Читать книгу - "Здравствуйте, я ваша ведьма Агнета. Книга 11 - Евгения Владимировна Потапова"

когда та сделает все свои дела. После заглянула туда и поморщилась.

— Сейчас я тебе памперс принесу, а то прокладки не спасут, — вздохнула она.

Медсестра вышла из палаты.

— Тебе бы травки попить, — сказала соседка, — Они быстрей помогут.

— Где же я их возьму? Да если лекарства не помогают, то травки тем более не помогут, — вздохнула Оксана.

— У меня есть крапива, — откликнулась с другой койки вторая соседка, — Давай заварю. Просто как чаек похлебаешь. На мед аллергии нет?

— Нет, — мотнула головой Оксана.

Зашумел электрический чайник. Соседки засуетились в палате. Вернулась медсестра и натянула на Оксану памперс, скинув на пол окровавленное белье.

— Мужу скажи, чтобы принес упаковку памперсов, — произнесла медсестра.

— Угу, — кивнула Оксана.

— Всё, можешь спать спокойно. Я выкину это все, все равно не отстираешь.

Медсестра подобрала кровавые тряпки с пола и вышла из палаты. Выключился электрический чайник, забулькала в чашку вода.

— Оксана, ты пока не спи, сейчас пакетик заварится, выпьешь и можешь спать, — тихонько сказала соседка, — Я тебе еще меда в чашку насыплю для улучшения самочувствия.

— Ага, — кивнула Оксана.

Голова становилась тяжелой, перед глазами мелькали мушки, а в ушах звенело. Соседкам удалось влить в нее половину стакана отвара крапивы. Оксана прикрыла глаза и постепенно провалилась в сон. Снились ей дети и огромная страшная черная птица, которая пыталась их сцапать и утащить. Оксана схватила палку и стала отгонять птицу от детей. Птица развернулась и набросилась на нее, воткнув свои страшные когти в ее грудь.

Оксана распахнула глаза и увидала перед своим лицом перекошенную от злобы страшную рожу какой-то тетки. Ее длинные спутавшиеся пакли волос свисали вниз и норовили залезть в рот, глаза, нос и уши Оксаны. Ледяные пальцы вцепились в ее горло и принялись ее душить. Оксана пыталась ее сбросить с себя, но ничего не получалось, словно паралич сковал все ее тело. Вдруг позади тетки вспыхнул огненный луч и сбил ее с Оксаны. Тетка взвыла и в одно мгновение исчезла. Оксана вдохнула полной грудью.

— Эй, ты чего? — кто-то затряс ее за плечо, — Ну же, просыпайся.

В нос кто-то сунул ароматную ватку с нашатырём. Оксана закашлялась от резкого запаха и приоткрыла глаза. Рядом с ней стояла медсестра со шприцом в одной руке и ваткой в другой.

— Очухалась, слава богу, — вздохнула она, — Скажи спасибо соседкам, что они быстро за мной сбегали.

— Спасибо, — пролепетала Оксана, — И вам тоже спасибо.

— Пожалуйста, — ответила медсестра, — Не пугай так больше, а то же я думала в реанимацию тебя отправить.

— Ты хрипела и задыхалась, и тебя всю трясло, а еще глаза закатила так страшно, — сказала соседка, — Мы уже думали, что у тебя какой приступ случился.

— Эпилепсией не страдаешь? — спросила у нее медсестра.

— Нет, никогда не было, — помотала головой Оксана.

— Это хорошо.

— Мне кошмар приснился, то птица какая-то за детьми гналась, то страшная тетка меня душила. Жесть, в общем.

Оксана свободной рукой дотронулась до горла.

— Ого, да у тебя тут следы от когтей, аж кровь из ранок выступила, — с удивлением сказала медсестра.

— Может, это я сама себя поранила во сне?

— У тебя одна рука привязана, а следы от двух больших пальцев на горле. Да уж, чего только не увидишь на работе. Сейчас я тебе всё обработаю, чтобы не кровило, — вздохнула медсестра.

Как только она вышла из палаты, одна из соседок уселась рядом с Оксаной и стала рассматривать ранки на шее.

— А на тебя никто порчу не навел? — спросила она.

Оксана с удивлением посмотрела на нее.

— К моей сестре тоже по ночам стала старуха приходить и душить ее, и тоже вот следы на шее оставались, как у тебя, — сказала соседка, — А потом сестра заболела, ее увезли в больницу. Мы с мамой пришли к ней домой, чтобы прибраться, постирать вещи, есть приготовить, и нашли под матрасом маленькую страшненькую самодельную куколку. Мама эту куколку отнесла к одной ведающей, та сказала, что на сестру сделали порчу на смерть.

— И что дальше? — спросила другая соседка. — Сняли с нее порчу?

— Вроде сняла, сестра сейчас находится уже пятый год в стойкой ремиссии, а врачи ей и полгода не давали, сказали, что четвертая степень рака не лечится, надо готовится к худшему.

— И кто же порчу навел? — спросила медсестра, которая все это время стояла в дверях.

— Ведунья сказала, что это кто-то из родственников подложил, — откликнулась соседка.

— Так и не выяснили кто? — поинтересовалась Оксана. — Может, кто помер из близких или сильно заболел?

— Бабушка мужа померла в то время. Может, это ее работа была, не знаю, а может от старости, — пожала плечами женщина, — Но если это она, то непонятно, зачем ей это надо было. Милка к ней хорошо относилась, приходила к ней, полы мыла, есть готовила, за продуктами бегала. С мужем они жили хорошо, не ругались никогда. Он зарабатывает нормально, не пьет, детей у них трое. Отличная семья. Мужик даже не сбежал, когда у нее рак четвертой степени обнаружили.

— Бабушка, наверно, считала, что внук достоин лучшего, — сказала медсестра, оттесняя от Оксаны соседку, — Сейчас я тебе шею обработаю и капельницу сниму. Отдохнешь полчасика от нее, потом снова поставлю.

— Не знаю, что она считала, но вот не ее дело, с кем внук живет, — помотала головой соседка.

— Это точно.

У Оксаны убрали капельницу, и она снова задремала. Ей снилось, что кто-то накинул на нее золотистое прозрачное покрывало.

— Оно тебя от всего защитит, — проговорил кто-то тихим голосом, — Не позволяй никому его с себя сдергивать.

— Хорошо, — кивнула Оксана.

К вечеру ей стало полегче и прекратилось кровотечение.

Глава 31–32

То одно, то другое

Дмитрий проспал у меня почти сутки. За это время я поставила на его жену защиту и чистку. На их детях пока ничего не имелось, но это был вопрос времени. От внешнего удара поставила защиту, но вот деток надо бы почистить от того, что к ним шло от родителей, и желательно при личном присутствии.

Утром заскочила к нему в летнюю кухню проведать. Он сидел на диване и устало смотрел на печку. На столе стоял пустой стакан.

— Доброго утра! Как самочувствие? — поинтересовалась я.

— Как будто по мне катком прошлись, а потом еще плиту железобетонную на голову уронили.

Он потер виски и поморщился.

— Бывает, — пожала я плечами и стала чистить печку. — Есть хочешь?

— Да как-то не очень, — помотал он головой. — Надо домой ехать, и так я у вас надолго задержался. Наверно, дольше других пациентов.

— Бывали