Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 7 - Евгения Владимировна Потапова"

тут торчишь? Сама себе хозяйка, закрыла магазин и пошла домой.

— А как же люди? — гримаса боли перекосила ее лицо.

— Не умрут твои люди без твоего магазина. У нас в деревне еще два есть, пойдут туда. Или тебе денег незаработанных жалко?

— А если завтра станет еще хуже? — чуть не плача спросила меня Марина.

— Ты сегодня тогда скорую вызывай, — посоветовала я.

— Слушай, а может это кто-то порчу навел? — поинтересовалась она.

— Угу, порчу. Вот пусть твои недоброжелатели сейчас в магазин и зайдут, кто тебе болячек разных нажелал, — со смехом ответила я.

Вдруг скрипнула дверь, и в магазин зашли две пожилые кумушки. Марина так и захлопала глазами.

— Ты чего такая, Мариночка, бледная стоишь? — поинтересовалась одна из них.

Вторая кумушка как-то уж злорадно улыбалась.

— Да как-то душновато в помещении, — не призналась о своем недуге продавщица.

— Продай-ка ты нам два килограмма селедки, — попросила та самая участливая дамочка.

— Нету, кончилась, — рявкнула Марина.

— Так вон у тебя ведро с селедкой на полу стоит.

— Не с селедкой, а из-под селедки. До вас последнюю забрали, — ответила она.

Понятно было, что Марине тяжело наклоняться. Я внимательно разглядывала гражданок.

— А как у тебя, Мариночка, муж поживает, а как детки? — продолжила допытываться кумушка.

— Нормально все. Покупать что-нибудь будете? А то я на обед домой собралась.

— Нет, мы за селедкой зашли, — помотала одна из них головой.

Тетушки о чем-то между собой пошептались, да и покинули магазин. Марина, несмотря на свое состояние, проявила резвость — быстро вышла из-за прилавка и закрыла за ними дверь.

— Вот же гадины какие, а я им по дешевке то молочка продам, то конфет, то овощей, а они, значит, пакости на меня навешать решили, — распалялась она.

— Подожди, Марина, не кричи, может так сложились обстоятельства, что вот они пришли в тот момент, когда я так сказала.

— Ты мне точно сказать можешь — наколдовал кто на меня или я сама какую болячку подцепила? Ну не может быть такого, чтобы сразу резко и колени стали болеть и спина.

— При простуде и не такое может быть, — пожала плечами.

— Так ты посмотришь меня или нет? — сердито спросила продавщица.

— Ради такого дела могу и посмотреть, — согласилась я, — Вот и сходила за лотерейкой.

— Пошли, — она решительно направилась к двери, охая и постанывая.

Недалеко на дороге стояли, посматривая на магазин, те самые кумушки.

— Еще пялятся сюда, — сердито сказала Марина.

Мы с ней пошли ко мне. Она прихрамывала то на одну ногу, то на другую.

— Мне тридцать четыре года, а я как братская развалина, — возмущалась она.

Вошли ко мне во двор и расположились в беседке. Марина кое-как уселась на лавку.

— У-у-у, как больно, — простонала она. — Что же за наказание такое.

Женщина принялась растирать ноги, причитая и постанывая. Налила ей чай, пододвинула вазочку с конфетами и печеньем. Достала свои карты и стала раскладывать. На картах явно виделась порча. Поинтересовалась у них, не те ли кумушки это все организовали. Карты ответили утвердительно.

— Ну и? — спросила меня Марина.

— Порча, — вздохнула я.

— Соседки?

— Они самые.

— Чего делать? Морду идти им бить? И самое главное, за что они так со мной? — спросила она.

Вытащила карту — зависть. Показала Марине.

— Смотри, как они тебе завидуют, — покачала я головой.

— Так кто же им мешает свой магазин завести? Взяли бы кредит. В одной из своих комнат сделали ремонт, привезли оборудование, закупили товар. Стали бы сами торговать. Потом бы с кредитом постепенно рассчитались, может, в прибыль вышли или хотя бы из минуса в ноль. Налоги бы заплатили, проверки все прошли. Да потом бы деньги гребли лопатой и просрочку лопали от души, — распалялась Марина. — А потом мы бы всем им дружно позавидовали.

— Да уж, — вздохнула я.

— Агнета, помоги, а? Есть у тебя что-нибудь этакое? — попросила она.

— Есть. Недавно на один интересный став наткнулась, «Хлопушка» называется. Давай его попробуем. Полежишь у меня в летней кухне, пока свеча гореть будет?

— Я могу и жить к тебе перебраться, лишь бы не болело.

— Ну уж нет, своими ногами к мужу и детям пойдешь. Ишь, размечталась, одноглазая, — усмехнулась я. — Пошли в домик. Там, правда, прохладно, но я печку затоплю.

Марина допила свой чай и, кряхтя и охая, побрела за мной. Она кляла своих обидчиц на чем свет стоит.

— Ну вот как так-то, и уколы им делала, и в огороде помогала, и что попросят — привозила по оптовой цене, и если в город ехали, то брали одну из них. Агнета, ну где справедливость? А? — вопрошала она.

— Марина, это банальная зависть.

Она улеглась в домике на диван и стала рассматривать потолок.

— Я тут у тебя ни разу не была, — сказала женщина.

— Ты у меня вообще ни разу не была.

— У тебя да, а к бабушке приходила. Она моим детям испуг выливала, да по-женски лечила. Но она в доме принимала, — вздохнула Марина.

— А я в доме живу, ничего такого тянуть не хочу к себе и своей семье, — пояснила я.

Откуда-то материализовался Прошка. Он уселся напротив Марины и стал ее рассматривать.

— Кошак у тебя, конечно, зачетный. Морда такая умная, словно все понимает, — посмотрела она на него.

— А он все и понимает, — ответила я.

Достала толстую восковую свечу и стала на ней рунный став вырезать, да про себя оговор проговаривать. Марина с интересом наблюдала за мной, но болтать перестала. Написала все, что нужно, на свече, поставила ее в подсвечник и зажгла.

— Пока горит, ты тут лежи. Хочешь, поспи, хочешь книжку почитай, но уходить пока никуда нельзя. Если что-то случится, то зови меня. Телефон выключи.

— Хорошо, я посплю, а то совсем не высыпаюсь в последнее время, все меня кошмары по ночам мучают, — вздохнула она.

Я оставила Марину в летней кухне, а сама направилась в дом делами заниматься.

— Не купила лотерейный билетик? — рядом появился Шелби.

— Нет. Как я ее оставлю одну, мало ли что случится.

— Вот и не поедешь в круиз, — проворчал он.

— Да и фиг с ним, потом как-нибудь в другой раз. Вон в соседнем поселке стоит заброшенный казачий дом. Говорят, там жестокий атаман жил, замучил свою жену и старшую дочь. Туда сгоняем после моего дня рождения. Там дань соберем. Явно там есть неприкаянные души.

— Ну-ну, — вздохнул он и исчез.

Через полчаса в калитку постучали. Открыла.

— А почему у тебя калитка закрыта? — передо мной стояла одна из кумушек.

— Потому что мне так хочется, — ответила я.

— А Марина у тебя?

— Нет ее