Читать книгу - "Артбук "Купеческий сын и живые мертвецы" - Алла Белолипецкая"

навязала ей на шею камень и бросила в море. Аленушка пошла на дно; козленочек прибежал и горько‑горько заплакал. А колдунья оборотилась царицею и пошла во дворец".

Но, конечно, темное колдовство было разоблачено и наказано:

"Аленушка всплыла кверху и показалась над водой. Царь ухватил ее, сорвал с шеи камень и вытащил Аленушку на берег, да и спрашивает: как это сталося? Она ему все рассказала. Царь обрадовался, козленочек тоже – так и прыгает, в саду все зазеленело и зацвело.

А колдунью приказал царь казнить: разложили на дворе костер дров и сожгли её."

Вот так-то – нечего самозванством заниматься! :))

С таким котом и зомби-апокалипсис не страшен!

Главный герой романа, Иванушка Алтынов – юноша весьма начитанный. И ему известно, что в Древнем Египте кошек не просто приравнивали к божествам – их еще и считали стражами загробного мира. А потому, увидев, как за оградой Духовского погоста шатают некие "серые силуэты", купеческий сын решает совершить вылазку туда не в одиночестве. И берет с собой своего любимчика Эрика Рыжего – который совсем не зря получил имя в честь отважного викинга! И, когда Рыжий сталкивается с нежитью, то отнюдь не утрачивает боевого духа – совсем наоборот!

Но на этой иллюстрации запечатлен еще более драматичный момент – и для котофея, и для его хозяина: Рыжему предстоит схватка с той, чья природа непонятна и сомнительна. И, если вы видели предыдущую часть артбука, то наверняка поняли, о ком я :) И на этой иллюстрации у котика не лапки, а самое настоящее холодное оружие, которое он намерен пустить в ход.

Глядя на это изображение, мы понимаем: схватка будет бескомпромиссной! Но почему же визуальное противопоставление таково, что мы видим две котовьи лапы с выпущенными когтями, но только одну женскую руку? На то есть веская причина! И о ней будет рассказано в главах 10 и 11 романа "Купеческий сын и живые мертвецы". А здесь я хочу уделить внимание образам, которые в русских сказках встречаются часто, но, за редким исключением, остаются словно бы на втором плане. Это – руки и лапы.

Но рассказать всё-таки хочется о сказках, которые скорее исключение, чем правило: о тех, в которых руки становятся сюжетообразующими предметами. И вы сами поймете, что еще эти сказки объединяет, когда прочтете их фрагменты.

К примеру, приходит на память одна из страшных русских сказок – "Лихо одноглазое", где с героем-кузнецом случается вот такая жуткая история:

"И пошёл кузнец опять в лес по узенькой тропинке. Смотрит: в дереве топорик с золотой ручкой; захотел себе взять. Вот он взялся за этот топорик, рука и пристала к нему. Что делать? Никак не оторвёшь. Оглянулся назад: идёт к нему Лихо и кричит:

– Вот ты злодей, и не ушёл!

Кузнец вынул ножичек, в кармане у него был, и давай эту руку пилить; отрезал её и ушёл".

Вот вам и подсказка – почему человеческая рука на этой иллюстрации только одна! :)

А вот еще одна страшноватая сказка – "Белая уточка":

"Что же это всё один голос? – подумала ведьма, отворила потихоньку дверь, видит: оба брата спят крепким сном, тотчас обвела их мёртвой рукою – и они померли".

А в примечании к этой сказке мы читаем про мертвую руку: "Есть поверье, что воры запасаются рукою мертвеца и, приходя на промысел, обводят ею спящих хозяев, чтобы навести на них непробудный сон".

А вот – фрагмент сказки, которую А.Н. Афанасьев отнес к категории "Рассказы о ведьмах":

"‎В самую полночь отворилось окно; у окна показалась ведьма – вся в белом, взяла кропило, просунула руку в избу и только хотела кропить – как вдруг казак размахнул своей саблею и отсёк ей руку по самое плечо. Ведьма заохала, завизжала, по‑собачьи забрехала и убежала прочь. А казак поднял отрубленную руку, спрятал в свою шинель, кровь замыл и лёг спать. Поутру <...> собрались все сотники и десятники и пошли по домам; там нету, здесь нету, наконец добрались до пономарской избы.

– Вся, ли семья твоя здесь налицо? – спрашивает казак.

– Нет, родимый! Одна дочка больна, на печи лежит.

Казак глянул на печь, а у девки рука отсечена; тут он объявил всё, как было, вынул и показал отрубленную руку.Мир наградил казака деньгами, а эту ведьму присудил утопить".

Но это всё – о руках. Однако давайте и про лапы не будем забывать :) И, чтобы перебросить мостик ко второй книге цикла – роману в жанре русской готики "Усадьба "Медвежий Ручей"", я хочу сказать несколько слов о сказках, в которых мы читаем именно о медвежьих лапах. Например, взгляните на фрагмент сказки, которая так и называется – "Медведь":

"Старик пошёл по дрова; попал ему навстречу медведь и сказывает:

– Старик, давай бороться.

Старик взял да и отсёк медведю топором лапу; ушёл домой с лапой и отдал старухе:

– Вари, старуха, медвежью лапу".

Для старика и старухи этот обед, впрочем, закончился плохо: разобиженный медведь заявился к ним домой и сожрал их самих.

Но бывает, что и мишки в сказках оказываются в проигрыше. Особенно если им попадаются такие лисы, как в сказке "Звери в яме":

"Вот медведь начинает опять голодать и говорит:

– Кума, кума, где ты берешь себе еду?

– Экой ты, кум! Ты возьми‑ка просунь себе лапу в ребра, зацепись за ребро – так и узнаешь, как есть.

Медведь так и сделал, зацепил себя лапой за ребро, да и околел".

Но – сразу оговорюсь: в романе "Усадьба "Медвежий Ручей"" медведь отнюдь не окажется таким вот простофилей :) Да не очень-то он будет и медведь, по совести говоря :))