Читать книгу - "Высокое погружение - Марина Даркевич"

Тилляев отбивался в полную силу, признавая, что Света превосходно фехтует, пусть немного хаотично, а потому непредсказуемо. И это, кстати, мешало ему предугадать смену тактики. Но он уже понял, что на серии выпадов, переходящих в натиск, Севостьянова забывает о защите. Поэтому он, дождавшись очередной атаки, с размаха ткнул шариком в живот Светлане, попав чуть ниже красного пояска.

– Три с половиной к двум в мою пользу, – объявил Денис.

Света, слегка запыхавшаяся, раскрасневшаяся, свернула клинок рапиры полукольцом.

– Откуда ещё половина взялась? – недоумённо спросила она.

– А это в самом начале было, – засмеялся Тилляев и вновь коснулся рапирой плеча Светы.

Севостьянова перебросила свою рапиру в левую руку и на секунду прижала клинок к себе ладонью. Юноша и женщина встретились взглядами.

– Что я вижу! – раздался голос Дедова. – То ли дуэль, то ли посвящение в рыцари…

– Я показывала Денису мастер-класс, – мягко произнесла Светлана.

– А где свечи? – спросил Константин.

– Какие ещё свечи? – не поняла Света.

– Обыкновенные. Был у нас в Художественном главный режиссёр, фамилия – Сулло. Вот уж точно шпажист от Бога. Ему зажигали в подсвечнике пять свечей в ряд, он их гасил одним взмахом.

– Ты об этом не рассказывал, – проговорила Севостьянова.

– Так я много чего не рассказывал, – усмехнулся Дедов.

– Думаю, я бы сумела повторить этот трюк, – подумав, заявила Света и покосилась на Дениса.

– Да? – поднял брови Дедов.

– Это вызов? – решил уточнить Денис.

– Вроде того.

– Принимаю! – сказал юноша.

– Так. Всё, теперь никто из вас ни шагу назад! – заговорил Константин. –Сейчас перед вторым прогоном покажете, что вы умеете. Я просто обязан это увидеть.

– Отступать поздно, – усмехнулся Денис. В своих силах он был уверен, потому что точно такой фокус уже проделывал несколько раз, неизменно срывая аплодисменты у труппы Русского национального. Разумеется, тренироваться ему пришлось весьма долго.

Света тоже улыбнулась, и не менее вызывающе. Обогнавший их Дедов заявил отдыхающим в зале актёрам, что сейчас Севостьянова и Тилляев будут показывать трюки с рапирами. Все задействованные в спектакле оживились, кроме разве что Розы. Для своего разбойничьего амплуа она фехтовала весьма средне.

Меликян притащил подсвечник из той же бутафорской подсобки. Подравнивая, начал устанавливать в чашки пять свечей, которые стянул у завхоза. То был не реквизит, а весьма необходимые вещи. После Перестройки в городе частенько отключали электричество, и свечи иной раз выручали. На тот же случай у осветителей всегда имелись керосиновые фонари. Дедов невесело шутил, что вернулись двадцатые годы.

– На что-то будем спорить? – поинтересовался Денис.

– А давай, – согласилась Света. – Только сделаем так. Приз получает проигравший. На усмотрение победителя.

– Это почему? – удивился Денис.

– Потому что я так решила, – сказала Севостьянова, изобразив надменную королеву и подчеркнув слово «я».

– Это очень веский аргумент, – захохотал Арсен.

– Так, ну а мы будем ставки делать? – заинтересовался Соболев, ярый преферансист. К тому же он раньше частенько просаживал приличные суммы на бегах, пока в девяностом году городской ипподром не прекратил своё существование по причине банкротства (а точнее – незаконной продажи директором лошадей частным лицам).

– Ты на кого будешь ставить? – спросила Наталия Евстафьева, тоже весьма азартная дама.

– На Дениску, – ответил Алексей.

