Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

случайно до крови прикусили его губу, но Витя не чувствовал боли. Это еще даже больше возбуждало. Рывком он поднял ее над землей и, не отрываясь от ее губ, донес до первой попавшейся кровати. А потом время замерло. И были только они.

Если бы Витя мог, то он бы остался у нее этой ночью. Куда-то идти выглядело сейчас противоестественным. Но было две железобетонных причины — обещание, данное Вике и то, что Светины родители все же когда-нибудь, да вернутся. И вряд ли их обрадует явление голого одноклассника их дочери. Поэтому он лишь с сожалением проводил взглядом Свету, которая, нацепив его поло, упорхнула приводить себя в порядок, а сам принялся собирать разбросанную по комнате одежду.

Внутри все же предательски зрело чувство стыда. Можно было подумать, что он действительно ее использовал. Ведь они оба прекрасно понимали, что минуты их единения были просто ради удовольствия. Хотя с другой стороны — инициатива была ее целиком и полностью. Витя имел слабое представление о сексе без обязательств, хоть и подозревал, что когда-нибудь это с ним произойдет. Но как на это отреагирует его моральный компас — то был вопрос, который он по большей части специально старался себе не задавать. И вот он назрел сам собой. И что в итоге? А в итоге — неизвестность. Оставалось лишь надеяться, что Света поступит благоразумно и не станет в связи с этим переоценивать их «чуть больше, чем друг» отношения. Потому что тогда у Вити не будет другого выхода. Он не хотел причинять никому боль. Ни физическую, ни душевную.

Раздался звонок. Внутри у подростка слегка похолодело. Кого там еще принесла нелегкая?

— Вить, открой! — раздался из ванной голос Светы. — Твой друг пожаловал!

— Ага! — нервно ответил Витя, в спешке натягивая свитер. Тот неприятными колючками прошелся по телу. — А если это предки твои? Что мне им говорить прикажешь?

— Да не, расслабься, они так рано точно бы не заявились, — успокоила его Света. — Ну открой, блин, я занята!

— Занята она, — пробурчал Витя. Молясь всем Богам, которых мог вспомнить, он аккуратно снял трубку.

— Да? — как можно более невинно спросил он.

Знакомый голос заставил его вздохнуть с облегчением:

— Витек, ты? Открывай, кавалерия пожаловала! Какой там у нее этаж?

— Третий, — все еще пытаясь перевести дух, ответил Витя.

Топот шагов. Легкое дуновение холодного ветра. И вот в проеме появилось раскрасневшееся и довольное лицо Витиного лучшего друга, сжимавшего пакетик с тремя порциями шаурмы.

— Прошу прощения за задержку, Дерек все никак по большому не хотел сходить, — доложил он, как он искренне считал, важную информацию. — А вы чем тут занимались?

— Да так, мультики смотрели. Я еще попытался сыграть пару аккордов на гитаре, но рок-звезда из меня вышла так себе, — цокнул языком Витя.

— Света играет на гитаре? — удивился Сережа. — Неплохо, неплохо.

На горизонте появилась и сама хозяйка квартиры. Витя не без удовольствия отметил, что в максимально облегающих джинсах она смотрелась даже куда лучше, чем в шортиках.

— Привет, Сереж. Лови! — она без какого-либо стеснения кинула Вите его поло и, подмигнув друзьям, скрылась у себя в комнате, напевая какую-то песенку.

Сережа пару секунд недоуменно поглазел на поло, а затем перевел хитрый взгляд на Витю:

— Это теперь называется «мультики смотрели»?

— Ну, мы правда хотели, — ответил Витя. — Вика ничего не писала?

— Писала, она уже со своей подругой встретилась, так что, как говорится, барышни легли и просят.

— Супер, — поняв, что Сережа уже обо всем, спасибо Свете, прекрасно догадался, Витя снял наконец-то колючий свитер и нацепил долгожданное поло.

— Чувак, — шепнул Сережа. — Так вы чего теперь, типа, вместе?

— Нет, — Витя на всякий случай оглянулся, чтобы удостовериться наверняка, что Света их не подслушивает. — Это… Ну… Потом, короче, поговорим.

— Вечно эти твои завтраки, — вздохнул Сережа. — Ладно, потом, так потом.

Света собралась довольно быстро, чем заслужила личную благодарность Сережи, которому очень лень было раздеваться, в результате чего он слегка запарился. На ее вопрос о том, не продует ли его теперь, он лишь отмахнулся:

— Зараза к заразе не липнет.

Белоомутск почти что пустовал. Что для субботнего вечера было каким-то нонсенсом. Обычно то тут, то там мелькали веселые компании. Но террор Омеги сделал свое дело. Поселок напоминал какой-то город-призрак. Витя периодически ловил на себе тревожные взгляды — его узнавали. Раньше он этих взглядов не замечал. Не обращал внимания. А тут вдруг пригляделся. Трудно было понять, с каким настроением его встречали жители Белоомутска. Может, кто-то действительно и считал его героем. Может кто-то даже боялся. В чем он был уверен наверняка — есть те, которые будут его ненавидеть. Просто потому, что ему повезло чуточку больше.

— Слышь, а это часом не тот пацан, который выжил? — услышал он вдалеке. Сережа со Светой логично не обратили на это внимания. Они и не могли никак обратить. Их сидело двое.

— Да, он по ходу, — подтвердил второй.

— Сука, — Витя услышал плевок. — Лучше бы он сдох, а не Пахан с Димоном.

— Да, мля, успокойся! Не трогай ты парня.

Дальше Витя уже не слушал Ему стало мерзко. Он не понимал, как люди могут быть такими злыми. Да, эмоции, с ними порой бывает тяжко совладать. И конечно каждый, кто кого-то терял, близкого, друга, хоть раз, но задавался вопросом на первых парах — почему именно он? Почему не кто-то там, а именно он? Пусть даже некоторые якобы моралисты-гуманисты это и яростно бы отрицали. Но что сейчас? С момента гибели тех ребят от лап Омеги прошло уже около месяца. Эмоции уже могли бы и отойти на второй план. Однако все же есть люди, которым просто надо кого-то ненавидеть. И горе утраты уже значения не имеет. С бешеного волка ни дать, ни взять, а вот ты живой, значит, будешь крайним.

И так всю жизнь. Некоторые люди привыкли жить в ненависти друг к другу. К власти своей страны, власти другой страны, другим национальностям, ориентациям. Потому что ненавидеть легко и просто. И всегда можно найти оправдание, пусть оно будет и донельзя нелепым. Порой доходящее до откровенного абсурда.

Тут Витя понял, что слишком забивает себе голову. Он даже почувствовал себя слегка виноватым. Они вместе, живы и здоровы, едят шаурму и идут в гости к однокласснице. А он хандрить вздумал из-за какого-то дурака. Да мало ли на свете таковых? Если из-за каждого расстраиваться, то никаких нервов не хватит. Посмотрел, сделал выводы, может даже посмеялся и идешь дальше своей дорогой.

Сережа тем временем воодушевленно рассказывал Свете о том,