Читать книгу - "На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. - Максим Валерьевич Медведев"

Густые облака пыли и наступление сумерек затрудняли переправу советских войск через Миус у южной окраины Дмитриевки. При этом саперные части заранее не построили мост. Вследствие этих факторов было замедлено передвижение соединений из второго эшелона. На месте переправы образовался хаос: колонны автомашин, бронетехники, стрелковых частей и обозов растянулись на 3 км. В одном из донесений штаба 2-й гвардейской армии за 17 июля говорилось: «В воду лезли бойцы, повозки, машины, а руководивший переправой заместитель командира 6-й бригады 2-го гвардейского механизированного корпуса майор Абрамов… стоял на противоположном берегу и что есть мочи кричал „Газуй!“, этот окрик не был ясно слышен там, где скопились люди, и некоторые повторили его как „Воздух!“. Все бросились врассыпную, шофера выключили моторы и падали в воду, а вылезая из Миуса, проклинали все на свете»[200]. Вскоре командирами оперативного отдела 2-й гвардейской армии была проведена организация брода для переправы пехоты. Ситуация на месте форсирования Миуса стабилизировалась.

На следующий день наступления, 18 июля, продолжилось ожесточенное противостояние в районах колонии Густафельд, сел Степановка, Мариновка и хутора Елизаветинского. Утром 5-я гвардейская механизированная бригада вошла на северо-восточную окраину Степановки, где находилось до 10 танков противника, сразу же завязался ожесточенный бой. Тем временем на помощь 5-й мехбригаде подошли танки 4-й гвардейской механизированной бригады, после чего противник, потеряв 5 танков, днем оставил Степановку. Головные колонны танков 6-й гвардейской механизированной и 37-й гвардейской танковой бригад выбили немцев из Мариновки и подходили к хутору Гараны и высоте 202,0[201].

Части 6-й гвардейской танковой бригады, 302-й и 346-й стрелковых дивизий 51-й армии, заняв высоту 278,5, продвигались в район балки Юлина. Отразив немецкую контратаку из 8 танков, советские танкисты и пехотинцы дальше не смогли продвинуться. Передовая линия 5-й ударной армии продвинулась на 4–6 км, подойдя к балке Рассыпной. На участке 28-й армии стрелковые соединения, сражаясь восточнее Ново-Бахмутского, не смогли развить успеха. К тому же советские танки 1-го гвардейского танкового полка прорыва и 33-й гвардейской танковой бригады при повторной попытке прорыва на подступах к Густафельду и окраине Ново-Бахмутского понесли еще большие потери на минном поле[202]. За день бригада потеряла 11 танков, а в 1-м гвардейском танковом полку про рыва на ходу оставался всего лишь один танк, остальные двадцать подорвались на минах. Многие поврежденные советские танки удалось отбуксировать для ремонта[203]. В целом советские стрелковые соединения южнее Куйбышево провели слабую атаку и были остановлены стрелковым и артиллерийско-минометным огнем противника. Пока наибольшую глубину прорыва развивала только 5-я ударная армия.

Утром 19 июля механизированные бригады 2-го гвардейского механизированного корпуса продолжили наступление. Противник пытался силами авиации предотвратить продвижение советских войск. Не получив ожидаемого результата, части 23-й танковой и 16-й танково-гренадерской дивизий решили вернуть утраченные позиции и начали контратаки из нескольких направлений. В 10 часов утра со стороны балки Ольховчик на высоту 214,0 и курган Грушевка выдвинулась группа мотопехоты противника. От высоты 230,9 на западную окраину Степановки также направлялась немецкая колонна из пехоты и танков. Правее, со стороны высоты 202,0, двигалась еще одна колонна противника, нацеливая свой удар на Мариновку[204].

