Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 9 - Евгения Владимировна Потапова"

— Ой, не надо мне этих ваших цыганских штучек, меня на это не купишь, — отмахнулась она рукой.

— А то ты не ревнуешь? — рассмеялась я. — Приехала ко мне, весь этот цирк устроила с разоблачением. Смотри, какая на шее у тебя красавица.

Я дернула змейку за хвост и бросила ее на стол. На некоторое время она стала видимой, и Ирина, взвизгнув, вскочила со своего места.

— Это что еще за муляж? — заверещала она.

— Это змеюка-ревность, — ответила я.

Змея свернулась в клубок, а потом спружинила обратно в сторону Ирины и ударила ей прямо в грудь. Женщина охнула и резко села обратно.

— Ой, в глазах темно, сердце колет, — заохала она, потирая то место, куда атаковала ее змеюка.

— Она еще потом расти будет, целый удав на шее окажется, душить не только шею будет, но и грудь. Сразу и спина заболит, и за грудиной ломить начнет, и мозги будут подчиняться этой твари.

Змейка проползла по ее блузке и снова стала устраиваться на ее шее.

— Это какой-то трюк был? Гипноз? Вы что-то мне добавили в воду? — стала она спрашивать меня. — Где она?

Ирина заглянула под стол в поиске якобы игрушечной змеи.

— Воду ты с собой принесла, и это не гипноз, я показала, как выглядят на самом деле твои чувства. Они еще внутрь прорастают, что вот так просто потом ее не сдернешь и не уничтожишь, — ответила я.

— Как это может змея внутрь прорастать? — удивилась Ирина.

— А вот так, как сорняк, корни свои пускать и отравлять тебя и душить.

— Так вы определитесь, змея у меня или сорняк, — она показала в снисходительной улыбке белые зубы.

— Как начнешь с ума сходить от ревности, так и поймешь, о чем я говорю, — пожала я плечами. — Еще вопросы будут?

— Нет, всё ясно с вами, — она встала со своего места.

— А ты еще в ясновидящих не веришь, вон тебе уже всё ясно со мной. Всё, благодарю за помощь, сейчас я обещанных продуктов тебе дам.

— Не надо мне ничего от вас, — взвизгнула Ирина.

— Не надо, так не надо, — пожала я плечами.

За утро я устала, так что не было никакого желания спорить и что-то доказывать взбалмошной дамочке. Ну не верит человек во всякое, зачем мне пытаться переубедить ее в этом, а то у меня других забот нет.

— Я все же сообщу, куда следует, — пригрозила она, направляясь к выходу.

— Да хоть в Спортлото, — ответила я, — Глеб сегодня дежурит?

— У него сложная операция, обычно после таких он остается ночевать в больнице, чтобы следить за состоянием больного.

— Ясно, у вас, наверно, симпатичные медсестрички, есть с кем ночь скоротать, — поддела я ее.

Ирина сердито на меня посмотрела, поджала губы и прибавила шагу. Она со злостью швырнула бутылку с остатками воды на заднее сиденье, туда же полетела ее сумка.

— Она шоколадку свою забыла, — сказал мне Шелби.

— Хочешь, съешь, — тихо ответила я ему.

— Да можно, оно с перчинкой — со злобой и ревностью, ням-ням лакомство, — облизнулся он.

Естественно, докторша не видела моего помощника. Она с яростью кидала на меня взгляды и всё делала резко и рывками.

— Сделай так, чтобы она ни в какие органы не смогла позвонить, — попросила я Шелби.

— Может, ее пугануть? — спросил он.

— Зачем? Мы с тобой не клоуны и не пугало, чтобы кого-то развлекать и пугать, — ответила я. — Не верит, да и фиг с ней, это ее личные проблемы. Спасибо ей за то, что хоть Анне помогла.

Я вернулась обратно во двор.

— Я так понимаю, что человек-то она не такой уж и плохой, но вот ревность ей покоя не дает, — поделилась своими мыслями с Шелби.

— Угу, странные вы люди, — кивнул он.

— Ну, может, она действительно его любит, — сказала я, — любовь же разной бывает.

— Это не любовь, это собственничество, когда кто-то считает, что ему принадлежит другой человек.

— Ну не знаю, я вот тоже первого мужа ревновала до черноты в глазах и гула в ушах.

— А второго? — усмехнулся Шелби.

— И второго тоже, но не так, как первого.

— А Сашу не ревнуешь?

— Нет, я же вижу, какой он, — мотнула я головой.

— Какой?

— Надежный, преданный и честный. Нет в нем подлости и мелочности. Если разлюбит, то честно мне об этом скажет, а не станет по всяким бабам шастать.

— Угу, вот придет сейчас какая-нибудь и скажет тебе, что женщины в вашей деревне симпатичные, а у него график ненормированный, — подзуживал Томас. — И всё, и посеет в тебе зерно сомнений.

— А то я не знаю, что у нас встречаются в деревне симпатичные особы и что у него график ненормированный, — рассмеялась я, — всё, хватит мои столпы шатать, пошли смотреть, как там Анна поживает.

Вернулись с ним в летнюю кухню. Анна свернулась калачиком на диване и тихонько посапывала. Рядом стояла капельница и висела иголка.

— Это я вынул, когда капать перестало, — сказал Шелби. — А то вы там с этой непонятно чем мерялись и забыли про Аню.

— От меня тебе огромная благодарность, — улыбнулась я, — надо бы самой немного подремать, а то что-то вымоталась я за сегодняшнее утро.

— Иди восполни силы, они тебе еще понадобятся, чтобы всю шелуху с нее снять. Кстати, там Артем к нам едет, — предупредил меня Шелби.

— Сломай ему машину, но не сильно, не до аварии, но чтобы ехать не смог.

— Хорошо, будет сделано.

— Слушай, а ты их с этой с Ириной скрести, — хитро улыбнулась я.

— Легкая авария с выяснением отношений?

— Дааа, — улыбнулась я мстительно.

— Будет сделано, — хохотнул Томас и исчез.

— А вот нечего меня обижать, — проворчала я и пошла к себе.

Глава 47–48

Легкая авария с вмешательством третьих сил

Ирина ехала по трассе, и всё ее бесило, и даже пейзаж за окном не радовал.

«Вот откуда такие самоуверенные бабы берутся? — думала она. — Вот ни рожи ни кожи, и попа с кулачок, а думает о себе невесть что. Имя еще такое у нее дурацкое — Агнета. Наверно, по паспорту какая-нибудь Машка, Глашка или Юлька, а себе придумала псевдоним, чтобы глупый народ обдуривать. Доберусь до города и сообщу, куда следует, пусть с этой шарлатанкой разбираются. Вот помрет у нее кто-нибудь в этой летней кухне, и поймет, как людей обманывать».

Она надавила на педаль газа и прибавила скорость.

«Ну почему кому-то всё, а кому-то шиш без масла? Чем я хуже нее? До сих пор живу на съеме и на