Читать книгу - "В смертельной опасности - Сергей Майдуков"

Перед смертью водитель «Лендмарка» даже не успел испугаться. Он вообще не понял, что сейчас погибнет. Как и его спутники, один на переднем сиденье, другой на заднем.

Все трое отслужили в десантных войсках, отлично стреляли, владели приемами рукопашного боя. Задание преследовать «Ниссан» и вынудить его двигаться с предельной скоростью было ответственным, но несложным, в сравнении с теми, что доводилось выполнять Дубинину, Коробкову и Пантелееву раньше.

Машину вел Дубинин. Двое остальных просто наблюдали.

Они не знали, на кого охотятся и зачем. Их это не касалось. Они не испытывали к своим жертвам ни ненависти, ни жалости. Каждый имел несколько трупов на своем счету. Никого из них угрызения совести не мучали, кошмары с мальчиками кровавыми не терзали. Работа есть работа. Мужская, немногословная, порой опасная.

— Поднажми, — сказал Коробков Дубинину, когда получил инструкции по рации. — Пусть «Ниссан» на полном ходу спускается. Внизу шипы протянут, и все дела. Отъездился Шумахер.

Одновременно с ними парни из «Хюндая» тоже увеличили скорость. Теперь обе машины гнали беглеца вниз по склону, демонстрируя готовность пойти на обгон, но не делая этого. Тактика психологического давления сработала. «Ниссан» рванул вперед, уходя от погони и не подозревая, что ожидает его в ложбине между холмами.

— В конце спуска попридержи лошадей, — посоветовал Пантелеев Дубинину. — А то врежемся.

— Не учи ученого, — огрызнулся Дубинин, но не зло, а весело, предчувствуя славную мужскую потеху.

Он был человеком отважным, решительным и обладал великолепной, почти сверхъестественной реакцией. Эти качества его и погубили. Увидев, что «Ниссан» решил оторваться от погони, он не задумывался. Его руки машинально повернули руль влево, чтобы повторить маневр. Проблема Дубинина и его спутников состояла в том, что они повернули с секундным опозданием. За это время встречный грузовик успел преодолеть те самые семнадцать метров, в которые уложился «Ниссан». Вторая машина не проскочила.

Дубинин увидел, что в кабине внезапно потемнело, инстинктивно напрягся и в этом последнем, отчаянном напряжении ощутил, как его, товарищей и машину сминает ревущая махина.

Из пролетевшего мимо «Хюндая» ничего толком не разглядели. Внутри находилось двое — Кулибин и Орехов, известные в своих кругах как Бобер и Орех. Эти парни День десантника не отмечали, ограничиваясь празднованиями своих дней рождений, Нового года и так далее, по списку. Бобер провел в СИЗО полтора месяца и гордился этим фактом своей биографии. Ореха задерживали дважды, но через пару дней отпускали, однако он сочинил себе тюремное прошлое и знал множество баек из жизни зэков, которыми потчевал легковерных слушателей.

Но по сути своей, по натуре, образу мышления и прочим параметрам Бобер и Орех оставались всё теми же начинающими боксерами, которыми их однажды подобрали. Оба одевались соответствующим образом, смотрели фильмы, снимавшиеся специально для таких, как они, уважали пивасик и баловались водочкой, но меру знали, потому что пьянство в их кругу не поощрялось. Бобер мастерски готовил шашлык, мог сбить любого с ног неожиданным крюком слева и увлекался компьютерными играми. Орех, наоборот, с компьютером не дружил, бил с правой и лучшим лакомством считал сибирские пельмени со сметанкой.

Несмотря на то, что они были такими разными людьми, между ними образовалось что-то вроде дружбы и товарищеской взаимовыручки. В критических ситуациях эти двое понимали друг друга с полуслова. Вот и сейчас, когда, оглянувшись, Орех крикнул: «Песец нашим», — Бобру не нужно было повторять дважды. Не стал он ждать, пока напарник свяжется с командиром и запросит новых инструкций.