Читать книгу - "Медведь и Дракон - Том Клэнси"

– Ну и что? – спросил Райан.

– Они потратили на эти цели всё своё активное сальдо, полученное от торговли, – сказал Гант. – Они потратили всю валюту, главным образом на краткосрочные закупки, но немало и на долгосрочные. В этом случае им приходилось соглашаться с предоплатой из-за природы трансакций. Производителям нужны деньги для того, чтобы производить требуемые виды вооружения, и они не хотят остаться с произведённым, но неоплаченным товаром. Мало кому требуется пять тысяч танковых пушек, – объяснил Гант. – Это эксклюзивный рынок.

– Что дальше?

– А дальше то, что у Китая фактически нет конвертируемой валюты. Между тем в ближайшее время им потребуется валюта для закупки необходимых товаров. Таких, как нефть, например, – продолжал «Телескоп». – Китай импортирует большое количество нефти. То количество нефти, которое они добывают у себя, намного меньше необходимого, несмотря на то что внутреннее потребление нефти не так уж велико. Мало китайцев имеют автомобили. У КНР достаточно валюты на три месяца, и после этого приток нефти прекратится. Международный нефтяной рынок требует немедленной оплаты. Они могут уклониться от выплаты денег в течение месяца, может быть, шести недель, но после этого танкеры развернутся посреди океана и отправятся в другую страну – они могут сделать это, сэр, – и тогда КНР останется без нефти. Это походит на столкновение с каменной стеной – тяжёлый удар, и все. Без нефти Китай остановится, и это в первую очередь относится к их армии, самому крупному потребителю нефти в Китае. Последнее время они тратили необычно много нефти из-за возросшего количества учений и манёвров. Возможно, в Китае имеются стратегические резервы, но мы не знаем, насколько они велики. Да и эти резервы скоро подойдут к концу. Мы ожидали, что они попытаются захватить острова Спратли. Там есть нефтяные месторождения, и китайцы заявляли о своих правах на эти острова в течение последних десяти лет, но Филиппины и другие страны, расположенные в этом регионе, тоже говорили о своих правах. Они, наверно, считают, что мы встанем на сторону Филиппин по историческим причинам. Не говоря уже о том, что Седьмой флот все ещё является самым большим парнем на дворе в этой части мира.

– Да, – кивнул Райан. – Если дойдёт до демонстрации силы, Филиппины, по-видимому, имеют самые лучшие права на эти острова, и мы поддержим их. В прошлом мы вместе проливали кровь, а это имеет немалое значение. Продолжайте.

– Таким образом, Джон Китаец нуждается в нефти, и у него, по-видимому, нет валюты, чтобы платить за неё, особенно если наша торговля с ними исчезнет в сточной трубе. Им нужны наши доллары. Юань в любом случае не годится как платёжный инструмент. Международная торговля тоже ведётся в долларах, и, как я сказал, они истратили почти все, которые у них были.

– И что вытекает из этого?

– Сэр, КНР практически обанкротилась. Примерно через месяц они поймут, в какую яму попали, и это будет для них тяжёлым ударом.

– Когда нам это станет известно?

– Это моя задача, Джек, – сказал министр финансов. – Я распорядился, чтобы мне доставили эти документы сегодня утром, и затем поручил Марку изучить их. Он наш лучший специалист по экономическому моделированию, даже когда измучен после смены одиннадцати часовых поясов.

– Значит, мы можем прижать их, пользуясь этой информацией?

– Это один из вариантов.

– Что, если эти демонстрации окажут влияние?

Гант и Уинстон одновременно пожали плечами.

– Тогда в ситуацию входит психологический фактор, – сказал Уинстон. – Мы можем предсказать его влияние до некоторой степени на Уолл-стрит – именно так я сделал большинство своих денег, – но психоанализ страны не входит в мою епархию. Это твоё дело, дружище. Я всего лишь управляю твоей бухгалтерией на другой стороне улицы.

– Мне нужно знать больше, Джордж.

Министр снова пожал плечами.

– Если рядовые граждане начнут бойкотировать китайские товары, американские компании примутся сворачивать паруса.

– Это кажется мне чертовски вероятным, – вмешался Гант. – При такой ситуации многие руководители компаний наложат в штаны.

– Так вот, если такое случится, китайцы понесут большие потери и быстро почувствуют это, причём убытки будут очень велики, – закончил «Торговец».

И какой тогда будет их реакция? – подумал Райан. Он нажал на кнопку.

– Эллен, принесите мне одну. – Через мгновение его секретарша появилась в кабинете и передала сигарету.

Райан закурил и поблагодарил её улыбкой и кивком.

– Ты ещё не обсуждал ситуацию с Государственным департаментом?

Уинстон отрицательно покачал головой.

– Нет, хотел сначала показать это тебе.

– Гм. Марк, какое у тебя мнение о переговорах?

– Это самые высокомерные ублюдки из всех, с которыми мне приходилось иметь дело. Я хочу сказать, что встречался с крупными предпринимателями, способными потрясать страны, но даже худшие из них знали, когда им могут понадобиться мои деньги, чтобы заниматься бизнесом, и когда они вспоминали об этом, их поведение сразу менялось в лучшую сторону. Когда стреляешь из пистолета, убедись сначала, что его дуло не направлено на твой член.

Райан рассмеялся, тогда как Арни съёжился. Никто не должен так разговаривать с президентом Соединённых Штатов, но некоторые из посетителей знали, что могут разговаривать так свободно с Джоном Патриком Райаном, человеком.

– Между прочим, раз уж речь зашла об этом, мне понравилось, что ты сказал китайскому дипломату.

– Что вы имеете в виду, сэр?

– Их члены не достаточно велики, чтобы вступать в соревнование с нами, кто помочится дальше. Хорошая фраза, хотя не на дипломатическом языке.

– Как вы узнали об этом? – удивлённо спросил Гант. – Я никому не рассказывал, даже этому ослу Ратледжу.

– Ну, у нас есть способы, – ответил Джек, внезапно поняв, что упомянул нечто из закрытого отсека под названием «ЗОРГЕ». Нужно следить за собой.

– Выражения, подобные этому, можно услышать в раздевалке атлетического клуба Нью-Йорка, – усмехнулся министр финансов. – Но только в том случае, если ты стоишь в футах четырех или больше от собеседника.

– И тем не менее это похоже на правду. По крайней мере, в отношении валюты. Значит, у нас в руках пистолет, который мы можем направить им в голову?

– Да, сэр, совершенно верно, – ответил Гант. – Им может потребоваться месяц, чтобы понять это, но долго укрываться от действительности они не смогут.

– О'кей, позаботьтесь о том, чтобы об этом знали в госдепе и ЦРУ. Да, передайте ЦРУ, что они первыми должны были сообщить мне об этом. Разведывательные оценки – это их работа.

– У них есть отдел экономической разведки, но их специалисты не самые лучшие, – заметил Гант, поворачиваясь к присутствующим. – Да и неудивительно. Лучшие умы в этой области заняты на Уолл-стрит или, может быть, в научных учреждениях. В Школе бизнеса Гарварда платят намного больше, чем на правительственной службе.