Объяснять он не стал, но Наталия слышала про принцип Соболева: он никогда не ставил на жокеев и возниц женского пола, всегда уточняя во время заездов на ипподроме, кто именно будет править лошадью.

– Символически, по пять тысяч, – предложила Евстафьева.

– Если не долларов, то принимается, – ответил Соболев.

Спорщики церемонно пожали друг другу руки.

Больше никто пари заключать не стал, все ждали, что будет. Свечи были выровнены по длине и зажжены. Денис и Света одновременно предложили друг другу первым показать трюк. Но после небольшой церемонии Тилляев отодвинулся назад и в сторону.

Севостьянова, ступая мягко, точно кошка, обошла полукругом подсвечник, выбирая точку опоры. Затем, найдя место, приняла удобную стойку, расставив ноги, и медленно подняла рапиру. Все стихли. Чуть слышно скрипнул настил сцены под ногой женщины. Света приметилась, поднеся клинок к левому огоньку, затем отвела руку в сторону и размахнулась в три четверти круга. Короткий свист – и над всеми пятью свечками тут же поднялись тонкие струйки дыма. Язычки пламени были сбиты одним стремительным движением. Светлана обернулась к зрителям, сняла несуществующую шляпу и поклонилась в глубоком реверансе. Послышались искренние аплодисменты и нестройные восклицания. Севостьянова сумела удивить коллег.

– Вот это да, – ахнул Меликян.

– Впечатляет, – неохотно заметила Афонина.

– Я такого от тебя ещё не видел, – признался Дедов.

– Так я много чего ещё не показывала, – улыбнулась женщина.

– С тебя причитается, – не преминула напомнить Наталия Алексею. Тот хмыкнул.

– А если будет ничья? – сказал он, подумав пару секунд.

– Денис, твоя очередь, – произнёс Арсен, поднося зажигалку к свечам.

Тилляев тоже некоторое время подыскивал место, взвешивая в руке рапиру и выбирая направление взмаха. В зале вновь воцарилась тишина, до ушей Дениса донёсся неровный вздох. И ему сразу же стало понятно, чей. И что он минуту назад вздохнул так же, глядя на застывшую перед замахом Светлану. Мысленно желая ей удачи.

Он не сомневался, что Света сейчас тоже переживает. За исход спора? Или за него? А может, у неё азарт совсем другого рода?.. Юноша вдруг подумал, а не специально ли женщина поддалась ему несколько минут назад, открывшись для укола при своей последней атаке?

Он сделал взмах, и рапира ещё рассекала воздух, когда Денис понял, что продул. Он сумел погасить три средние свечи. На крайней левой пламя лишь колыхнулось, а правая от удара соскочила с подсвечника и покатилась по сцене, роняя на пол горячие капли парафина.

– Незачёт, – негромко произнёс Константин. – Впрочем, всё равно хорошо получилось.

Жидких аплодисментов Денис удостоился, пока смущённо натягивал толстовку. И торжествующей улыбки Евстафьевой, поставившей на Севостьянову. Сама же Света подошла к Тилляеву и слегка потрепала его по плечу.

– Поощрительный приз за мной, – негромко сказала она.

*  *  *

Большой зал Дворца культуры встретил Эсона и Махмуда оглушительной музыкой и ритмичными аплодисментами собравшейся здесь толпы, на две трети состоящей из женщин разного возраста. Парни озадаченно озирались. Они немного опоздали, но на входе им никто вопросов задавать не стал – в вестибюле не имелось вообще никакой охраны. Вечер в ДК был выкуплен директрисой нижнеманского кластера компании «Гербалайф», хотя сама она очередную шумную презентацию не почтила своим присутствием. Как любая мультиуровневая коммерция, «Гербалайф» в те дни дошёл до тупиковой точки в плане распространения, и потому во многих странах, даже сравнительно развитых, почти одновременно начали устраивать подобные шоу с целью выстроить последний, нижний уровень потребителей. Тогда как прежде фирма была куда плотнее закрытой, ориентированной на значительно менее широкие (и более богатые) круги населения.