Читать книгу - "Красный кролик - Том Клэнси"

— Юрий Владимирович, не может ли КГБ отвести от нас эту угрозу? — спросил Брежнев.

«Как легко он поддается внушению,» — с признательностью подумал Андропов.

— Отвести угрозу можно, устранив человека, от которого она исходит, — ровным, спокойным голосом произнес председатель Комитета государственной безопасности.

— Физически уничтожить? — спросил Устинов.

— Да, Дмитрий.

— Каковы возможные осложнения? — тотчас же спросил министр иностранных дел.

Дипломатов всегда в первую очередь интересуют такие вопросы.

— Полностью устранить их мы не сможем, однако в наших силах держать их под контролем. Мои люди выдвинули общий план операции, заключающийся в том, что папу римского застрелят во время одного из появлений на людях. Я захватил с собой своего помощника полковника Рождественского, чтобы он вкратце ввел вас в курс дела. Вы позволите, товарищи? — Присутствующие дружно закивали. — Андропов обернулся. — Алексей Николаевич, прошу.

— Товарищи! — Поднявшись с места, полковник Рождественский направился к трибуне, пытаясь совладать с трясущимися коленями. — Эта операция не имеет кодового названия и не будет его иметь по соображениям безопасности. Каждую среду папа римский появляется на людях. Обычно он проезжает по площади Святого Петра в открытой машине, не оборудованной никакими средствами защиты, на расстоянии трех — четырех метров от «великого множества народов».

Алексей Николаевич тщательно подобрал слова. Все сидящие за этим столом разбирались в библейской терминологии. Даже в Советском Союзе каждый человек с детства постигал основы христианской религии — в достаточной степени хотя бы для того, чтобы ее презирать.

— Далее вопрос стоит в том, как провести человека, вооруженного пистолетом, в первый ряд толпы, чтобы он смог сделать выстрел с достаточно близкого расстояния — ибо только в этом случае вероятность успеха может быть достаточно высокой.

— Только «достаточно высокой»? — резко спросил министр внутренних дел. — Разве нельзя обеспечить абсолютный успех?

Рождественскому пришлось приложить все силы для того, чтобы не сникнуть.

— Товарищ министр, нам редко приходится иметь дело с абсолютными категориями. Даже опытный стрелок из пистолета не может гарантировать стопроцентное попадание в движущуюся цель, а тактическая обстановка не позволит исполнителю тщательно прицелиться. Ему придется быстро выхватывать пистолет из потайного места и стрелять. Он успеет сделать два, максимум, три выстрела, прежде чем толпа набросится на него. В этот момент второй человек убьет непосредственного исполнителя выстрелом в спину из оружия с глушителем — после чего сам покинет место. В руки итальянской полиции не попадет никто из тех, кто смог бы что-то рассказать. Для данной операции мы воспользуемся помощью наших болгарских товарищей, которые найдут непосредственного исполнителя, доставят его на место, а затем уничтожат.

— А как наш болгарский товарищ обеспечит свой собственный отход в данной обстановке? — спросил Брежнев.

Андропов понял, что Леонид Ильич, хорошо разбирающийся в огнестрельном оружии, не стал останавливаться на чисто технических вопросах.

— Следует ожидать, что толпа сосредоточится вокруг исполнителя и не обратит внимания на последующие выстрелы. Они будут практически бесшумными и обязательно потонут в гуле толпы. Наш человек просто отойдет назад, а затем спокойно покинет место.

— У этого человека есть фамилия? — спросил Александров.

— Да, товарищ секретарь, и если вы хотите, я могу вам ее сообщить, однако по соображениям безопасности…

— Совершенно верно, полковник, — остановил Рождественского маршал Устинов. — На самом деле нас ведь не интересует фамилия этого человека, не так ли, товарищи?

Сидящие за столом дружно закивали. Для них секретность была такой же естественной, как и справление малой нужды.

— А почему не привлечь снайпера? — спросил министр внутренних дел.

— Это увеличит риск. Здания, окружающие площадь, патрулируются службой безопасности Ватикана, швейцарскими наемниками и…

— А эти швейцарцы хорошо знают свое дело? — спросил кто-то.

— Насколько хорошо надо знать свое дело, чтобы, увидев человека со снайперской винтовкой, поднять тревогу? — рассудительно спросил Рождественский. — Товарищи, разрабатывая подобную операцию, необходимо учитывать все переменные факторы. Излишнее усложнение может стать очень опасным врагом. В соответствии с нашим планом достаточно будет лишь внедрить двоих людей в многотысячную толпу. Далее встает вопрос о том, чтобы сделать выстрел. Спрятать пистолет в свободной одежде не составит никакого труда. Тех, кто проходит на площадь, не обыскивают и не пропускают через металлодетекторы. Нет, товарищи, предложенный план является лучшим из всего того, что мы рассмотрели, — если только, конечно, не направить в папскую резиденцию взвод спецназа. В этом случае, несомненно, успех будет полностью гарантирован, однако такая операция однозначно укажет на нас. А в том, что предлагаем мы, — если наш план будет принят — будут задействованы всего два человека, из которых останется в живых только один, причем ему практически наверняка удастся беспрепятственно уйти.

— Насколько надежны участники? — спросил председатель Комитета партийного контроля.

— Болгарский офицер, о котором идет речь, лично устранил восемь человек, и у него хорошие связи с турецким преступным миром, где он и завербует непосредственного исполнителя.

— Турка? — спросил министр внутренних дел.

— Да, мусульманина, — подтвердил Андропов. — Если вину за это покушение удастся свалить на последователя пророка Мохаммеда из Турции, нам же лучше. Вы согласны?

— По крайней мере, хуже нам так определенно не будет, — подтвердил министр иностранных дел. — Больше того, возможно, после этого преступления ислам предстанет перед Западным миром с варварским лицом. Америка усилит поддержку Израиля, что выведет из себя мусульманские страны, у которых она покупает нефть. По-моему, решение получается очень изящным. Мне это по душе, Юрий.

— Итак, сложность операции полностью ограничивается ее последствиями, — подвел итог Устинов, — но никак не собственно исполнением.

— Совершенно верно, Дмитрий, — подтвердил Андропов.

— Какова вероятность того, что эта операция укажет на нас? — спросил первый секретарь ЦК компартии Украины.

— Если мы оставим после себя только мертвого турка, установить какую-либо связь будет крайне трудно, — ответил председатель КГБ. — Эта операция не имеет кодового названия. Число посвященных в нее — меньше двадцати человек, большинство из которых присутствует сейчас в этой комнате. Никаких письменных архивов не будет. Товарищи, режим секретности должен быть абсолютно строжайшим. Я должен просить вас не говорить никому ни слова о том, что мы здесь сейчас обсуждали. Ни женам, ни секретарям, ни помощникам. Только в этом случае мы сможем исключить любые утечки. Необходимо помнить, что спецслужбы западных государств постоянно пытаются проникнуть в наши секреты. В данном случае нельзя допустить, чтобы это произошло.