В полдень командующий 2-й гвардейской армией генерал-лейтенант Я.Г. Крейзер приказал командиру 2-го гвардейского механизированного корпуса генерал-лейтенанту К.В. Свиридову активизировать силы механизированных бригад. Одновременно было приказано командиру 13-го гвардейского стрелкового корпуса генерал-майору П.Г. Чанчибадзе перейти в наступление в полосе механизированного корпуса. Завязался многочасовой танковый бой. В итоге советские танкисты подбили 20 танков, не дав врагу пройти этот рубеж. Мотопехота противника, обходя Степановку с севера и северо-запада, направляясь к Первомайску и Лиману, также вклинилась в прочную противотанковую оборону 3-й гвардейской стрелковой дивизии. В ходе продолжительного боя немцы потеряли 5 танков и понесли большие потери в живой силе. Только воинами 3-й гвардейской стрелковой дивизии за весь день было отражено 6 контратак противника и подбито 22 немецких танка[205].

Вблизи Ремовских рудников противник силами до батальона пехоты при поддержке 24 танков контратаковал соединения 5-й ударной армии. К 19:00 96-я гвардейская стрелковая дивизия овладела хутором Саур-Могильским и пыталась занять высоту Саур-Могила. Одновременно частям 96-й гвардейской стрелковой дивизии удалось закрепиться на скатах высот 230,9 и 223,7[206]. Южнее 315-я стрелковая дивизия 5-й ударной армии совместно с 37-й гвардейской танковой бригадой 2-й гвардейской армии к вечеру заняли позиции немецкого инженерного батальона, оборонявшегося на высотах 223,7 и 202,9 к юго-западу от Степановки, и подошли к населенному пункту Гараны. За первые три дня наступления, с 17 по 19 июля, войска Южного фронта потеряли убитыми и ранеными 12 798 чел., а также 140 танков[207]. Цена первых дней Миусской операции для правого крыла Южного фронта была высока.

В ночь на 20 июля сражение продолжилось. Противник не желал переходить за рубеж реки Крынки и по-прежнему наносил ответные удары. Подошедшие к 20 июля основные силы 23-й танковой, 16-й танково-гренадерской и остатки 294-й и 306-й пехотных дивизий противника остановили продвижение советских соединений к высоте с отметкой 277,9 (Саур-Могила). Части 2-го гвардейского механизированного корпуса и 3-й гвардейской стрелковой дивизии, закрепившись в хуторах Саур-Могильском и Гараны, продолжили наступление в юго-западном направлении. В 10 часов противник с направления высоты 110,8 контратакой попытался выбить полки 4-й гвардейской механизированной бригады с юго-западной окраины хутора Саур-Могильского. Благодаря поддержке танкового батальона 37-й гвардейской танковой бригады вражеская атака была отбита. В 19 часов до 15 танков и полк мотопехоты противника от высоты Саур-Могила пошли в контратаку. После ожесточенного боя полки 4-й и 5-й гвардейских механизированных бригад оставили Саур-Могильский. Уже в 23 часа механизированные бригады отбили хутор, обе стороны понесли большие потери[208]. Вечером гвардейцы 96-й гвардейской стрелковой дивизии в результате схватки с противником на северо-восточных скатах высоты Саур-Могила захватили знамя 126-го танково-гренадерского полка 23-й танковой дивизии, при этом взяли в плен 4 солдата противника[209]. Танкисты из 4, 5, 6-й гвардейских механизированных и 37-й гвардейской танковой бригад продвинулись за день только на 1–1,5 км. Противник также заблокировал продвижение на участке 28-й армии у хутора Елизаветинского[210].

Ввиду сложной обстановки штаб Южного фронта направил боевое распоряжение командующим тремя армиями с требованием возобновить успех в наступлении. Необходимо было ввести в бой 4-й гвардейский механизированный корпус для совместного удара с 13-м гвардейским стрелковым корпусом, чтобы попытаться выйти на Семеновский, Калиновку, Лисичий и Успенский. Атакой в ночь на 21 июля 49-я гвардейская стрелковая дивизия завязала бой за высоту 196,0. На рассвете в районе Калиновки в бой был введен 4-й гвардейский механизированный корпус.