Читать книгу - "Добро пожаловать домой - Арно Штробель"

спать в её новой, пока ещё временно обставленной детской. Девочка так устала, что уснула уже через несколько минут.

Примерно три часа спустя Марко и Инес закончили обустраивать самые необходимые комнаты и теперь решили выпить в гостиной по бокалу белого вина. Бутылку Марко специально оставил в холодильнике ещё во время их прошлого приезда.

Вскоре Марко стоял в ванной перед раковиной и рассматривал себя в зеркале. В тёмно-русых, сейчас слегка отросших волосах, к счастью, не было ни следа седины, чем он, будучи почти сорокалетним, гордился. На гладко выбритом лице лишь возле глаз виднелись мелкие морщинки, расходившиеся веером.

Он улыбнулся своему отражению.

Вот так, значит, выглядит новоиспечённый домовладелец.

Довольный, он лёг в постель рядом с Инес. Марко предвкушал первую ночь в собственном доме.

Как всегда, Джеймс без всяких церемоний свернулся клубком у них в ногах.

— Первая ночь в собственном доме, — сказал Марко, выключив свет, и повернулся к жене. — Я ужасно устал, но при этом так взволнован, как, наверное, не был с самого детства.

— Понимаю, о чём ты. У меня почти то же самое.

— Ты счастлива?

— Очень, — ответила Инес, придвинулась ближе и уютно устроилась у него под боком. — И очень устала.

Вскоре они уснули.

Марко разбудил звук, который он не сразу сумел распознать. Несколько секунд он озадаченно вглядывался в темноту, пока не вспомнил, что лежит в спальне их нового дома, а звук издаёт Джеймс.

Лабрадудль глухо рычал — Марко ещё никогда не слышал от него ничего подобного. Рычание казалось зловещим и опасным.

Марко протянул руку и принялся искать выключатель на шарообразной прикроватной лампе. Когда он наконец нащупал его и нажал, не произошло…

Ничего.

ГЛАВА 2

Марко попробовал снова, несколько раз щёлкнув выключателем, но свет так и не загорелся. Джеймс опять зарычал.

— Джеймс, — прошипел Марко, — тихо.

Рядом послышался шорох, но, судя по всему, Инес лишь повернулась на другой бок и продолжала спать. Марко спустил ноги с кровати, взял с прикроватной тумбочки телефон, увидел, что уже три часа шесть минут, и включил фонарик. Когда луч осветил Джеймса, тот прищурился и посмотрел на хозяина, оскалив зубы. Таким Марко его ещё не видел.

Он обвёл спальню лучом фонарика, затем встал. Джеймс спрыгнул с кровати и последовал за ним.

В коридоре Марко нажал на выключатель, но и здесь свет не загорелся. В этот момент ему показалось, что внизу раздался тихий глухой звук. Он замер, задержав дыхание, и напряжённо прислушался, но звук не повторился.

В слабом свете телефонного фонарика Джеймс смотрел на лестницу. Хвост у него был поднят, шерсть на загривке встала дыбом. Он снова зарычал.

Охваченный тревогой, Марко подошёл к детской, толкнул приоткрытую дверь и поднял телефон, чтобы увидеть Эмилию в кровати. Девочка крепко спала. Марко плотно закрыл дверь и отвернулся. Когда он начал спускаться, Джеймс пронёсся мимо и исчез за пределами светового круга.

Электрощиток находился в небольшой кладовке под лестницей на первом этаже. Марко посветил внутрь и сразу увидел, что вводной автомат выбило. Он поднял рычажок и нажал на выключатель в коридоре. Встроенные точечные светильники загорелись.

— Странно, — пробормотал Марко.

Он прошёл в гостиную-столовую и убедился, что раздвижная дверь, ведущая в сад, заперта. Затем проверил дверь в гараж и входную дверь. Обе были закрыты на замок.

Когда Марко спускался в подвал, Джеймс снова пронёсся мимо. Вместе они осмотрели четыре помещения: два пустовали, ещё два были заставлены коробками с вещами. Здесь, как и на первом этаже, под лестницей имелся чулан, но и он оказался пуст.

Покачав головой, Марко повернул обратно. Чего он ожидал? Увидеть привидение?

Он поднялся наверх и выключил свет в коридоре. Джеймс, явно успокоившись, потрусил за ним в спальню и снова свернулся у изножья кровати.

Некоторое время Марко размышлял, почему могло выбить вводной автомат. Если это повторится, он позвонит в компанию, построившую весь посёлок, и попросит прислать электрика. В новом доме такого происходить не должно.

Потом он вспомнил рычание Джеймса, разбудившее его, но объяснения так и не нашёл. Может быть, пёс тоже услышал какой-то звук и поэтому зарычал?

Марко натянул одеяло до подбородка и повернулся на бок. Дом совсем новый, строительные материалы ещё могут давать усадку, успокоил он себя. Возможно, в этом и заключалась причина.

Он ещё раз вслушался в тишину и вскоре снова уснул.

Открыв глаза, Марко увидел улыбающееся лицо дочери.

— Папа проснулся! — радостно объявила Эмилия и в награду чмокнула его в щёку мокрыми губами.

— Доброе утро, соня, — весело сказала Инес, стоявшая за ней. — Ну как тебе первая ночь в нашем новом доме?

— Если не считать одного происшествия, вполне нормально.

Инес вопросительно посмотрела на него, и Марко рассказал, что случилось ночью. О глухом звуке он, однако, умолчал. Он слишком хорошо знал жену: расскажи он об этом, и следующие несколько ночей она не сомкнула бы глаз.

— Странно. А какая тут связь? Автомат выбило, а Джеймс зарычал?

Марко пожал плечами.

— Понятия не имею. Но, что бы это ни вызвало, надеюсь, больше такого не повторится.

Взглянув на телефон и увидев, что уже без десяти девять, он спросил:

— Ты с Джеймсом уже гуляла?

— Да, но совсем недолго. Идёт дождь, и ему совершенно не хотелось долго ходить.

Марко кивнул и погладил Эмилию по голове.

— Позже я ещё раз с ним выйду. А сейчас будем завтракать.

Был вторник. Первый рабочий день Марко в должности инженера по измерительной технике в новой компании, располагавшейся в соседнем Лоре-на-Майне, предстоял лишь в следующий понедельник. Оставшиеся свободные дни он хотел использовать, чтобы как можно лучше обустроить дом.

Когда в десять часов раздался звонок и Марко открыл дверь, на пороге стояли Маннштайны.

— Доброе утро, дорогие соседи! — с воодушевлением произнесла Йоханна Маннштайн и указала на своего темноволосого худощавого спутника. — Это мой муж Гвидо. Я уже рассказала ему, какие вы милые и какая у вас очаровательная дочка.

— Здравствуйте, очень приятно, — с улыбкой сказал Марко и протянул Гвидо руку.

— Да, мне тоже, — тихо ответил Гвидо Маннштайн и вложил свою ладонь в руку Марко.

Ладонь была вялой и мягкой — рукопожатием это назвать было трудно. Гвидо лишь на мгновение взглянул Марко в глаза, а затем опустил взгляд.

Йоханна подняла тканевую сумку, которую держала в левой руке.

— Как и обещала,