Читать книгу - "Три вокзала - Мартин Круз Смит"

Раны заживали две недели, но он не тратил время впустую. Он сел на пригородный поезд, на котором Ренко ездил утром на работу и возвращался вечером, когда его восстановили в прокуратуре. Сначала он держался от Ренко в дальнем конце вагона, чтобы дать себе освоиться и привыкнуть. Он приметил, какую книгу читал Ренко, и купил другую книгу того же автора. Книга была пустяковой, но он понял, какие того интересуют темы. День спустя он уже обсуждал с ним романы.

Безопасность в прокуратуре тоже была видимостью. Однажды он пришел туда в униформе курьера с какой-то упаковкой, которую нужно было обязательно «передать лично в руки» Аркадию Ренко. У него появился его адрес — городской и деревенский. У него зуб на Ренко, который обвел всех вокруг пальца. Ну, просто певчий в хоре, — правда, настоящие певчие не убивают людей.

Он принял некоторые меры предосторожности. Покрасил волосы под седину, поставил металлические коронки на передние зубы. Эти две особенности люди обычно запоминали сразу. Волосы и зубы.

Часть дороги до дачи они прошли вместе. Он за гроши снял комнату по соседству. У него даже была легенда: высокое кровяное давление, почему врач и посоветовал ему переехать куда-нибудь, где есть свежий воздух и водоем. Отдых в деревне будет лучшим лекарством. Ренко показал пруд — он был достаточно большим, чтобы использовать на нем лодку и пластмассовую байдарку — они обе лежали вверх тормашками на приколе…

С Ренко были связаны четыре человека. Теперь он должен был их объединить и взять разом. Ему нравилось решать такие загадки. Ему была по душе задача о козе, цыпленке и лисе, которых надо перевезти через реку в одной лодке. Он должен был учесть множество разных обстоятельств. Сначала надо было устранить Ренко, потом мальчишку с бабой. На самом деле это означало, что добраться нужно только до одного Ренко.

В деревне был магазин, который продавал дачникам инструменты в рассрочку. Он купил лопату, косу и точильный камень. Он взмахивал косой и слушал, как она свистит — этот звук вселял в него чувство уверенности. Ему стали надоедать долгие разговоры в поезде и собственное деланное дружелюбие. Улыбка сводила лицо судорогой.

Обозначился и крайний срок исполнения задуманного. Ренко рассказал ему, что в конце недели они вернутся в город. Он внимательно изучил дачу Ренко. Его почти застукал внимательный сосед. Ренко пригласил на прощальный ужин. Он решил отказаться, посчитав это ловушкой, но наблюдал за всеми в бинокль.

Аркадий вычислил его при самой первой встрече: он показался настоящим шакалом, пытающимся скрыться среди декоративных собачек. У него были резкие, как бы недоделанные черты лица, большие, тяжелые и умелые руки. Он сказал, что его зовут Яков Лозовский, инженер из Москвы, проводит отпуск один. Аркадий проверил по базе «Якова Лозовского» и выяснил, что инженер с таким именем действительно существовал, и он в отпуске. Однако теперь Аркадий стал постоянно носить пистолет и позвал Виктора на подмогу.

Аркадий находился в оплачиваемом отпуске. Никакой формальной процедуры восстановления в должности не было — его просто перевели на место помощника заместителя прокурора — теперь он работал у Гендлера. С тех пор, как его восстановили, Зурин стал относиться к следователю с большим вниманием, будто они оба боролись за «правду», но каждый делал это по-своему. Зурин стал пользоваться большим авторитетом за поимку и обезвреживание серийного убийцы…

Проблема состояла в том — остаться на даче или вернуться в город. Внезапное изменение сложившейся ситуации могло быть куда более опасным, чем спланированное отступление. Мая называла его «охотником» и утверждала, что он никогда не отстанет. Она всегда будет жить в страхе. Аня говорила, что она уже однажды умерла, поэтому ей нечего терять. Женя стремился выступать в роли защитника в глазах Маи. Аркадий предупреждал, что они должны будут обойтись без сотовых, потому что на даче не было доступа к сети, не было даже обычного городского телефона, так что помочь он в любом случае не смог бы — слишком далеко.

Они чувствовали, когда «охотник» бродил в темноте. В любой осаде успех приносит только терпение. У Якова Лозовского не было судимости, он не нарушал никаких законов. Но с его появлением во всех поселился страх — приступы клаустрофобии и желание покинуть дом. Днем Аня была резка с Аркадием. Ночью, в постели, она прижималась к его спине и требовала внимания.

Когда Яков вошел с топором на задний двор, дома были только Мая и Женя. Он был человеком широкого телосложения, который всю жизнь занимался физическим трудом. Как-то, во время колки дров, он снял рубашку. На плече отчетливо был виден грубо залеченный след от пули. Мая скрылась за углом — с глаз долой.

— Кто дома?

— Вокруг люди, — сказал Женя. Но уже не мог справиться с дрожью. Он помнил, как Яков ехал в универсале и размахивал фотографией Маи и предлагал за нее награду.

— Вокруг чего?

— Вокруг нас.

— Теперь — вопрос. Вам нужны дрова?

— Нет, спасибо, — ответил Женя.

— Мне это не сложно. — Яков указал на бревна, сложенные штабелем у задней двери. Он поставил самую большую чурку и расколол ее одним ударом — легко, как будто сломал зубочистку.

— Я все сделаю очень быстро. Никто даже не узнает, что я здесь был. Не хочешь? Ты уверен?

— Я уверен, — сказал Женя.

— Ладно, я только хотел помочь. Сегодня вечером будет ливень. Отлично для урожая.

Вернувшись, Яков нарисовал план дачи, все точки на подступах — окна и двери, печка, дорога, лодки на причале, открытые для обзора пространства. Потом он сел и стал ждать дождя.

Дождь был прекрасен, он просто тихо лил — даже молний не было. Друг Ренко наблюдал за ним, сидя в «Ладе» неподалеку. Место не имело значения. Человек, назвавшийся Яковом Лозовским, плыл через пруд к наименее защищенной стороне дачи. В костюме для подводного плавания он был почти невидим. Он нес водонепроницаемый мешок, две дымовые гранаты и противогаз с огромными «глазами» и уплотнителем из силикона. К ноге был прикреплен боевой десантный нож — им можно не только крошить, но и колоть. Он затаился и с точки между лодкой и байдаркой наблюдал за дачей Аркадия до тех пор, пока свет в соседних домах выключался один за другим. Когда погас последний огонек, Яков медленно стал подниматься из воды…

Аркадий вжался в темноту — вода излучала тепло. Рука мужчины мощно сжала лодыжку — он ударил изо всех сил и потерял нож. Пришлось отойти назад, где глубже — устоять в воде на такой глубине, да еще на мягком, пружинящем дне было трудно. Яков схватил Аркадия за пояс и навалился на него сзади, слегка качнулся. «Выхватил нож», — подумал Аркадий. Яков был настоящим профессионалом. Аркадий услышал крик Виктора с передней стороны дома — слишком далеко. Женя спрыгнул с причала, но он толком не умел плавать.

Якова отвлекла Мая — она стояла в свете фонаря у края водоема. Это была та самая малолетняя проститутка, которую он преследовал и почти уже схватил. От ее фонаря по воде тянулась золотая дорожка. Все, что он должен был делать — следовать за отражением.