Читать книгу - "Непристойные предложения - Уильям Тенн"

– Да, мистер Джимм. Я планировал…

– Планировать недостаточно, Блейк. Планы – это только первый шаг. За ними должны следовать действия! Действия, Блейк; Д-Е-Й-С-Т-В-И-Я. Почему бы вам не попробовать следующий фокус: напишите красными буквами слово «действия» на табличке и повесьте ее напротив стола, чтобы видеть всякий раз, когда поднимете глаза. А на обратной стороне перечислите все свободные площади в вашем здании. Всякий раз, глядя на эту табличку, задавайте себе вопрос, сколько помещений по-прежнему перечислено на другой стороне. А затем, Блейк, действуйте!

– Да, сэр, – едва слышно ответил Блейк.

– И больше никакой ерунды по поводу законопослушных, платежеспособных арендаторов. Если они вас не тревожат, вы их не тревожите. Это приказ, Блейк.

– Я понял, мистер Джимм.

Он долго сидел, глядя на телефон. Потом встал, вышел в фойе и шагнул в лифт. В его походке была странная, непривычная беспечность, беззаботность, свойственная лишь человеку, который намеренно ослушался прямого приказа царственного главы корпорации «Веллингтон Джимм и сыновья, недвижимое имущество».

Два часа спустя он приполз обратно в кабинет, ссутулив плечи, смиренно приоткрыв рот.

Всякий раз, когда Блейк оказывался в лифте, набитом телефонными монтерами и грузчиками мебели, направлявшимися на тринадцатый этаж, тринадцатого этажа не было. Но стоило им, немного раздраженным, сменить лифт, избавившись от Блейка, – и, насколько мог сказать Блейк, они поднимались туда, куда нужно. Это было очевидно. Для него тринадцатого этажа не существовало. И, возможно, никогда не будет существовать.

В пять часов он по-прежнему мрачно размышлял о несправедливости происходящего, когда дежурные пожилые уборщицы зашли во внешний офис, чтобы отметиться.

– Которая из вас, – спросил Блейк с внезапным озарением, – которая из вас убирает тринадцатый этаж?

– Я.

Он отвел женщину в ярко-зеленой шали с бахромой в свой кабинет.

– Когда вы начали убирать тринадцатый этаж, миссис Риттер?

– Как только въехали новые арендаторы.

– Но до этого… – Он ждал, встревоженно вглядываясь в ее лицо.

Она улыбнулась, и несколько морщинок сместились.

– До этого, да пребудет с вами Господь, там не было арендаторов. Только не на тринадцатом.

– И… – настаивал он.

– И убирать было нечего.

Блейк пожал плечами и сдался. Уборщица пошла к двери. Он удержал ее за плечо.

– И какой он? – с завистью спросил Блейк. – Тринадцатый этаж?

– Такой же, как двенадцатый. И десятый. Как любой другой этаж.

– И все могут туда попасть, – пробормотал он себе под нос. – Все, кроме меня.

Блейк раздраженно понял, что говорил слишком громко. И что пожилая женщина смотрела на него, сочувственно наклонив голову.

– Может, причина в том, – мягко предположила она, – что у вас нет повода там находиться.

Он так и стоял, размышляя над ее словами, когда уборщица и ее коллеги с грохотом и стуком отправились наверх, вооруженные швабрами, вениками и металлическими ведрами.

За спиной Блейка раздались кашель и эхо кашля. Он обернулся. Мистер Тоху и мистер Боху поклонились. Точнее, сложились и разложились.

– Для указателя в вестибюле, – сказал высокий человек, вручая Блейку белую визитку. – Так нас следует вписать.