Читать книгу - "Ларец Зла - Мартин Лэнгфилд"

— А что там?

— Вся реклама на Таймс-сквер сдохла!

— Да ты что! Думаешь, теракт?

— Понятия не имею. Сейчас пошлем кого-нибудь выяснять. Говорят, на крыше штаб-квартиры ООН возникло задымление. Там у них трансформаторы. Туда тоже надо послать человечка. Постой, постой. Мать моя! Света нет в Бруклине, Куинсе. Черт возьми, его нет даже в Бостоне! Боже правый, что творится?!

— Я еду.

Уже на пороге Роберт обернулся на Кэтрин, чтобы попрощаться с ней до вечера. Та была бледна как мел.

Когда Роберт добрался до офиса, туда уже пришло официальное заявление из полиции о том, что власти не рассматривают версию теракта как основную. Но масштаб бедствия воистину способен был произвести впечатление на кого угодно. Весь северо-восток США и несколько провинций Канады были погружены во тьму. Тысячи людей оказались запертыми в туннелях метро; в сотнях операционных и больничных палатах отказало все медицинское оборудование; в десятках населенных пунктов — особенно вблизи электростанций — уже начали готовиться к массовой эвакуации населения. Роберт, засучив рукава, взялся за работу. Он построил ее точно также, как в печальной памяти утро 11 сентября. Разослал по всему Нью-Йорку бригады репортеров, посадил в кабинеты аналитиков, к которым ежеминутно стекалась информация со всех концов страны. Затем наладил бесперебойную связь с корпунктами в других городах и в принудительном порядке отправил нескольких авторов отсыпаться, обязав их явиться на ночную смену. После чего провел совещание с техническим персоналом, отвечающим за работу аварийных источников питания.

Когда стало понятно, что это был не теракт, люди расслабились. Кто-то отправился спать прямо на улицу, кто-то устроил импровизированные вечеринки. Преступность резко снизилась. Усиленные наряды полиции исчезли. Около трех ночи Роберт захватил с собой трех репортеров, у которых не было машин, чтобы добраться до дома, и привез их в гостиницу, а Кэтрин накормила всех поздним ужином и уложила спать.

Передвигаться на четырех колесах по Манхэттену всегда было непросто, но с началом съезда республиканцев это занятие превратилось в истинную пытку. Роберт припарковался в Уэст-Сайде около Девятой авеню, добрался пешком до Таймс-сквер и оттуда уже уехал на место до Центрального вокзала. Там ему вновь пришлось прогуляться аж до здания штаб-квартиры ООН.

Выйдя на Первую авеню в конце Сорок второй улицы, он проверил телефон. Стрелка указывала налево. Роберт повернул в ту сторону и успел сделать всего несколько шагов, когда телефон сообщил ему, что он находится в непосредственной близости от места назначения. По правую руку от него высилась сине-зеленая стеклянная громада Секретариата ООН и Ист-Ривер. Прямо перед ним, посреди небольшого сквера, вонзалась в небо сверкающая серебристая игла. Позади нее виднелась кирпичная стена. Добравшись до нее, он увидел лестницу, которая вела на Сорок третью улицу, где начинался квартал Тюдор-сити. На стене красовалась мемориальная табличка, на которой золотом были выбиты строчки из Книги пророка Исайи:

И будет он судить народы, и обличит многие племена; и перекуют мечи свои на орала, и копья свои — на серпы; не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать.[31]

Стало быть, искомый пункт находился у Стены Исайи.

Роберт принялся петлять, проверяя, нет ли за ним хвоста: то резко сворачивал за угол, а потом выглядывал из-за него, то внезапно перебегал улицу или поднимал руку, делая вид, что хочет остановить такси. Расчет был прост — соглядатай, если он есть, выдаст себя в попытке не потерять его из виду. Но вскоре Роберт осознал всю тщетность и бессмысленность своих усилий. Ему вспомнились слова Хораса: «Закончились те дни, когда мы ничем не рисковали. Я просто делаю то, что должен».

Уникальный дар, данный Роберту с рождения, в существование которого он отказывался верить всю жизнь, вплоть до самого последнего времени, все-таки сумел пробиться наружу. Смысла прятаться не было. Для тех, кто понимал, что это за дар, Роберт даже в кромешной тьме был бы как на мушке. Ну что ж. Если кто-то попытается ему помешать, остановить его, то получит отпор. Во всяком случае, Роберт был готов к неожиданностям и неприятным сюрпризам.

Телефон ожил. Оказалось, что это новое текстовое сообщение от Сторожа.

Поиски что танец.

Ищи священный палец.

Не думай об утехах,

Но избеги огрехов.

Средь новых примет

Заметишь букет. У первого числа

Победа близка.

Сущее наказание —

Разума испытание.

Роберт вернулся к серебристой игле. В конце концов, это было единственное, что походило на палец. Он чем-то напоминал обелиск Эммета у часовни Святого Павла. Обратил внимание Роберт и на то, что он был установлен в сквере, который носил имя дипломата Банча.[32]

Роберт опустился на корточки и принялся внимательно рассматривать фундамент, весь заваленный цветами, свечами и записками. Здесь, напротив здания ООН, любили устраивать свои пикеты пацифисты. Разворошив эту кучу, Роберт провел ладонью по прохладному камню фундамента и задел кончиками пальцев еще один контейнер из-под фотопленки, приклеенный к фундаменту скотчем. Аккуратно отодрав его, он вскрыл контейнер. Внутри лежала записка, написанная заглавными буквами от руки. Она гласила:

ТЫ ПРОИГРЫВАЕШЬ.

— Проклятие!

Роберт принялся топтать ногами ни в чем не повинную пластмассовую капсулу и ругался при этом на чем свет стоит. Записку написала Кэтрин. Только она и Хорас знали координаты пунктов. Неужели она носит все ключи Адаму? Он заставляет ее делать это или…

Его охватил страх.

С трудом взяв себя в руки, Роберт принялся ожесточенно тереть ладонями лицо. Что ж, по крайней мере у него есть мастер-ключ — ларец Злобы. Без него Адаму не удастся привести в действие адское устройство…

Роберт вдруг понял, что до встречи с Хорасом остается всего несколько минут. Вернувшись на Сорок вторую улицу, он повернул направо и пошел вперед, ориентируясь по высотке Крайслер-билдинг, рубчатый шпиль которой напоминал ему рог древнего динозавра. Как-то они гуляли по этой улице с Хорасом, и тот рассказал Роберту много нового о самых известных нью-йоркских небоскребах, мимо которых они проходили: Ньюс-билдинг, Крайслер-билдинг, Шанин-билдинг. Хорас тогда сказал, что в прежние времена со смотровой площадки Крайслер-билдинг открывался чудесный вид на город, но потом ее закрыли. Упоминал он и легендарный «Клауд-клуб», расположенный на одном из верхних этажей. Впрочем, это была не самая высокая точка здания, на которой Хорасу доводилось бывать.

— Там, на самом верху, гуляют стихии. Ветер налетает резкими порывами. Возникает ощущение, что здание вот-вот рухнет, но это иллюзия. Сейчас мало кто помнит об этом, но в старые времена был культовый фильм «Q», некоторые сцены которого снимались на том шпиле. Вошла в фильм и страшилка о том, что на шпиле свила гнездо волшебная змея Кецалькоатль, которая днем парит над крышами и пожирает тех, кто отваживается на них загорать.