Читать книгу - "Никто не знает - Мэри Джейн Кларк"

Касси бросила взгляд на зеленые воды бухты.

— Здесь место достаточно опасное, мистер Дозье. Практически, вы находитесь у самой воды.

— Это издержки расположения. Сегодня, как и в двадцатые годы двадцатого века, когда Джон Ринглинг обосновался здесь, участки береговой линии ценятся очень высоко. Это недвижимое имущество. Большинство из тех, кто может себе позволить купить или построить дом на берегу, соглашаются на риск оказаться под ударом шторма.

Что еще могла она спросить? Это будет малая часть репортажа о подготовке к буре. Вечером они предложат материал в «Вечерние новости». Они могут использовать разумное высказывание экскурсовода о людях, которые согласны на риск оказаться под ударом стихии ради удовольствия жить на берегу. Либо они могут включить мнение, что можно не спешить, пока прогноз не совсем плохой. Но в любом случае, довольно с них Энтони Дозье.

Касси увидела Сарджа Такера, и тут же поняла, что пошла впереди Лероя и Феликса к фасаду особняка. Импресарио разговаривал с одним из рабочих, разбиравших сцену. Он заметил ее, прежде чем она успела повернуть назад. Когда он подошел, Касси не заметила той приветливости, которой сияло его лицо накануне.

— Закончили беседовать с карликом? — презрительно усмехнулся он.

Касси не ответила на пренебрежительное замечание.

— Я поднялся ни свет ни заря посмотреть программу «Вести», но там и слова не было о моих парнях, — заявил Сардж.

Черт побери! Не хватало ей выслушивать нарекания, когда ответ должен держать Лерой. Это была его блестящая идея, а никак не ее.

— Сожалею, мистер Такер. Но так иногда случается. Мы не можем обещать, что материал обязательно попадет в эфир.

Сардж был тертый калач, и провести его было трудно.

— Думаю, что меня просто водили за нос, вот и все. Вы и не собирались пускать материал в эфир.

Он был прав. И Касси не хотелось больше оправдываться за обман, придуманный Лероем. Но в то же время это было частью игры. Импресарио постоянно старались приглашать на концерты своих клиентов, как известных, так и не очень, чтобы они появились на телеэкране. Иногда им это удавалось, а бывало, что и нет. Гарантий никто не давал. Сардж Такер не мог этого не знать.

— Я могу только принести свои извинения, мистер Такер.

Последовала неловкая пауза, и Касси пошла дальше к машине. Но тут ее окликнул Сардж:

— Какая прескверная история, — он повел подбородком в сторону окруженного лентой розария.

— Это точно. А вы знали убитого?

— Не сказал бы, что очень хорошо, — ответил Сардж, теребя одну из своих золотых цепочек, — но время от времени я наведывался в его магазин. Безусловно, жаль, что его убили, но в связи с этим о нашем концерте написали на первой полосе газеты и по местному телевидению в выпуске новостей о нем также упомянули. Знаете, как говорят, — хитро подмигнул Сардж, — плохая известность, дурная слава лучше безвестности.

— Знаю, что так говорят, но у меня иное мнение на этот счет.

«Ну и делец», — подумала Касси и с чувством отвращения пошла своей дорогой.

— Вам не понравился этот человек? — спросил ее ехавший рядом мальчик.

— Почему ты так решил?

— По вашему разговору с ним можно было догадаться.

— Не нужно подслушивать чужие разговоры, Винсент.

Мальчика ничуть не смутило ее замечание:

— А я так много чего узнал.

За разговором они дошли до стоянки. Касси открыла дверцу машины, чтобы хоть немного проветрить ее.

— Мне он тоже не понравился, — высказал свое мнение Винсент.

— Серьезно? А почему?

— Он с этими цепочками похож на девочку. И потом, мне не понравилось, как он говорил об Энтони. — Винсент отвел глаза. — А еще мне не понравилось, как он разговаривал с вами.

Касси улыбнулась от души.

— Благодарю, вы очень любезны, сэр, но можете обо мне не беспокоиться. — Она заглянула прямо в глаза мальчишки. — Хочу поделиться с тобой, Винсент, маленьким секретом. Мне потребовались годы, чтобы его постичь. Я убедилась, что доверять своему внутреннему чутью — стоящее дело.

Касси с Лероем уже сидели в джипе, где от жары спасал кондиционер, а Феликс как раз захлопнул дверцу фургона, полного оборудования, и в этот момент к ним подошли двое мужчин: один в пиджаке спортивного покроя и при галстуке, а на другом была бирюзовая футболка с эмблемой местной телекомпании. Касси опустила стекло в машине.

— Здравствуйте. Помните меня? Я — Тони Уитком из «Санкоуст ньюз».

Касси пожала протянутую в окно холодную и влажную руку.

— Верно. Мы виделись вчера вечером.

— Да. Мне захотелось поздороваться и выразить восхищение вашей работой.

— Спасибо.

— Я постоянно смотрю «Вести». Моя мечта — работать когда-нибудь на сетевом уровне.

Бедняга. Касси выдавила из себя вежливую улыбку.

— Но чтобы туда попасть, нужны связи, я знаю, — продолжал Тони. — У меня есть несколько репортажей, которыми я по-настоящему горжусь. Но эти материалы должны посмотреть нужные люди.

— У вас есть агент?

Тони покачал головой:

— Нет. Но, наверное, его стоило бы иметь?

— Это может помочь делу.

— Тогда мне надо об этом подумать, — ответил Тони. Но его совершенно не прельщала мысль, что в таком случае ему пришлось бы делиться с кем-то частью заработков. — Нельзя ли отправить вам мою кассету с записями, а вы бы передали ее кому нужно в «Вестях»?

Этому типу наглости было явно не занимать. Но что из того? Для нее не составит труда переслать его кассету в Нью-Йорк.

— Думаю, что смогу это сделать. Но дальше — никаких обещаний.

— Замечательно, Касси. Огромное спасибо. Я немедленно отправлю вам запись. Куда мне ее послать?

Она вырвала листок из блокнота и записала адрес бюро в Майами.

— Все почему-то уверены, что телесеть — это земля обетованная, — изрек Лерой, когда они покидали поместье Ринглинг.

— Знали бы они, что это такое, — вставил свое замечание Феликс. — А вы обратили внимание, какая крутая у того оператора камера? Моей до нее далеко.