразу, как началась специальная военная операция. Во главе этих отрядов стоят опытные специалисты. Все они в прошлом боевые офицеры, прошедшие не одну горячую точку мира. Им удалось сплотить в своих рядах преданных единомышленников, готовых практически голыми руками стоять на защите своих сёл и их жителей.

Сегодня бойцы территориальной самообороны совместно с военнослужащими Министерства обороны несут службу на блокпостах, работают в опасных районах со специалистами энергосетей, рабочими, строителями. Ребята выезжают в пострадавшие от обстрелов районы для эвакуации жителей. Зачастую спасают их имущество. К моему сожалению, подвергая себя оправданному риску, они попадают под обстрелы нацистов. Каждый день мне докладывают о том, что в том или ином районе ранены бойцы самообороны. К примеру, на днях в селе Черемошном во время работ по восстановлению электроэнергии, при обстреле кассетными боеприпасами было ранено семь человек самообороны. Враг ударил по группе абсолютно безоружных людей.

Сегодня в отрядах самообороны насчитывается порядка 6000 человек. На нашем военном полигоне проводятся ежедневные тренировки по огневой, тактической, медицинской подготовке. В этом, конечно, помогают офицеры и инструкторы войсковой группировки, которая размещена у нас на Белгородчине.

Недавно, кстати, заместитель министра обороны генерал-полковник Юнус-Бек Евкуров, в рамках поездки в войска Московского военного округа проинспектировал организацию подготовки военнослужащих добровольческого отряда «Барс-Белгород». Посмотрел учебно-материальную базу, ознакомился с ходом боевой подготовки ребят, которые заключили контракт для защиты Белгородской области. Мы обсудили с ним вопросы обеспечения и подготовки добровольцев отряда, взаимодействие по порядку его комплектования, обеспечения и применения.

Спускаюсь с третьего этажа по широкой лестнице из коричневого мрамора. По ходу подписываюсь на телеграм-канал губернатора области и на парочку информационных ресурсов региона.

Теперь в течение дня читаю новости, которые похожи на сводки военного времени: «Сегодня утром над Белгородом сработала наша система ПВО – сбита воздушная цель на подлёте к городу. Информация о пострадавших и разрушениях на данный момент не поступала. Все оперативные и аварийные службы работают. Об изменении ситуации и выявленных повреждениях буду информировать», – сообщил губернатор. А он сообщит. Проедет по городу, посетит места, где есть разрушения, пообщается с пострадавшими, даст указания и сообщит. Ждём, Вячеслав Владимирович.

Белгород. Свадьбы под вой сирен

Их не сломать и не запугать. Они с каждым днём становятся сильнее, мужественнее и добрее. Они сплотились в одну большую семью, в которой все друг за друга! Белгородцы – они такие.

«Засвистели свирепые ветры над моею великой страной…»

Ночь прошла спокойно. Тёплая сентябрьская прифронтовая ночь. Из посторонних звуков только монотонный стук часовой стрелки: тик-так, тик-так… Первый раз, за последние несколько недель многим белгородцам удалось выспаться. Мне тоже. Накануне весь день – за рулём, поздний приезд, тёплая встреча с другом – Геннадием Алёхиным, «адекватным харьковчанином». И его супругой – Светланой.

План дня обсудили за утренним кофе. В распоряжении – один день, а фактуры много. Женя подъехал, как и договаривались, к 10.00 утра. Женя – это Евгений Харитонов. Коренной белгородец, поэт. Сегодня мы попросили его быть нашим водителем. Знакомимся уже по ходу движения.

– Я на газораспределительной станции работаю, под Белгородом. 22 февраля заступил на дежурство. В районе двенадцати ночи заварил себе стакан чая. Ложку, по обыкновению, оставил в стакане. Люблю я так. Уютно устроился в кресле, стакан – на столе… Сначала ложка застучала о стенки стакана, через несколько секунд от вибрации сам стакан стал кружиться по столу. Слышу приближающийся грохот. Выхожу из вагончика на улицу и вижу движущуюся колонну тяжёлой военной техники. Она шла по дороге в направлении Харькова. На БМП сидел десант. Вижу, на одной из машин боец в руках держит, что думаете? Знамя Победы!.. Утром приходит сменщик. Выходим на улицу, закуриваем. Я ему говорю, мол, знаешь, кажется, война началась. Он на меня недоумённым взглядом смотрит. И тут над нашими головами два истребителя пролетает, а за ними два боевых вертолёта… В ту сторону. Приезжаю домой, весь на нервах. Дочь бежит навстречу: «Пап, в школу во сколько пойдем?» Я выхожу на балкон и вижу в небе следы от пролетающих ракет. И отвечаю дочери: «Нет, дочь, сегодня в школу не пойдём» …

Примерно так для многих белгородцев началась специальная военная операция. С этого дня Белгородская область стала прифронтовым регионом, приняв на себя первые удары в апреле 2022 года. Тогда два боевых вертолёта с нанесёнными обозначениями о принадлежности к Вооруженным силам России нанесли удар по белгородской нефтебазе. Это случилось 1 апреля того года.

Эту и ещё несколько историй Евгений рассказывает,