Читать книгу - "Оборотень - Игорь Григорьевич Гребенчиков"

— Я пулше за ливом… Тьфу, иттить! — от вида двух воинственно настроенных девушек Сережа запутался в словах. — За пивом я!

— Иди сюда! — зловеще пропела Света.

— Хочу напомнить, что мы на стороне добра и света! Мы не должны сражаться друг против друга, как Капитан Америка и Железный Человек! Девчонки, ну вы же не серьезно? Витек, спаси!

Макс и не думал, что дверь откроют сразу. Поэтому он терпеливо постоял еще с пару минут и повторно нажал на кнопку звонка. Дома кто-то есть, это наверняка. Волчьим слухом он слышал внутри копошение и неуверенные вздохи. Он мог бы позвонить еще раз, но знал, что это уже будет выглядеть невежливо. Наконец его терпение вознаградилось — хозяйка квартиры осторожно приоткрыла дверь.

— Вам что-то нужно? — сухо спросила она.

— Вы Маргарита Игнатьева, я правильно понимаю? — Макс включил все свое возможное дружелюбие. Выглядеть сейчас стоило максимально располагающе. Но не слишком. Чересчур открытые люди у незнакомых вызывают подозрение не меньше, чем чересчур закрытые.

— Да, а мы знакомы? — уточнила Маргарита.

— К сожалению, нет, — улыбнулся Макс. — Меня зовут Максим Семенов, Вы могли слышать о моем отце. Он…

— А, да, слышала, тот самый лесник, — Макса слегка смутило такое пренебрежительное обращение, но виду он не подал. — Что Вам нужно?

— Что ж, не буду юлить — община крайне заинтересована в поимке волка, который уже с месяц наводит ужас на местных жителей. Мы сами чувствуем себя далеко не в безопасности, несмотря на все условия, организованные моим отцом. Вашему мужу повезло, и он остался жив после нападения этого зверя. Так что я был бы очень рад поговорить с ним, выяснить хоть какие-то детали, это бы очень помогло. Никто не хочет повторения всех этих смертей. А пока волк жив — этого не избежать. Ваша помощь была бы неоценима.

Маргарита смерила взглядом гостя. Жителей общины она себе представляла совершенно иначе. Молодой человек же на пороге, если бы не небристость, выглядел весьма ухоженно и элегантно. Встреть она такого на улице — наверняка бы решила, что он из города. Или, того гляди, москвич. Да и речь его под стать внешнему виду — четкой и поставленной. Поколебавшись, она все же решилась впустить его.

— Максим, да? — переспросила Маргарита.

— Совершенно верно, — кивнул Макс.

— Максим, сразу говорю — если муж не захочет разговаривать, то я попрошу Вас уйти. Не мучайте его. Я боюсь представить, какой кошмар ему пришлось пережить.

— Я постараюсь быть тактичным ровно настолько, насколько это возможно, — заверил ее Макс.

— Верю. Проходите. Пальто можете повесить на вешалку, справа.

Поблагодарив хозяйку, Макс степенно вошел внутрь. Тут же принюхался.

— Простите, насморк, — спокойно ответил он, приметив реакцию Маргариты.

Запаха новообращенного не было. Только спирта, сигарет и рыбного супа. Значит, Игнатьева не укусили. Уже что-то хорошее.

Из дальней комнаты выбежала маленькая девчушка в обнимку с большим медведем. Она уже хотела что-то сказать, но, завидев Макса, испуганно пискнула, чем вызвала его умиление.

— Софа! — возмутилась Маргарита. — Я тебе что сказала — чтобы ты в комнате сидела и никуда не выходила!

— У меня голова болит, — тихо прошептала она.

— Я же тебе давала таблетку!

— Не помогла…

На глазах у Софы выступили маленькие слезки. Максу стало по-человечески жаль девчушку. Видно было, что не прикидывается. Он понял это по ее сердцебиению.

— Разрешите я попробую помочь? — спросил он у Маргариты.

Та лишь неопределенно пожала плечами. Максу этого было достаточно. Он аккуратно подошел к ребенку. Та сжалась от испуга, но убегать не стала.

— Не бойся, — шепнул Макс. — Я не сделаю тебе больно. Меня зовут Максим, кстати.

Он опустился на уровень ее глаз и приложил руку к ее лбу. Дождался, пока у него самого в голове начнется неприятный зуд. И тут же отпустил. Девчушка непонимающе заморгала — боль утихла.

— Лучше? — улыбнулся Макс.

— Да… — засияла Софа. — Спасибо, дядя Максим!

— Будешь булочку? — Макс слегка смутился, когда его назвали дядей. Не привык чувствовать себя взрослым. — С вишней. Мама моего друга пекла. С пылу, с жару, так сказать.

— Можно, мам? — перевела Софа взгляд на Маргариту. Та, пребывая в легком недоумении, кивнула.

Макс выудил из сумки булочку и тут же протянул Софе. Та расплылась в улыбке и, обняв неожиданно Макса, скрылась у себя в комнате.

— Как вы это… — растерянно спросила Маргарита, недоверчиво глядя вслед дочери.

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — довольно ответил Макс. — Так, Ваш муж…

— На кухне, — закончила за него Маргарита. — Вас, как я понимаю, оставить вдвоем?

— Желательно, — согласился Макс.

Женщина кивнула. Макс произвел на нее очень приятное впечатление. Было в нем что-то, что заставляло ему доверять. Может, поведение, может, манера речи. А может просто то, что он каким-то непонятным образом помог ее дочери. В любом случае, Маргарита совершенно не думала уже о том, что пожалеет, оставив мужа с этим человеком.

На пороге кухни в нос Максу тут же ударил неприятный для ликанов запах табака. Игнатьев сидел спиной к нему. По правую руку стоял наполненный стакан с водкой. Преодолев неприязнь к дыму, Макс прошел внутрь. Игнатьев сидел совершенно отреченным. Сигаретный бычок в руке уже потух минут как пять, прикинул Макс.

— Евгений Васильевич? — наконец обратился он к Игнатьеву, когда понял, что тот его, скорее всего, даже и не заметил.

Тот посмотрел на него непонимающими глазами. Он даже и не сильно удивился незнакомцу. Игнатьев был уже пьян в стельку и особо не соображал.

— Водку будешь? — монотонно спросил он.

— Воздержусь, — нахмурился Макс.

— Подожди…

Игнатьев наконец присмотрелся. Что-то усиленно пытался сообразить. Затем победно откинулся на спинку стула, будто сделал неимоверно важное открытие:

— А я тебя не знаю. Ты кто?

— Евгений Васильевич, я хочу Вам помочь, — Макс сел напротив Игнатьева. Тот заинтересованно изучал своего нового собеседника.

— И как же? — икнув, спросил он.

— Ну, для начала, Вы мне расскажете все, что видели сегодняшней ночью, — чуть ли не по слогам произнес Макс.

Игнатьев рассмеялся. Макс скрестил руки на груди и спокойно принялся ждать, пока тот успокоится. Глубоко внутри зародилось желание его просто-напросто вырубить. Но нельзя.

— Я тебе, бородатый, ничего не скажу, — наконец продолжил Игнатьев. — Я даже своей жене ничего не сказал. Почему ты думаешь, что тебе что-то… ик… скажу?

— Потому что Вы, Евгений Васильевич, до сих пор в опасности, — Макс смотрел прямо на Игнатьева, отчего у того по спине прошел легкий холодок. — И не только Вы, Ваша семья в частности.

— Это еще почему? — голос Игнатьева стал неожиданно серьезным. Почти трезвым.

— Ну, Вы же